А Мерзкий отступил назад, потирая правый кулак.

— За словами следи, — предупредил он Дьяка.

Тот сплюнул сгусток крови и улыбнулся.

— Ну а как тебя еще назвать? Раз уж решил, что проверка будет проводиться по отпечаткам пальцев? Это в наше время, когда по глупой случайности можно всегда оказаться в теле клона. Причем в базовом теле, у которого не то что отпечатков, даже причиндалов нет!

Мерзкий шагнул было к нему, снова занеся руку для удара, но я успел его остановить.

А вот Дьяк, осознавший, что ему прилетит, попытался закрыться, и Мерзкий это заметил.

— Ссышь, когда страшно? — угрожающе спросил он у Дьяка. — Правильно делаешь!

— Значит, зациклил все системы корабля на себя? — спросил я.

— Именно. Каждые полчаса я должен проходить авторизацию, иначе отрубится и система жизнеобеспечения, и движки, и все остальное, — кивнул Дьяк.

— Ладно…убивать тебя мы не будем. Значит, полетишь с нами.

— Куда с вами? На орбиту? Чтобы там нас разнес один из кораблей «РоботЭкс»? Нет уж, спасибо! Я лучше останусь на Хрусте. Авось как-нибудь выживу.

— «РоботЭкс» не оставит тут никого в живых. Мы все для них нежелательные свидетели. Нас найдут и уничтожат, — заявил Строгов. — И если думаешь, что тебе удастся забиться в какую-то нору и там отсидеться — забудь. Ты не выживешь.

— Ну, раньше как-то выживал.

— Если ты так боишься улетать с Хруста, на кой черт захватывал корабль Гринберга? — спросил я.

Кажется, наступил тот момент, когда я узнаю, почему же нас кинули, почему Костас и Гринберг предпочли убежать без нас.

— Ты серьезно сейчас? — теперь настала очередь удивляться Дьяку. Он обвел всех нас взглядом и повторно спросил: — Никто из вас не знает?

Мы молча глядели на него. Если кто-то и знал ответ, то он предпочел промолчать. Но, судя по лицам, мы все не понимали, о чем тут толкует Дьяк.

— Даже ты не в курсе? — на этот раз Дьяк обратился к Кузьме.

— О чем не в курсе?

— М-да… — вздохнул Дьяк. — А скажите-ка, корабль Гринберга таки сбежал из системы?

— В последнем сообщении от наблюдателя говорилось, что они поднимаются на орбиту и к ним на перехват идут корабли «РоботЭкса».

— Но ведь они так и не начали стрелять, не взорвали корабль? Мы бы такое точно не пропустили — фейерверк был бы знатный, сложно не заметить, — сказал Дьяк.

— Пока не начали стрелять, — согласился я, — но это ничего не значит. Быть может, решили захватить корабль.

— Э, нет… — протянул Дьяк.

— Так, хватит ходить вокруг да около! Рассказывай уже! — не выдержал Диса.

Ситуация вырисовывалась крайне интересная. Если верить Дьяку, выходило, что «РоботЭкс» не должен был тронуть корабль Гринберга.

А причина для этого более чем простая: «РоботЭкс» довольно часто прибегает к помощи контрабандистов или проделывает свои темные делишки через них. К примеру, подкидывает на планеты оружие, чтобы устроить мятеж, вывести планету из-под контроля некоей корпорации, сделать свободной. Или вовсе забрасывает на планеты свои группы.

Контрабандисты имеют возможность появляться, приземляться, торговать там, где «РоботЭксу» это попросту невозможно сделать — стоит их кораблю появиться на дистанции даже нескольких световых лет, как тут же об этому начнут трубить, и что бы корпораты ни задумывали — ничего у них не выйдет.

Естественно, «РоботЭкс» часто помогает гильдии контрабандистов — снабжает оружием, новейшими корабельными системами и тому подобным.

Этот союз нерушим уже на протяжении десятилетий — контрабандисты молчат в тряпочку, не распространяясь о сотрудничестве с корпоратами, выполняя их поручения, ну а корпораты помогают контрабандистам, закрывают глаза на их проделки.

В принципе, ничего кардинально нового я не услышал. Сколько себя помню, столько циркулировали слухи о том, что корпораты используют всякую темную братию в своих целях. Не гнушаются ничем — набирают в свои армии отморозков, поставляют оружие туда, куда нельзя, проникают туда, куда не могут получить путь официально или же с помощью собственного космического флота.

Весь расклад, что сейчас выдал нам Дьяк, он услышал от самого Гринберга, и, похоже, все это было правдой.

Начнем с того, что Гринберг давным-давно хотел свалить с планеты, задолго до того, как на орбите появились корабли «РоботЭкс». Ну а когда они заявились, Гринберг начал еще больше торопиться.

Хотя казалось бы — куда и зачем? Два боевых корабля на орбите, которые с легкостью превратят звездолет контрабандистов в облако хлама и обломков.

На месте Гринберга я бы затаился, либо дожидался бы удачного момента, не вмешиваясь в происходящее, либо попытался бы удрать, когда все угомонится, ну, или корабли будут на позициях, из которых бить по удирающим контрабандистам будет крайне затруднительно.

Видимо, Дьяк был того же мнения, поэтому его крайне заинтересовали действия Гринберга — тот явно готовился к отлету.

Пораскинув мозгами, Дьяк пришел к выводу, что стоит рискнуть. Сказано ‒ сделано: его банда за день добралась до корабля и захватила его.

Далее Дьяк услышал уже от самого Гринберга о причинах отлета и о том, почему он не боится кораблей «РоботЭкс».

Хм…крайне интересный момент. Получается, Дьяк до общения с Гринбергом об этом всем не знал. Лишь встретившись с главным контрабандистом, въехал в ситуацию. А что тогда с Костасом? Он-то как смог разобраться во всем, прийти к выводу, что проще лететь с одним только Гринбергом, без нас?

Очень странно. Ведь я точно знаю, что не позволял им не то что оставаться наедине, но даже встречаться. Гринберг безвылазно сидел в своей каюте, да и Костас был под наблюдением.

Что ж, если чудес не бывает, значит, они договорились намного раньше. И снова-таки подтверждается моя догадка о том, что приманка, те самые «дроиды «РоботЭкс», должны были приманить вовсе не нас, а людей Дьяка.

Как бы то ни было, а узнать, чем там все закончилось на орбите, я мог легко и просто.

Толяныч практически сразу вышел на связь.

— Ну что там? Разнесли контрабандистов? — спросил я без предисловий.

— Нет, — казалось, Толяныч был очень удивлен, — не разнесли. «РоботЭкс» позволили кораблю уйти. Ни черта не понимаю…почему отпустили? Стоит только Гринбергу добраться до ближайшей планеты, как там экипаж растрезвонит о происходящем на Хрусте по всей округе, если вообще не по всему сектору.

— Видимо, не растрезвонит, — ответил я. — Наверное, в команде Гринберга жесткая дисциплина, и всех языкастых уже давно «уволили».

— Может… — легко согласился Толяныч, — как бы там ни было, а их отпустили. Причем я уверен, что контрабандисты не убежали, а им именно позволили уйти — фрегаты «РоботЭкс» не только не стали открывать огонь, но еще и вернулись на исходные позиции даже до того, как контрабандисты ушли в гиперпространство.

— Опознали, значит, — буркнул я, — проверку «свой-чужой» прошли…

— Когда мы сможем выбраться с Хруста, у гильдии будут серьезные проблемы, — заметил Толяныч.

— До этого нужно еще дожить, — скептически хмыкнул я.

— Доживем, — успокоил меня Толяныч, — вопрос только, как?

— Есть тут идея, — ответил я.

— Какая? А хотя…корабль Кузьмы?

Во дает! Сразу догадался. А впрочем, чему удивляться — Толяныч ведь в такой конторе работает, куда только с подобными умениями и берут.

— Он самый, — сказал я.

— Ну что ж…может, нам повезет во второй раз?

— Очень на это надеюсь.

— Кстати, насчет контрабандистов. Есть один момент…

— Какой?

— Принимай скрины, скинул.

Что там еще за скрины?

Поначалу я даже не смог разобраться с тем, что вижу на присланных Толянычем картинках, но чем дольше я в них всматривался, тем больше начинал видеть различных деталей, больше понимал, что вообще здесь привлекло внимание Толяныча.

А было там следующее: фотографии, сделанные на орбите Хруста. Задним фоном шел темный космос со звездами или сама планета, и везде были небольшие темные точки. Было их довольно много, они хаотично разбросаны, и я поначалу вообще не понял, что это такое было. Какой-то мусор?