— Ну тут просто, я за справедливость, помог, придёт время и тебе помогут. Да и не по-пацански стоять в стороне, если несправедливость творится. Конечно, я не дурак ввязываться во всякие криминальные разборки, алкашей тоже не буду разнимать или там на митинги ходить, когда даже случайным прохожим ноги ломают о бордюр. Но если могу помочь, само всё происходит. Первый порыв у меня помочь.

Женщины вышли из туалета и уставились в мою сторону. Блин, ну вот убрал как мог, что мне тряпкой там кровищу подчищать?

— Ага, значит вы считаете не мужским поступком стоять в стороне. И для тебя справедливость важна. Для Санты очевидно тоже, иначе бы не работал в УСБ.

— Во внутренней службе, но ты прав, примерно те же функции. Но я на низшей ступеньке, повыше не такие простые ребята. Так какой коммент будет, умник? — Санта взглянул с прищуром. — Лекцию по философии толкнёшь?

Ржущий смайлик.

— Ага, — усмехнулся я, с ностальгией вспомнив курс философии в институте. Наш преп обещал поставить всем зачёт автоматом, но никто не сбегал. Задавал какую-то тему и весь час только её и обсуждали, мозги классно прокачивались…

Я внутри согрелся от болтовни. Отвлёкся от тварей, которые могут выскочить в любой момент из-под пола, от осьминогов, от земляных шаров, стреляющих как из крупнокалиберного пулемёта. Как будто сижу с друзьями на даче, жарим шашлыки, запиваем холодным пивом и треплемся обо всём на свете. Крепкое пойло, конечно, тоже помогло расслабиться.

— Итак, зачем помогать другим, если каждый сам за себя? Согласно учёным, например, Кропоткину, конкуренция внутри общества разрушительна. Люди сами в ходе эволюции выработали отличные механизмы взаимопомощи. Нас не надо к этому принуждать, подавать примеры, учить — у нас это в генах. К сожалению, властные структуры заинтересованы в обратном, исповедуя принципы «разделяй и властвуй.»

— Погоди-ка, — Санта, — намекаешь, что таких людей притесняют?

— Конечно, ведь они выделяются на общем фоне. Есть же поговорка «на войне гибнут лучшие». Конечно, если война за правое дело. Кто не прячется за спинами, кто поднимает острые вопросы, кто остро воспринимает несправедливость. С этими людьми сложно, у них есть принципы, стержень, называй как удобно. Для властей, а точнее вождей, обычно такие люди как занозы на лопате. Лопатой надо копать, а они мешают. Вот таких и выбивают репрессии, войны, революции.

— Специально что ли?

— Зависит от того какой круг собрался возле кормушки. В России очень много умных, образованных людей, носителей культуры вынужденно уехали, когда пришли к власти Ленин, Сталин и прочие. А тех, кто не уехал, кто продолжал «занозить», не спрятался, тех закопали. Перед Великой Отечественной особенно люто искали «врагов народа», расстреливая весь цвет общества по доносам: лучших военных офицеров, врачей, учёных. В итоге армия, например, была обескровлена прямо перед войной. Выбили кадровых офицеров, поставили во главе «нужных» людей, которые потом заваливали немцев пушечным мясом, не умея ничего другого. Одна винтовка на взвод. Вперёд!

— Ну, также было не везде.

— Но пример известный и показательный, согласись.

— Помните историю, как из СССР люди с кораблей бросались в море, чтобы попробовать доплыть до буржуйских стран? — сказал Киркот, — Курилова помню, проплыл за трое суток сто километров и сбежал-таки.

— Он много тренировался, — кивнул Санта, — один из лучших советских океанографов, которого лишили доступа к океанам.

— В итоге более развитые страны, где больше занимаются социумом, нас обгоняют на десятилетия. Почему? Взаимоподдержка, культура, социальная помощь, сюда же можно добавить волонтёрство, знаю несколько волонтёров — всё это очень важно на дальней перспективе. Глобально в смысле эволюции и сохранения человеческого вида в целом.

— Загнул! — Санта изобразил похлопывания в ладоши.

— А как же теория Дарвина? — спросил Киркот, — что мы все конкуренты и только поэтому эволюционировали в человека из обезьян?

— Конкуренция идёт между видами, а внутри важна взаимопомощь. Со времён Аристотеля известно, что одни мы не способны развиваться и выживать. В бизнесе особенно хорошо это видно, когда наверх пробиваются не одиночки, а лидеры с командами.

— Пф, — Киркот скривился, — у меня холдинг, где я начинал работать, как только он начал бешеные бабки приносить, владельца убили и бизнес раздербанили моментально. Всех топов, кто создавал компанию больше десяти лет, вышвырнули.

— Конечно, не в условиях криминала, блата и договорняков, а в честной конкуренции. Закон и порядок — отдельная тема. Взять того же Стива Джобса. Его незаурядные лидерские качества и талант позволили достигнуть первых успехов. Но он был печально известен как неудачник, которого выгнали из собственной компании. Был такой период у него в жизни. Снова поднялся только научившись ценить людей и опускаться до уровня обычных смертных.

— Из Яблока выгнали? — уточнил с недоверием Санта.

— Ага. А потом взяли обратно. В отрыве от коллектива, от социума теряются навыки общения, острота мышления, мозги деградируют. Возьмём хотя бы Москву, где я прожил большую часть жизни. Вспоминаю детство — соседи во дворах общались с удовольствием, помогали друг другу. Изначально дворы ассоциировались с окружающими домами, были их внутренней территорией. Сейчас же в архитектуре появилась тенденция интеграции дворов в окружающие улицы. Дворы уже не актуальны. День горожанина простой: работа, дом, ипотека, дети. Уровень общения падает. Люди не мыслят, не анализируют, им не о чем разговаривать, а если и хочется, навыки общения не позволяют.

Я отвлёкся проверить рабов — всё было в порядке. Хлебнул воды. Слушатели смотрели на меня молча. Киркот вновь принялся за упражнения.

— Это тупик. В такой городской среде растёт число аутистов среди детей, которым по-хорошему нужны тьюторы. Всё больше избалованных, неуравновешенных, эгоистов. Общество не работает с личностью. В лучшем случае детей готовят к интеграции в рабочую среду. Показателен пример Германии. Там сразу с детства детей по тестам разделяют и обучают либо как рабочих, либо как белых воротничков. У нас тоже не лучше. Как происходит учёба в кавычках в школе? Ты задаёшь вопросы и получаешь ответы? Нет, тебя тупо бомбардируют ответами. Эффект от обучения близкий к нулю. Вокруг все живут одним днём, в спешке, хватают ипотеку, переплачивая втрое-вчетверо больше её стоимости. Это разве не безумие?

— Эт да, — согласились парни.

— Но безумие очень выгодное для государства. Главное — подконтрольность. Всё так устроено, чтобы люди влезали в кабалу ипотеки. Но этот поезд идёт под откос. Статистика — беспощадна. Разводов больше, чем браков. Нас по ящику учат, что семья важна, но жить вместе, договариваться — разучились. Сверхпопулярные психологи учат: «Не нравится? Уходи». А ведь брак — это труд. Труд, которому не учат. Мужики измельчали, часто женщины в семье выходят на передний план и зарабатывают больше.

— Не поспоришь, — написал Санта. — Мужики сейчас полагаются на полицию, пожарных, на кого угодно, лишь бы не самим. Вот недавно машину из воды вытаскивали, девушка за рулём не справилась с управлением, пробила ограждение и в реку полетела. Машина плавает, пузыри идут, тонет медленно. Девка в стекла бьёт ладошками. Зевак полно, мужиков полно, но в воду прыгнул какой-то абрек, как мне рассказали. Может, это вообще дворник был. Увидел, майку скинул и шуганул за незнакомой девкой. Вытащил, пока все телились, а потом ушёл по-тихому, хотя мог прославиться у журналюг.

— Хороший пример. Мигрантов я больше положительно оцениваю, хотя бесят иногда и преступлений с их участием много.

— А что в них хорошего? — возмутился Киркот, — с ножами толпой когда набрасываются, как трусливые шавки?

— Есть и другие примеры, как у Санты, просто про это никто видео почему-то не снимает. Чеченцы вступились за женщину, которую таджик избивал у всех на виду, скрутили его и в полицию сдали. Двое чеченских подростков спасали малолетних детей от Брейвика, два дагестанца обгорели, вытаскивая из огня пенсионерку.