А значит, у меня мало времени.

Я достаю свою любимую пару туфель Louis Vuitton. Ну, у меня только одна пара Louis Vuitton, потому что они стоят целое состояние. Они из черной лакированной телячьей кожи с изящными линиями и шпилькой. Нейт ни за что не одобрил бы их покупку, поэтому я копила наличные, пока не набрала нужную сумму. Я храню их в тайнике и надеваю только по особым случаям.

Я быстро вдеваю ноги в туфли, а затем запихиваю чемодан обратно в шкаф как раз в тот момент, когда из ванной выходит Нейт с чисто выбритым лицом. На нем только белое полотенце, обернутое вокруг талии, и, хотя он не такой мускулистый, как Джей, он невероятно красив. Несмотря ни на что, меня все еще сильно привлекает мой муж.

Проблема только в том, что он, кажется, не чувствует того же.

На мне только бюстгальтер и колготки, и я пользуюсь моментом, чтобы подойти к нему в моих туфлях Louis Vuitton. С этими туфлями, добавляющими мне дюймы роста, и с ним босиком, я почти могу посмотреть ему в глаза. Я поднимаю лицо к нему, и он чмокает меня в губы.

Я провожу пальцем по его груди.

– Как насчет небольшого подарка на день рождения?

Он напрягается.

– Сейчас?

– Конечно. Просто быстро.

– Ева. – Он закатывает глаза. – Ты ведь не можешь быть серьезной.

Верно. С какой стати я была настолько глупа, чтобы думать, что муж захочет заняться со мной сексом в мой день рождения?

Как всегда, когда он отвергает меня, в груди вспыхивает стыд. По крайней мере, есть мужчина на свете, который меня хочет. Может, дело не во мне, а в нем. Может, он асексуален? Ведь бывает такое, да?

Конечно, когда мы только начинали встречаться, он не выглядел асексуальным. Тогда ему было мало меня.

Нейт замечает выражение моего лица и быстро добавляет:

– Я только что принял душ, и нам скоро в школу. К тому же, я веду тебя сегодня ужинать.

Он не упомянул никакого подарка, и я начинаю думать, что его и не будет. Пару лет назад Нейт сказал что–то о том, что подарки не имеют смысла, когда у нас общие деньги. И действительно, последние три года он не дарил мне подарков. Полагаю, ужин – это и есть мой подарок.

– Мы отлично проведем время сегодня вечером. – Он кладет руки мне на плечи и дарит второй поцелуй, крепко прижимаясь губами, но даже не пытаясь просунуть язык. – Где захочешь.

– Отлично, – говорю я, и, кажется, мне удается не сказать это саркастично.

Пока Нейт одевается, мой телефон жужжит, сигнализируя о сообщении. Я хватаю его со стола, замечая, что мне пришло сообщение в Snapflash. Я скачала это приложение около четырех месяцев назад – слышала, что ученики в школе им пользуются, потому что там есть функция: текстовые сообщения и картинки исчезают ровно через шестьдесят секунд после того, как ты их открываешь. Идеальный способ для детей общаться так, чтобы родители не узнали, чем они заняты.

Это также отличный способ общаться с привлекательным продавцом обуви, с которым я встречаюсь последние несколько месяцев.

Я задерживаю дыхание, открывая приложение. Я сказала Джею не писать мне, если только это не важно, но не могу сдержать улыбку от его сообщения.

Джей: С днем рождения! Жаль, что мы не можем провести его вместе.

Я смотрю на сообщение все шестьдесят секунд, пока оно не исчезает с экрана. Первая улыбка с момента пробуждения расплывается по моему лицу. Даже если ему опасно мне писать, это всегда лучшая часть моего дня. Я пишу в ответ:

Ева: Мне тоже.

Я смотрю на экран еще несколько секунд, и, конечно же, появляется еще одно сообщение:

Джей: У меня кое–что есть для тебя.

– Ева?

Я чуть не роняю телефон. Нейт одет и смотрит на меня с любопытством. В общем–то, это справедливо, учитывая, что на мне все еще только бюстгальтер и колготки.

– Да? – говорю я.

– Нам пора выходить. – Он постукивает по своим часам. – Ты опоздаешь.

Я хватаю платье из шкафа и натягиваю его как можно быстрее, пока Нейт бросает красноречивые взгляды на часы. К тому времени, как я снова хватаю телефон, сообщение от Джея исчезло. И на экране больше ничего нет.

Глава 20.

Адди

Наконец–то я вспотела на физкультуре.

Я бегала 50 кругов – это мое самое нелюбимое занятие. Почти уверена, что Кензи пробежала половину от этого, но когда она сказала миссис Кавана, что закончила, учительница просто махнула ей рукой, разрешая сесть на трибуны. А когда я попыталась сказать миссис Кавана, что закончила после сорока восьми кругов, она покачала головой и велела продолжать бежать.

Так что сегодня я благодарна за возможность принять душ после урока. Не верится, что у меня еще три урока до того, как можно будет пойти домой. Но хуже всего то, что я не смогу просто тупить на диване весь остаток вечера. У мамы выходной, и она сказала, что когда я приду домой, мы должны посетить кладбище и навестить моего отца. Прошло два месяца с тех пор, как мы там были, напомнила она. Как будто он лежит в этой могиле, смотрит на календарь и гадает, почему нас так долго не было.

Да ладно. Как только мне исполнится восемнадцать, я никогда больше не пойду на эту могилу.

Я быстро моюсь. Стараюсь брить ноги чаще, чтобы у девчонок не было повода надо мной смеяться, но в то же время кажется глупым бриться специально для физкультуры. Особенно учитывая, что они смеются надо мной независимо от того, гладкие у меня ноги, как у младенца, или нет. Сегодня, к несчастью, ноги у меня волосатые, так что я стараюсь управиться как можно быстрее.

Я плетусь обратно к своему шкафчику, чтобы достать джинсы и большую толстовку. Но когда я подхожу, замок висит открытым.

Распахиваю шкафчик, и у меня останавливается сердце. Сразу вижу, что мой рюкзак все еще там, это хорошо. И мои шорты для физры, белье и потная футболка все еще лежат сверху на рюкзаке. Но это все. Одежда, в которой я пришла в школу, исчезла.

И тут я замечаю Кензи и ее подружек в другом конце коридора, наблюдающих за мной и хихикающих друг с другом.

Я расправляю плечи и поворачиваюсь к ним.

– Можете, пожалуйста, вернуть мою одежду?

Кензи хлопает своими большими голубыми глазами. Она уже одета и готова идти на следующий урок.

– А что такое? У тебя же есть одежда в шкафчике. Разве ты не в этом была весь день?

Я стискиваю зубы.

– Нет, не в этом. Слушай, мне нужна моя одежда обратно, понятно?

– У меня есть идея, – говорит она. – Почему бы тебе не написать об этом стихотворение? Разве это не то, что у тебя хорошо получается? – Она постукивает наманикюренным пальцем по подбородку. – «О горе мне, одежду унесли, и теперь все увидят мои волосатые колени».

Подружки Кензи разражаются смехом и направляются к выходу. На мгновение меня охватывает почти непреодолимое желание побежать за Кензи, схватить ее за светлые волосы и вырвать их прямо из головы. Бьюсь об заклад, она бы перестала смеяться, если бы я это сделала. И бонус: меня бы, наверное, исключили.

Честно говоря, единственное, что удерживает меня от этого – мысль о том, как разочарован был бы мистер Беннетт.

Я смотрю обратно на свой шкафчик, взвешивая варианты. Мне очень, очень не хочется снова надевать потную форму. Но что мне делать? Идти на урок в махровом полотенце? Все остальные ученики уже ушли на следующий урок, и через секунду сюда начнет заходить следующая группа.

Я решаю обойти раздевалку, думая, что Кензи вряд ли выбросила мою одежду. Проверяю каждый проход, но не вижу никаких следов моих джинсов или толстовки. Только когда я добираюсь до душа, замечаю в углу маленький комок одежды. Я забегаю в душ, и точно – это моя сегодняшняя одежда. Только теперь она абсолютно мокрая от воды.