— Марк! — он бросился к нам очень быстро. — Я не смогу остаться. У меня племянник, ну… в общем, за город мне нужно. Побыть с ним немного. Мальчик сам не справится. Полнолуние. Сам понимаешь. Прости, ЧП.

— Ладно, Данил, — вздохнул Марк.

Было видно невооруженным глазом виноватое выражение лица Данила.

— Я побежал! — он исчез так же быстро, как появился, только мелькнул в стеклянных дверях больницы.

— Что же мне делать? На кого тебя оставить? — проговорил негромко Марк.

Он и вправду выглядел расстроенным.

— Не надо ни на кого меня оставлять. Я не маленькая, — огрызнулась я в ответ. — И сама побуду! И вообще, пошли на улицу. Мне нужно подышать свежим воздухом.

Марк промолчал на мою вспышку. И вывел меня на улицу. На меня и вправду давили больничные стены. Я с удовольствием закрыла глаза и вдохнула несколько раз воздух.

— Кого я вижу? Привет, братишка. Что ты тут делаешь? Гуляешь со своей красавицей?

— Отвянь, Артур, у нее мать умерла. Не до твоих шуточек сейчас! — огрызнулся Марк.

Артур спешился с большого мотоцикла и снял шлем. Он выглядел ошеломленным.

— Да я просто… мимо проезжал.

— Вот и поезжай дальше, — невежливо послал его Марк.

Артур обернулся на мотоцикл и, кажется, даже сделал пару шагов к нему. Но потом вдруг передумал и снова подошел к нам.

— У вас проблемы? — тихо и почти участливо спросил Артур.

Я думала, что Марк пошлет в третий раз. Но на удивление он ответил:

— Да мне нужно вопросы… официальные решить. А с Евой побыть некому. Я думал, Данил поможет. Но он в лес намылился с племянником. Время малому пришло. Полнолуние.

— Ну, Данила понять можно. Обижаться на него не нужно. Он-то тут при чем? — мудро откликнулся Артур.

Я удивилась что эти двое впервые общаются без подколов.

— Я не обижаюсь. Не знаю, что делать. Одну Еву не оставишь. Сам видишь ее состояние. Она даже от успокоительного отказалась. А тащить с собой, естественно, я не могу.

Артур поморщился. На его красивом дерзком лице были нарисованы сомнения и колебания. Но вдруг он выпалил:

— А я… давай я с Евой посижу?

— Вот уж нет! — отрезал Марк. — Я тебе и ящерицу не доверю. Прости. Знаю, как ты ко мне относишься. Ева сейчас хорошая мишень в ее состоянии.

— Эй, ну, ты что? — обиделся Артур. — Ты что, не помнишь про отца? Я сам всем занимался. Знаю, каково это. Мы с тобой прошли через это. Есть что-то святое же.

— Не мы, а ты, — снова отбрил его Марк. — Меня ты даже не удосужился позвать, когда все случилось.

— Ну, вот и позволь… загладить свою вину, — негромко и искренне проговорил Артур.

Марк тяжело вздохнул. Было видно, что ему непросто дается это решение. Он бережно взял мои руки в свои и посмотрел мне в глаза.

— А ты, Ева, что скажешь? У тебя тоже есть право голоса, — голос Марка был непривычно мягким.

— Да я не против. Пускай остается, — пожала я плечами.

Если честно, оставаться одной сейчас мне категорически не хотелось. А слушать причитания соседки — это как соль на рану.

— Ну, ладно, — принял наконец решение Марк и хотя неохотно, но кивнул. — Артур, отвечаешь головой за Еву, понятно? Меня не будет несколько часов. Вернусь к вечеру.

— Заедешь ко мне домой. В пентхаус, — подмигнул Артур брату и сунул мне шлем. — Поехали, красотка, прокатимся с ветерком.

— Почему к тебе, а не ко мне?! — заорал Марк в спину брату.

Артур уже не услышал, садясь на мотоцикл и кивая мне на заднее сидение рядом с собой.

Когда мы подъехали к гигантскому небоскребу, на верхушке которого находился пентхаус Артура, я запоздало спросила:

— А разве у тебя не дом? Марк что-то говорил об этом…

Я говорила растерянно и тихо, лишенная своей обычной смелости и дерзости. Произошедшее выбило у меня почву из-под ног. Казалось, что я плаваю в какой-то серой и мутной невесомости, мало что соображая. Наверно, реши Артур сейчас меня убить, до меня дошел бы этот факт только тогда, когда он уже перегрыз бы мне горло. Но нет. Артур держался серым и пушистым волчиком. Разве что чересчур вальяжно положил руку мне на талию, заводя внутрь и направляя к стеклянному лифту.

— В том числе, — усмехнулся Артур, и нотка хвастливости все-таки проскочила в его голосе. — В основном, я живу здесь, поближе к работе. Но когда решаю сделать выходной, уезжаю в дом. Поближе к природе. Я пригласил бы туда тебя и Марка, но он вряд ли согласится.

— Он все еще злится из-за отца, — прошептала я.

Артур нажал на кнопку, и лифт, как космическая ракета, взмыл вверх сквозь этажи.

— Если бы только из-за этого.

Артур хмыкнул с горечью и провел ладонью по макушке, взъерошивая короткие светлые, чуть отливающие серебром волосы.

— Мы всегда будто соперничали. Я был старше, а Марку всегда хотелось доказать, что он круче. Лет в двенадцать он сбежал в пустоши с фонариком, банкой тушенки и какой-то железной палкой. Хотел, чтобы все увидели, какой он смелый! Каждая фраза отца, что я стану вожаком однажды, была Марку поперек горла. Помню, как мы тогда испугались. Мама чуть в больницу не попала, а я поехал с отцом. Кричали, звали, искали… Я так боялся, что мы найдем его слишком поздно. Нашли. А как только приехали домой, Марк мне врезал, — Артур рассмеялся. — Потому что я решил его наказать на правах старшего, а он как заорет, что я ему не указ… Звереныш малой был! Но я все равно своего добился. Сидел дулся неделю без компьютера. Дожал я отца, чтобы наказание было по полной программе. Он тогда не в том состоянии был, чтобы об этом думать, самого перетрясло.

За время этого рассказа лифт остановился, а дальше десяток лестничных ступеней, дверь — и мы оказались на крыше. Здесь была небольшая своего рода терраса, с которой открывался вид с высоты на город. Артур звякнул ключами, подходя к двери своего пентхауса.

— Ты… заботился о нем, — ошарашенно прошептала я. — Переживал за него.

— Естественно! — почти возмущенно выдохнул Артур, а потом вздохнул. — Прости. Я представляю, что он тебе обо мне наговорил. После смерти отца мы окончательно рассорились. Мне очень не хватает…

Он запнулся.

— Отца или брата?

— Наверно, отца, — пожал плечами Артур. — Он был как цемент, соединял нас всех вместе. Без него все рассыпалось… Ладно, это все прошлое! Проходи!

Я зашла внутрь, без особого интереса, скорее, настороженно оглядываясь. Что ж, за последние дни пора было привыкнуть к стеклянным стенам, впечатляющим видам, дорогущей мебели… Пока я осматривалась, Артур подошел ко мне неслышно, как зверь.

— Ну, что, Ева? Теперь поговорим начистоту?

— Что? — растерялась я. — О чем ты, вообще?

Сейчас мне было абсолютно не до их волчьих проблем и грызни за власть. Артур жестко перехватил мой подбородок пальцами, вздергивая вверх. Взгляд голубых глаз такой, будто разглядывающий микробов под микроскопом.

— Сколько тебе нужно, чтобы раз и навсегда исчезнуть из жизни Марка? Я заплачу и даже не буду торговаться, обещаю, — процедил Артур, едва не скалясь от злости. — Разумеется, ты должна будешь обставить все это естественно. Придумаешь, за что обидеться на моего братца.

— Что?! — я попыталась отпрянуть.

Артур не отпустил. Более того, второй рукой он жестко перехватил мои запястья.

— Жадная! — усмехнулся Артур со смесью отвращения и восторга. — Уже прикинула, что роман с Марком принесет гораздо больше, чем одна сумма от меня? Особенно если он благодаря тебе станет вожаком… Что смотришь? Думаешь, я не догадываюсь о его планах? Марк всегда мечтал сбросить меня с верхушки.

Клокочущая до слез ярость придала мне сил. Я сумела вырваться и со всей силы толкнула Артура ладонями в грудь.

— Да мне плевать, кто из вас будет вожаком, понятно?! И деньги Марка мне не нужны! Он сам предложил сделать операцию моей матери!

— Честно? Сначала я даже в эту историю не поверил, — Артур с ухмылкой скрестил руки на груди. — Решил, что ты подобрала любую больную соседку, попросив ее притвориться твоей матерью. Ведь такое совпадение… Тот самый диагноз, при котором используют метод моего брата при операции. Почему-то именно сердце, а не, скажем, почки или…