Выстрела не последовало. Хорошо это или плохо? Может быть, это значит, что Селкирка здесь больше нет? Он мог уже прийти и уйти. А если так…

Он вздрогнул. Об этой возможности он думать не желал. Надо верить, что Сара еще жива, а это значит – надо верить, что Селкирк все еще внутри, с пистолетом, и поджидает его.

«Он не знает, что я без оружия». Если бы он остался у входа, чтобы стеречь дверь, он мог бы с таким же успехом попасть под выстрел мне. Не у каждого хватит духу стоять так и ждать. Но если он не стережет у главного входа, то где он? Думай, Мелоун! Три возможных варианта: или на той стороне, или наверху, или вообще его здесь нет.

Он взглянул вниз и увидел кровь на полу. У него замерло сердце. Кто-то стоял у телефона, и с этого человека на пол капала кровь. Ред встал на колени и внимательно поглядел на кровавое пятно. Это был след ноги. Судя по размеру – ее ноги. Он посветил фонариком и обнаружил еще два следа.

Когда она вошла в дверь, ее нога уже кровоточила. Она подошла к телефону. Конечно, она постарается позвонить при первой же возможности. Значит, Босуорт уже знает, что она здесь, и сообщил Уолту по рации. Чу поедет сюда сразу же, как только вернется.

«А пока действовать приходится мне».

Лежа на животе, он осторожно выглянул из-за угла. Ничего не видно. Поглядел в другую сторону – тоже ничего. Он пожалел, что плохо знает Селкирка: тогда было бы понятно, чего от него можно ждать. Ну, ладно – вперед. Он вышел из ниши и распластался по внутренней стене коридора. «Ты спятил, Мелоун. Ты это понимаешь? Подожди Уолта. Какой толк будет Саре, если тебе сейчас прострелят твою дурацкую голову?»

Ред начал красться вдоль стены, пока не добрался до входа в лавку сувениров. Он прыгнул внутрь и сразу откатился вправо.

И наткнулся на тело.

14

Селкирк плотно зажимал ей рот рукой, хотя она и не пыталась кричать. Они стояли на смотровой галерее, больше чем на половине высоты башни. Ночной ветер свистел в открытых арках по бокам башни, рвал на них одежду и трепал волосы. Сара сразу закоченела и стояла, съежившись и крепко обхватив себя руками. Зубы у нее стучали. Арка, под которой они стояли, приходилась над входом в башню, и время от времени Селкирк поглядывал поверх перил на автостоянку, лежавшую метрах в тридцати внизу.

– Не беспокойся, – сказал он. – Он уйдет, как только увидит, что здесь никого нет.

Именно это ее и беспокоило, но предпринять она ничего не могла. Ключами, отобранными у сторожа, Селкирк запер лифт, а лестница перегорожена железной решеткой. Ред решит, что подняться наверх никто не мог.

Селкирк отнял руку от ее рта.

– Прошу прощения, моя красавица. Что ты сказала? Только тихо, – он многозначительно помахал пистолетом.

– Не надо было убивать старика, – сказала она, стиснув зубы. «И почему его, а не меня?»

Селкирк знал, что из башни нет второго выхода. Поэтому он ждал сбоку от наружной двери, пока Сара там не появилась. Он схватил ее и пригрозил сторожу пистолетом. Но когда он тащил ее к двери, на автостоянке показался Ред. Тогда Селкирк вернулся и хладнокровно выстрелил старику прямо в сердце.

Селкирк удивленно взглянул на нее.

– Как же не надо? Подумай сама. Не мог же я тащить его сюда. Если бы Кальдеро не нашел сторожа на первом этаже, он решил бы, что все мы здесь, наверху. Но и просто так оставить его внизу я тоже не мог – он сказал бы Кальдеро, где мы. Даже если бы лежал без сознания, мог бы прийти в себя. А так… – Селкирк умолк и снова взглянул через перила. – Так Кальдеро решит, что я побывал здесь, застрелил сторожа и увел тебя с собой еще до его прихода. Я действовал всего лишь логично. Мы ведь не чудища какие-то, без всякой цели мы людей не убиваем.

Самым ужасным в словах Селкирка Саре показалось то, что он произнес это совершенно искренне. Конечно, без цели они не убивают – но только цели у них гнусные. Конечно, он рассуждал логично, – но когда логические рассуждения основываются на гнусных посылках, они приводят к гнусным выводам. «Пришлось уничтожить деревню, чтобы ее спасти». Все верно, все логично. И гнусно. Мирное, цивилизованное общество возможно только тогда, когда все разделяют некие общепринятые взгляды. А когда кто-то исходит из иных предпосылок, то выводы, к которым он приходит, отдают безумием. Она поглядела Селкирку в глаза и увидела в них младенческую невинность социально больного человека.

– Тогда почему вы не убили и меня тоже? – спросила она.

Он взглянул на нее.

– В этом нет нужды, моя красавица. Ты нам поможешь.

– Никогда.

– Но ведь мы поможем тебе выручить твоего дружка.

– Что?

– Тихо, моя красавица. – Он снова зажал ей рот рукой и огляделся. – Твоего дружка – Френча. Он у Бернстайна в Манхэттене, только мы никак не можем к нему подобраться. Его квартира – как крепость. Но тебя он, может быть, впустит.

– Не понимаю. А зачем вам думать о том, как выручить Денниса?

Он пожал плечами.

– А я об этом не думаю. Я думаю о том, как добраться до Бернстайна. Он опасен. Он бросил вызов Cabinet Cachette note 64. Действовал вразрез нашей политике. Ты поможешь нам до него добраться, а мы в награду выручим твоего дружка.

Сделать выбор было нетрудно. Бернстайн – противник Селкирка в борьбе за власть внутри группы «К». Это не значит, что он хороший. Но это значит, что он враг того, кто только что выстрелил в сердце старику, потому что это логично.

– Почему вы думаете, что я захочу вам помочь, какая бы ни была награда?

– Это упростит нам дело, – загадочно ответил он. – Хотя необходимости в этом нет.

Тело принадлежало пожилому чернокожему в черно-серой форме охранника. Одного взгляда на рану было достаточно, чтобы Ред понял: этот готов. Выстрел в сердце. Пол и часть стены были забрызганы кровью. Ред привстал, чувствуя дурноту. Черт возьми, этот охранник был безоружен, но Селкирк все равно его застрелил. Зачем? И куда делась Сара?

Проклятый Кеннисон, все это его рук дело.

Ред быстро осмотрелся. Лавка сувениров, касса для продажи жетонов. Он долго не решался заглянуть за прилавок, но потом все же собрался с духом и посмотрел, опершись на него дрожащими, подламывающимися руками.

Убедившись, что там ее нет, он прислонился к будке кассы, чувствуя облегчение и в то же время тревогу. «Возьми себя в руки, Мелоун. Если ты будешь в таком состоянии, когда ее найдешь, от тебя толку не будет».

Он обошел тело сторожа и пролез через турникет к лифту. «Селкирк – не маньяк-убийца, он не прикончил бы сторожа зря. Старик не защищался – ему лет шестьдесят, и он был без оружия. Но тогда зачем? Потому что сторож видел что-то такое, что Селкирк хотел скрыть. Лицо Селкирка? Возможно. Его связь с группой „К“?» Ред сердито встряхнулся. Пустые рассуждения, ни к чему они не приведут.

«Начнем сначала. Внизу, наверху или еще где-то. Внизу – отпадает. А наверху? Туда можно проникнуть двумя способами». Ред потряс решетку – она была на замке. Нажал кнопку лифта – никакого результата. Лампочки не горят, значит, лифт отключен. Наверное, его всегда отключают после закрытия.

«Значит, здесь Селкирка нет. Наверное, ушел до моего прихода. Или с Сарой, или вслед за ней». Ред уже подошел к выходу, но, взявшись за ручку двери, остановился. Он оглянулся через плечо, потом тихо вернулся к лифту и опустился на четвереньки.

Да. Еще один кровавый след. И еще несколько. Перед самым лифтом. И поверх некоторых – отпечатки обутой ноги. Ред вернулся к трупу сторожа и обшарил его карманы. Ключей не было. Он присел на корточки, положив руки на колени. Потом посмотрел в потолок, вытер руки о штаны и тыльной стороной ладони утер рот. Она там, наверху. Теперь он знал это точно. И Селкирк тоже там. Затаился. Хочет избежать стычки. «Не так уж ты храбр, когда думаешь, что твой противник вооружен?»

Если только он там. «Ладно, подумаем. Оценим шансы. По Клаузевицу note 65, исход битвы определяется произведением NxQxV: численность сражающихся, их боевой дух и все переменные, влияющие на ход сражения. Тот, у кого произведение NxQxV больше, остается победителем. Клаузевиц даже выразил свою теорию в виде математической формулы. Уж не был ли старый генерал тайным клиологом? Вся закавыка в этом проклятом V – в переменных, влияющих на ход сражения. Так что мы имеем? Минусы: я без оружия; Селкирк вооружен и убивает не раздумывая. Он занимает позицию наверху, оба подхода к ней перекрыты. У него в руках Сара – потенциальный заложник. Плюсы…» Ред едва удержался, чтобы не усмехнуться. «Мое природное обаяние. И отмычка». Он взглянул на металлическую решетку, преграждавшую вход на лестницу. Если бесшумно отпереть замок, у него появится преимущество внезапности. Этого Селкирк не ожидает.

вернуться

Note64

Тайный кабинет (франц.)

вернуться

Note65

Клаузевиц, Карл (1780-1831) – немецкий генерал, военный теоретик и историк