— Чтоб вы сдохли, твари, — пробурчал он, подошёл к двери и, глубоко вздохнув, снова отодвинул заслонку. Но... не увидел ничего, кроме темноты. — Э-э…
— Что там? — нетерпеливо спросил Лоуренс.
— Доска какая-то, — Дерек попытался отпихнуть её пальцем, но безуспешно.
— В смысле «доска»?
Лоуренс и остальные подошли к двери, но через узкую щель увидели то же самое — деревянный щит, наглухо перекрывающий обзор.
— Ничего не понимаю…
Лоуренсу это тоже показалось странным, но довольно быстро до него дошла простая и жуткая логика происходящего.
— Дай-ка сюда…
— Ты что, одурел?! Не открывай дверь!
Но Лоуренс уже отодвинул засов и толкнул створку. С первого раза не вышло. Со второго — тоже. Тогда он упёрся в неё плечом.
— Кх-х... Бесполезно. Он чем-то подпёр её снаружи.
— Может, всё-таки сходим на свидание? — раздался из-за решётки полный надежды голосок.
— Заткнись! — рявкнули на неё хором.
Горестно вздохнув, голубоглазка сникла, поджала губы и, сцепив пальцы в замочек, снова замолчала.
В этот момент сверху донёсся подозрительный шум. Мужчины инстинктивно шарахнулись к стенам, уставившись на потолок, с которого заструился мелкий песок.
Дверь в подвал была цельнометаллической, врезанной в стену на толстые штыри, но вот потолок…
— А что у нас с потолком? — озвучил общую мысль стражник.
— Вроде... жестью подбит, — нервно ответил Лоуренс, не отрывая глаз от деревянных балок. — Но это не точно.
В следующее мгновение снаружи раздался оглушительный хруст — будто ломали толстенные балки. Масляные лампы подвала по-прежнему боролись с мраком, паук в углу продолжал своё неторопливое плетение, кошка-девушка дремала, свернувшись калачиком, а шестеро идиотов в немом оцепенении уставились на потолок.
— Оставь нас в покое! — в ярости крикнул стражник, вглядываясь в деревянные перекрытия. — Нет тут твоего кролика! Мы просто… от жён тут прячемся! В карты играем! Пиво пьём!
И вдруг наступила тишина. Не спокойная, а гнетущая, зловещая, от которой по спине побежали мурашки.
— У-ушёл? Он ушёл? — с надеждой прошептал Дерек.
— Что-то я сомневаюсь, — тихо ответил Лоуренс и уже собирался что-то сказать Ако, как помещение сотряс шквал ударов. Они обрушились на потолок со всех сторон — яростные, хаотичные, словно разъярённый великан методично превращал крышу их укрытия в щепки.
Охваченные животным ужасом, похитители инстинктивно схватились за оружие. Лоуренс до белизны сжал рукоять ножа, стражник с лязгом выхватил шпагу, остальные четверо вооружились чем попало — кто метлой, кто сломанным стулом, кто просто поднял с пола увесистую кочергу.
— Надо что-то делать, — прошипел Лоуренс, прижимаясь к стражнику. — Надо выбираться.
— Согласен, иначе на шум сбегутся все патру...
Внезапно раздался оглушительный скрежет рвущегося металла, и в следующее мгновение в образовавшуюся дыру в потолке ворвалась огромная рука. Она впилась пальцами в голову Дерека и рванула его наверх.
— А-А-А-А! Помогите! Оно меня схватило! — его крик был полон животного ужаса.
— Хватайте его за ноги! Тащите! — завопил Лоуренс.
Все пятеро бросились на помощь, ухватившись за тело Дерека. Возникла жуткая перетягивание: монстр снаружи — и люди внутри.
— Тащите, чёрт возьми! Сильнее!
— Не получается! Он как будто приварен!
— Гха-а-а-а!
— Получается! Тянем!
И у них действительно получилось. Хватка внезапно ослабла, и все пятеро, включая Дерека, грузно рухнули на пол в одну кучу.
— Ох, твою мать, Дерек... Двадцать процентов с твоей доли я забираю за этот тр... — Лоуренс осекся на полуслове, разглядев, что у его подручного напрочь отсутствует кое-что важное.
— А-А-А! СУКА! СУКА-СУКА-СУКА! — закричал один из мужиков, отползая. — ГОЛОВЫ НЕТ! ОН ОТОРВАЛ ЕМУ ГОЛОВУ!
Оставшиеся в живых в панике разбежались по углам, и к их диким крикам присоединился пронзительный визг хомячихи.
— А-А-А-А-А-А-А! МЫ ВСЕ УМРЁМ!
— Может, пока все не умерли, кто-нибудь всё-таки сходит со мной на свидание? — раздался полный надежды голосок из-за решётки.
— ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ-ЗАТКНИСЬ-ЗАТКНИСЬ! — в истерике заорал стражник.
— НИКТО С ТОБОЙ НИКУДА НЕ ПОЙДЁТ! МЫ ВООБЩЕ СЕЙЧАС ЗДЕСЬ ВСЕ СДОХНЕМ!
«Интересно, как его зовут?» — подумала Ако, с трудом сдерживая довольную ухмылку.
— Ну ладно, — снова расстроилась голубоглазка, поправляя краешек своего синего платьица.
Внезапно симфонию ужаса перекрыл новый грохот. Часть потолка рухнула ровно на того самого безымянного подручного Лоуренса, чьё имя мы так и не узнаем. Удар был сокрушительным — будто на несчастного обрушился целый самосвал, гружённый свинцом.
На долю секунды в подвале воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь истеричным визгом хомячихи. Все замерли, наблюдая, как гигантская фигура поднимается из облака пыли, пытается выпрямиться во весь рост и с силой упирается плечами в балки перекрытия. Ужас сковал всех... кроме загадочной незнакомки в вуали, увидевшей в этом новую возможность.
— Мужчина! Я приглашаю вас на свидание! — раздался её звонкий голос из-за решётки. — Пожалуйста!
— Су-ука-а... — прошипел Лоуренс, не в силах оторвать глаз от исполина. — Какого... хрена... ты такой огромный?
— Лоуренс! Шевелись! С двух сторон! — крикнул стражник и бросился вперёд с поднятой шпагой.
Ответом ему стал низкий утробный рёв. Что-то массивное и стремительное пронеслось по воздуху. Стражник не успел даже понять, что происходит, как это что-то сбило его с ног, пригвоздило к кирпичной стене и буквально переломило пополам, разрубив грудную клетку и отделив руки.
Топоры Гриза никогда не отличались остротой, поэтому смерть нельзя было назвать ни быстрой, ни милосердной. Кости под тупым лезвием сначала с хрустом ломались, и лишь затем, под нечеловеческим напором, плоть и мышцы окончательно разрывались.
Взявшись за голову верхней части стражника, гигант швырнул её в Лоуренса. Кровь брызнула во все стороны, в клетку влетел кусок сердца как раз в то место, где сидела загадочная девушка-магозверь. Крика не последовало, однако от такого подарка она брезгливо отдёрнула ногу, а затем небрежно отпихнула от себя его ботинком.
Оторопев от такого снаряда, Лоуренс инстинктивно остановился и попятился, но Гриз в один шаг настиг его, схватил за шею и с размаху, со всей звериной яростью, вколотил его головой в потолочную балку. От первого же удара в глазах у Лоуренса потемнело. Когда же наступило «затмение», он успел увидеть лишь быстро приближающийся каменный пол.
БУМ!
Раздался отвратительный хруст. Нож Лоуренса, выскользнув из ослабевших пальцев, укатился к самой решётке.
— А-А-А-А-А-А! — к визгу хомячихи присоединились вопли двух оставшихся мужчин. Один обнимал кочергу, как дитя одеяло, второй в безумии замахал стулом.
Дух Лоуренса неохотно возвращался в тело. И, как выяснилось, зря. Едва он открыл глаза, как увидел нависшую над его лицом грязную исполинскую пятку.
— А-а... — успел он выдохнуть.
БУМ!
ХРУСТ.
Его крик резко оборвался, когда из-под ступни Гриза брызнула розовая жижа вперемешку с осколками черепа.
Тем временем двое последних выживших, обезумев от страха, попятились к самой решётке. Один даже попытался втиснуться между прутьев, но гигант, вопреки своим исполинским размерам, оказался на удивление проворным.
Опираясь на одну руку подобно горилле и пригибаясь, Гриз двинулся вперёд, цепляясь второй за выступы то на стенах, то на потолке. В считанные секунды он добрался до оставшихся и нанёс последний удар. Один, мощный, ставящий точку на всём и на вся.
Лезвие со звоном чиркнуло по прутьям решётки, подхватило одного мужчину, затем второго и перерубило, когда они столкнулись со стеной. Внутрь клетки брызнуло кровью.
— А-А-А! А-А! А-А! А-А! Я НЕ ХОЧУ УМИ-А-А-РА-А-АТЬ! — продолжала орать девушка-хомяк. Она была настолько напугана, что в какой-то момент вскочила со своего места и попыталась прокопать голыми руками себе выход прямо сквозь кирпичную стену.
