Но при этом задерживать взгляд на эльфе не стала, а перевела его на Орма. Потому как не исключала того факта, что это действительно какие-то личные проблемы парня, и доставлять ему лишних мне не хотелось.

— Я сам разберусь, Ноат, — полуорк поднял на меня глаза, вздохнул. — Все нормально.

— Ни с чем ты разобраться не сможешь, — отрезал вдруг эльф. — Ты тут — предмет обсуждения, а не участник.

Та-ак. Вот если бы этот сноб сейчас промолчал, то я бы отошла. А теперь — дудки.

— А с этого места поподробнее, пожалуйста.

— Да не нужен мне никакой клан! — рыкнул Орм, сжимая кулаки и зло смотря на мужчину.

— Тогда у тебя один вариант — собираешь вещи и едешь со мной.

— Нет, — судя по интонации, повторял это полуорк уже не в первый раз. — Ни к тебе, ни в степи я не поеду.

— Тогда они просто придут сюда за тобой! — даже хваленое терпение эльфа начало сдавать. — Как ты не понимаешь, что им будет абсолютно все равно!

Но Орм упрямо качнул головой.

— Орманиэль!

— Отец, даже не начинай!

Эм. Я на секунду застыла. Отец? Так это тот самый… черт, давно это было, имя сейчас и не вспомню даже.

— Тебе нужен клан! Без этого они от тебя не отстанут!

— Она — мой клан! — взорвался вдруг Орм, резко вскидывая руку в моем направлении. — Я ради нее убил человека! Все, закрыли тему!

Я сглотнула, что-то мне совсем не нравилось происходящее.

— Так мне кто-нибудь объяснит, в чем дело? — приподняла брови, переводя взгляд с отца на сына и обратно.

Эльф вздохнул и вдруг протянул мне ладонь:

— Канарималь.

— Ноат, — пожала, представляясь в ответ.

— Дело в том, что клан Боевой ярости узнал о прохождении Орманиэлем обряда посвящения. Для них он теперь — полноценный орк. И они претендуют на него. Пока у парня нет клана, Боевая ярость может прийти за ним на основании их основного закона о наследии.

— Они убили мою мать, какое вообще право они имеют на меня⁈ — зарычал полуорк, отворачиваясь.

Канарималь промолчал, лишь печально посмотрел на спину сына.

— И что там с кланами? — я вернула основную тему разговора.

— Он должен вступить в клан. Это необязательно должна быть Боевая ярость, но все остальные кланы не лучше. Либо Орманиэль может вернуться со мной в Северный лес, там кланы потеряют на него право, так как я — его отец. Но стоит ему сделать хоть шаг за пределы Северного леса — орки его найдут.

— Да какое им до меня дело⁈ — Орм ударил кулаком стоявшее рядом дерево.

— Тише, — я протянула руку и погладила напряженную спину, чувствуя, как перекатываются каменные мышцы от движений парня.

— Твоя мать занимала достаточно высокое положение в клане, — тихо проговорил эльф, отводя взгляд в сторону.

— И это ее не спасло! — еще несколько ударов досталось бедному дереву.

— Так, хорошо, Минг говорил, что и я могу дать Орму клан. Как это оформить? — если это действительно реально, то никаких сложностей я не видела.

Эльф посмотрел на меня, как на несмышленого ребенка.

— Вы не понимаете, о чем говорите.

— Так объясните, — с вызовом глянула на мужчину, делая шаг вперед и заслоняя Орма. Еще чего, в степи они его забрать хотят! А в рот им не плюнуть жеваной морковкой⁈

— Клан — это не просто какая-то номинальная общность. У вас будет своя жизнь, своя семья, но вы должны будете по первому же требованию предоставить кров и пищу ему и тем, кого он посчитает нужным привести с собой. Вы будете выступать ответчиком за все его действия перед кланами. Если Орманиэль нанесет кому-то смертельное оскорбление, то противники могут вырезать его клан полностью, это коснется всей вашей семьи.

— Что нужно для того, чтобы меня, как клан, признали орки? — моя решимость не поколебалась ни на секунду. Только почувствовала, как дрогнула спина Орма под рукой.

— Он должен принести жертву во славу клана. Кровавую.

— Это сделано, что еще.

— Вы это сейчас серьезно? — Канарималь смотрел на меня с каким-то странным выражением.

— Абсолютно. И не надо думать, что я не понимаю всей серьезности. Но даже не будь Орм в моем клане, он всегда сможет прийти в мой дом, получить кров, и я впущу любого, кого он приведет с собой. И буду защищать, если понадобится, всеми силами, которыми владею.

Эльф пристально изучал меня, как будто только что увидел. И, видимо, нашел то, что искал.

— Ему понадобится клеймо со знаком вашего клана.

Я покачала головой. Ну серьезно? Повернулась к молчавшему все это время Орму.

— Мои татуировки ты знаешь. Что хочешь на клеймо?

Полуорк несколько секунд, не отрываясь, смотрел мне в глаза. А потом вдруг улыбнулся и кивнул на мою щеку.

— Давай что-нибудь такое.

Я со смешком потерла знак правой руки.

— Ладно. Как тут клейма ставят?

— Я знаю одного парня в рабочем районе, он наколет мне такое за пару часов. Прогуляешься со мной?

— Хорошо, — вот здесь я вздохнула. Чертов страх города за воротами никуда не делся.

Все это время Канарималь молчал. Повернулась к нему:

— У вас еще вопросы будут?

— А вы меня удивили, — проговорил он вдруг тихо. — Спасибо вам.

Он легко сжал мое плечо, развернулся и направился к воротам. И все. Вот так семейная встреча.

— Отец у тебя… — я пыталась подобрать подходящее, но не слишком грубое слово.

— Согласен, — не стал дожидаться моего варианта Орм. — Когда пойдем клеймо бить?

— Я правильно понимаю, что, чем быстрее, тем лучше? — повторно вздохнула.

Полуорк кивнул.

— Давай так: сначала сходим ко мне, я напишу записку Хэлмирашу и переоденусь, а потом сразу рванем в твой рабочий район. Идет?

— Идет.

Так и поступили. На улицах города я ощущала себя неуютно, но широкая спина Орма все-таки добавляла уверенности. Да и Хэлмираш преобразовал свое защитное заклинание на мне.

До рабочего района дошли быстро, Академия стояла на окраине. Орм уверенно подвел меня к одной из кузнечных мастерских. Именно там и обитал упомянутый парнем мастер. Правда, мне пришлось снять маскирующий татуировки кулон, но полуорк гарантировал, что мастер никому ничего лишнего не сболтнет. Только увидев довольно жуткую аппаратуру для накалывания татуировок, я поняла, почему мы пришли именно в лавку кузнеца. Справился этот художник кузнечного происхождения за полтора часа. Обратно я практически тащила на себе Орма, потому что местные краски для клеймления были крайне токсичны, зато держались потом до последнего вздоха владельца.

— Спасибо, Ноат, — сипел мне на ухо полуорк в полубессознательном от отравления состоянии. — Спасибо.

Я только гладила его мокрую от пота голову и продолжала упрямо тащить на себе тяжелое тело. Кое-как добралась до дома, где у меня парня перехватил уже Хэлмираш. За ночь мы Орма все-таки откачали, но весь следующий день за ним приглядывала Руш.

Честно думала, что все эти страхи Канарималя — что-то эфемерное и не имеющее под собой никакой основы. Ну серьезно, какая Боевая ярость? Орки что, реально в этот городок попрутся искать Орма, чтобы потом притащить его к себе? Да ну, бред какой-то. В итоге мне пришлось подбирать челюсть, когда, спустя пару недель, проходя мимо ворот, я реально увидела троих скалообразных орков, на фоне которых стоящий перед ними Орм смотрелся не таким уж и большим. Орки что-то спросили у парня, тот оттянул ворот майки, демонстрируя черную татуировку над левой грудью. Мы с кузнецом тогда немного видоизменили рисунок моей печати, чтобы никто из демонов не возмутился. По мне, так получилось довольно красиво. Не знаю, оценили ли дизайнерское решение орки, один из них только попытался пальцем соскрести рисунок, но после этого все трое молча удалились.

Мне редко в этом мире приходила почта. Да и от кого бы? Поэтому, когда выручили уведомление из почтового отделения, я побежала туда сразу же после последней пары. Меня ждал конверт из странной черной бумаги. Затолкнув подальше мысли о похоронке, я быстро развернула и с удивлением увидела синее картонное приглашение. На этот раз Даарен приглашал меня на официальный сбор всего рода, в который я теперь вхожу. И, судя по тому, насколько непривычным моим глазам выглядело приглашение, оно было стандартное для демонов, а не снова переделанное для меня. Первой мыслью было послать это обратно, потому что ни на какие семейные мероприятия, в которых, кроме брата, участвует еще куча представителей того самого рода, меня и пряником не заманишь. С другой стороны, Даарен об этом прекрасно осведомлен и, если он это приглашение все-таки прислал, то зачем-то ему это надо. А раз надо брату, то тут хочешь-не хочешь, а пойти придется.