Куда же деться без простенького с виду союза?  Язвительного слова, способного придать похвалам и восхищениям совершенно иной смысл. Например:

      …НО, в стране не сыщешь человека, занимающегося плодородным слоем (видите, я предупреждал!).

      …НО в министерстве сельского хозяйства к почве относятся, как к дальней надоевшей  родственнице, скинув все заботы о ней на единственного специалиста (!!).

       … НО последняя кафедра почвоведения закрылась более тридцати лет назад(!!!). И изучать природное тело, склад пищи для растений, фабрику по переработке органических веществ, аккумулятор влаги и солнечной энергии стало некому.

           Итог.

       Только из-за засоления, вызванного неумелым обращением, утрачено около двадцати процентов пахотных угодий страны.

        И, тем не менее, поля продолжают солить. Ведь нормы, подачи воды устанавливаются без каких-либо консультаций с почвоведами. Последних-то повывели.

        Из озера Кинерет, через специальный водовод, в засушливый Негев ежегодно переправляют более 1000  тонн хлорида  натрия. Поваренной соли или «белой смерти», если угодно. А ее в местных землях более чем достаточно. Пустыня все-таки.

          Почва плодородна, благодаря верхнему слою, в котором скапливается органическое вещество, удерживаются все необходимые растениям химические элементы. И если этот горизонт не успела законсервировать помянутая соль, он, в наших палестинах, становится жертвой эрозии. 

         Определить, живы пашни, пастбища и луга Израиля. Удалось ли ветрам и ливням обескровить или обезглавить их, можно лишь периодически составляя, уточняя и обновляя почвенные карты. Способен ли на такой подвиг реликтовый экземпляр почвоведа, затерявшийся среди столов и кабинетов Минсельхоза – вопрос праздный.

         Кстати, разрозненные, устаревшие картинки-фрагменты почвенного покрова страны, годами пылятся на стеллажах того же министерства. Значит, было время, интересовались землей? Да, было, но прошло. Сегодня эти музейные экспонаты стыдливо спрятаны от посторонних глаз.  В «тайну» недалекого прошлого посвящен лишь очень узкий круг лиц. К коим относится и ваш автор.

        Подобное безразличие, понятно, отразилось в ценах на продукты.  Но и они не дают исчерпывающего представления об «инвестициях», запаханных в землю. А вот речные и подземные воды, куда десятилетиями уходили излишки удобрений и ядохимикатов, добавляют яркие и неожиданные сюжеты к истории о бессмысленно истраченных ресурсах. 

      Впрочем, слово «излишки» звучит слишком безобидно. Насколько опасны реки Израиля, можно судить по трагедии, разыгравшейся в конце 90-х годов во время открытия международных спортивных соревнований (макабиады). Несколько человек, упавших с моста  в реку Яркон, наглотались воды (?) и отдали Богу душу. Другие же реки страны не лучше. Даже в сезон дождей, они цветом и запахом отпугивают туристов-романтиков и бедуинов-кочевников.

    Стоит ли удивляться, что мы живем в век непрекращающихся продовольственных кризисов, когда цена тонны пшеницы на мировом рынке подскакивает порой до 1000 долларов?  А новейшие системы, в которых почва почти не принимается в расчет, дорожают быстрее, чем их удается окупить урожаями. Ведь цена модели 2012 года, всегда будет выше модели 2011 года.       

     Следовательно, требуются дотации, помощь государства. И приплачивают. Много приплачивают. Тут-то и возникает вопрос. А так ли далеко ушли мы от туарегов-кочевников, если надеемся на подачки? Если единственный способ удешевить производство видим в труде «НЕЗАНУМЕРОВАННЫХ РАБОВ» - гастарбайтеров.

      Иные способы экономии, вроде изучения, разумного использования почв,  отвергнуты, позабыты, погребены в сундуках, сданных на хранение кощеями нашего времени, чиновникам, стерегущим, словно острие легендарной иглы, свою сытую и беззаботную жизнь.       

     Согласитесь, сомнения Томаса Мальтуса были не столь уж безосновательны. Он не отрицал силу человеческого разума, а лишь усомнился в то, что она целесообразно используется. И, если кого-то не устраивает устаревшая формулировка его постулата, могу предложить новую: «ДОХОДЫ БОЛЬШИНСТВА НАСЕЛЕНИЯ НАШЕЙ ПЛАНЕТЫ НЕ ПОСПЕВАЮТ ЗА РОСТОМ ЦЕН НА ПРОДУКТЫ ПЕРВОЙ НЕОБХОДИМОСТИ».

 А стало быть «ЭКСПЕРИМЕНТ ДЛИНОЮ В 10 000 ЛЕТ» не завершен,  и  до победы над голодом еще далеко.

НЕУЖЕЛИ ЭТО О НАС, ЛЮДЯХ? ВЫ ПИШИТЕ О ТОМ, О ЧЕМ ПРЕДПОЧИТАЮТ НЕ ГОВОРИТЬ. ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ ЛЕТ – И В РЕЗУЛЬТАТЕ САМОУБИЙСТВО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, ВМЕСТО СОЗДАНИЯ ГУМАННОГО ОБЩЕСТВА. И НИКАКОЙ НАДЕЖДЫ…

 НУ, ПРОСТО ОФИГЕТЬ!!! ВСЕ ВРОДЕ БЫ ПРОСТО, НО С ДРУГОЙ СТОРОНЫ СТРАШНО. ВСЕ ВСЕГДА ЧЕРЕЗ ОДНО МЕСТО. ПОТРЯСЛА ФРАЗА: «ОДНА БЕДА – УЩЕРБНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ И ПОНЯТИЯ, ОТЖИВШИЕ СВОЙ ВЕК, ПОРОЙ НЕИСТРЕБИМЫ». Я БЫ СКАЗАЛА НЕ «ПОРОЙ», А, КАК ПРАВИЛО, НЕИСТРЕБИМЫ…

 ПРОСТО УЖАС!!!     

 ПЕРЕД ТЕМ КАК ВАС ЧИТАТЬ – НАДО ВАЛЕРИАНКИ НАПИТЬСЯ…

 ЧЕМ НЕ КОШМАР И УЖАС ЖИЗНИ!…

 РЕЗКОВАТО, МИХАИЛ. ВСЕХ ОБЛОЖИЛИ. НЕШТО НЕТ В ЖИЗНИ СЧАСТЬЯ?

 Это не цитаты, а отклики читателей на заключительную главу книги «ЧЕТВЕРТЫЙ ИНГРЕДИЕНТ».

 Напугал? Не хотел. Само собой вышло. Что ж, попытаюсь исправить впечатление,  взглянуть на жизнь с другой стороны. Назовем новую заключительную  главу так, чтобы и сомнений не возникало. 

ПОСЛЕСЛОВИЕ. БЛИСТАЮЩИЙ МИР или «ЭТЮДЫ ОПТИМИЗМА».

     «Трактат о человеческой природе, и о средствах изменить ее с целью достижения наибольшего счастья должен показаться теперь … величайшим анахронизмом. Несмотря на столь свойственную русским людям любовь к теоретизированию, наука в России переживает продолжительный и тяжелый кризис. На науку не только нет спроса, но она находится в полнейшем загоне».

      Точно, верно, актуально, хотя и подмечено более ста лет назад. Увы, кризис перестал быть чисто российским. Он давно и уверенно завоевывает страны и континенты. Потому-то «ВЕЛИКОЕ ЗАВТРА» часто видится убогим продолжением  БЕЗРАДОСТНОГО СЕГОДНЯ.

      Эти откровения тем более оправданы, чем меньше читателей знакомы с именем их автора, Ильей Ильичом Мечниковым. Его книгой «ЭТЮДЫ ОПТИМИЗМА» и робкими попытками объяснить, почему в наше «просвещенное» время пропал интерес к ТАЙНАМ, обесценены знания, не приносящие моментальной выгоды. Знания, презираемые за их мнимую «бесполезность». (Нет, нет! Я не за старое взялся. Читайте дальше. Убедитесь.)

       Что же есть польза? Ежедневное копошение в мелочных проблемах или полет мысли – единственный путь в новую, переливающуюся неповторимыми красками иных миров жизнь? 

       Жизнь, в которой рождаются сюжеты математика Льюиса Кэрролла, знатока мрачного германского эпоса Эрнста Теодора Амадея Гофмана, философа-медика Конан Дойля.

      ЖИЗНЬ, полная приключений Алисы в стране Чудес, стране иных Измерений и Представлений.

      ЖИЗНЬ Рудного человек в «Фаллунских копях» и житейские рассуждения кота Мура.  

      ЖИЗНЬ, наполненная блистательной логикой и дедукцией знаменитого сыщика и в тоже время самого обыкновенного человека Шерлока Холмса.

       Так может, рискнем, последуем за ними? В «Сверкающий  Мир Чудес»,  «Блистающий Мир Знаний»!

История первая: «FAR AND AWAY».

        Если приглашение принято, вперед! ВПЕРЕД, СТАРАТЕЛИ СЧАСТЬЯ, рожденные любовью к истине. ВПЕРЕД все, кто предпочел аромат поиска и удачи, сытой и унылой жизни в вольерах офисов. Все, кто ищет наслаждение, в труде, готов драться за правду (Еще самую малость и начну). Будем настойчивы и сильны, как первопроходцы, выигравшие БИТВУ ЗА ЗЕМЛЮ на просторах прерий…