Как он сказал? Одержимость губительна, а жажда не дает идти другим путем? Хоть в каких-то вопросах мы друг друга понимаем.

– Хорошо, Ассия, я подумаю. – Выдал Эйден, мрачнея с каждой секундой.

– Чу́дно. – Я, наоборот, расщедрилась на скупую улыбку. Встала под его пристальным взглядом и направилась к двери. –

Рада была повидаться, Ваше Высочество. Надеюсь на долгое и плодотворное сотрудничество.

Дверь за моей спиной захлопнулась, отрезая от тепла. Температура в коридоре была ниже на несколько градусов, и мурашки моментально охватили мое тело.

Путь в покои показался мне бесконечным: я словно петляла в бесконечных лабиринтах тьмы, что сжимались вокруг меня все сильнее. Внезапно разболелась голова, а каждый шаг стал даваться труднее предыдущего.

Я просто устала, – уверяла я себя, хотя понимала, что за этими реакциями организма кроется что-то другое. Что именно – я узнала, только оказавшись в своей комнате.

– Где ты была так долго? – Герта ждала меня там, присев на диванчике в гостиной. Спина неестественно прямая, бледное лицо, и это чувство отчуждения, что проникает в мои дыхательные пути и заменяет собою воздух. Мне не нравится ее тон – он требовательный и контролирующий, совсем не похож на нее.

Софии, как назло, нет, а мне почему-то больше не хочется оставаться один на один со своей нематерью.

– Почему я должна отчитываться? – Огрызнулась я, нисколько не заботясь о том, как это звучит. Воздух сгустился еще сильнее, стал темным и дрожащим, а Герта вдруг как-то зло усмехнулась. Поднялась со своего места, и я внезапно увидела два горящих красных следа, остающихся в воздухе на уровне ее глаз.

– Быть не может, – хрипло выдавила я, отступая на пару шагов. Вспомнилось единственно известное мне существо, чей взгляд имел подобный эффект. Дэмиан…

– Быстро до тебя дошло. – Оскалилась сущность лицом Герты. – Но так даже лучше. Наконец-то мы встретились.

Страх

Я словно в каком-то кошмаре, от которого никак не могу проснуться. В первое мгновение меня затапливает какой-то животный страх – я словно дичь, загнанная в угол. Он парализует меня, заполняет все мое тело.

Какие все-таки нелогичные у человека инстинкты: эмоция, отвечающая за самосохранение, делает его уязвимым и беспомощным. Лишает последнего шанса на спасение. Я разрываю это оцепенение и взываю к злости, к своей тьме. Как ни странно, они откликаются: охватывают меня мягким коконом, выводя из этого состояния.

Чего я испугалась? Пожилой женщины, что смотрит на меня чужими глазами? Или собственного воображения, что красочно нарисовало повторение той жуткой ночи? Я моргнула, переключаясь на магическое зрение, и увидела его – некий темный сгусток, находящийся на уровне ее груди. Скорее всего, артефакт или иной магический предмет. От него исходит алое свечение, но в остальном это все та же Герта: до безобразия беззащитная и безвредная. На первый взгляд.

В ее теле нет ни одного магического канала, что способен выпустить магию Дэмиана, а, значит, ее тело — всего лишь временный сосуд для его разума.

Я поняла, что пауза затянулась, а Герта пристально смотрит на мое лицо, отслеживая каждую эмоцию. Как раз в этот момент мне и удалось полностью взять себя в руки и нацепить равнодушную маску. Я уже так поднаторела в этом деле, что она ощущается и не маской вовсе, а отражением моей души.

– Дай-ка я угадаю. – Произнесла я, отстраненно отмечая, что голос мой звучит ровно и уверенно. – Мы должны были встретиться совсем не так. Мой отец должен был приволочь меня в твой замок, забрать причитающуюся награду и бросить там. Я бы стояла перед тобой, вытащенная из собственной постели в полыхающем замке: униженная, не имеющая ни малейшего понятия, что происходит.

Губы Герты изогнулись в незнакомом мне оскале.

– Примерно так. – Согласилось существо ее голосом. – С той лишь разницей, что твой отец уже давно получил все, что ему причиталось.

И продолжает получать. – Не без злорадства подумала я, вспомнив недавний визит в темницы.

– Какое неразумное… вложение. – Я моргнула и увидела комнату в прежнем виде: освещенную лишь небольшим магическим светильником у дальней стены. – И, полагаю, сейчас тебе предстоит исправить это досадное недоразумение. С чего начнешь: угроз или шантажа?

– Разве есть хоть что-то, что ведьме дороже собственной шкуры? Начни я сейчас по кусочку сдирать кожу с тела твоей обожаемой служанки, ты ведь даже глазом не моргнешь?

– А ты начни и узнаем. – Я оскалилась в ответ, совершенно отчетливо понимая, что если хоть отдаленно дам ему понять, что подобная угроза сработает, то он приступит к исполнению в тот же момент. – Можно, конечно, попробовать мне рассказать, зачем тебе ведьма с даром управлять временем…

Я наконец-то отмерла и прошла внутрь гостиной. Уселась в одиночное кресло, стараясь не сводить взгляда с Герты, чьи красные мерцающие глаза продолжали внушать опасение. Все существо охватило резкое отторжение, словно тьма внутри меня обросла острыми шипами.

– Твоя выдержка достойна восхищения… или, возможно, ты просто не знаешь, кто перед тобой?

– Я очень хорошо представляю, на что ты способен, Дэмиан Алмар. – Все тем же ровным тоном произнесла я. – В конце концов, это не первая наша встреча.

– Полагаю, теперь я знаю, кому обязан столь сокрушительным поражением. – Ответила сущность задумчиво. – А ты сильна, раз смогла использовать свою способность на мне. Даже не знаю, упрощает ли это все… или, наоборот, усложняет.

– Что именно?

– Твоя богиня наложила на меня проклятье, которое может снять только ведьма. Предположительно, у той, что владеет временем, шансы выше. – Признаюсь, такого ответа я ожидала меньше всего.

– Проклятье? – Переспросила я, не потому, что не расслышала, а просто хотелось выиграть время для размышлений.

Моя богиня — полагаю, речь идет о Богине Раздора, чью легенду я исполнила тогда на балу. Я могла лишь предположить, что чудовище, дарующее силу ведьмам, как-то связано с Таль: возможно, эти способности принадлежали ей самой.

Я воскресила в памяти строки придания. Таль встретила Бога Зла Фариса и влюбилась в него. Вот только тот не спешил отвечать взаимностью – воспользовался красавицей, а после оставил. Стремясь отомстить, она предложила себя брату Фариса – Богу Света Дару. И схлестнулись братья в схватке, очень скоро забыв про истинную причину раздора. А дальше последовала война, охватившая как мир богов, так и человеческий – именно об этом рассказывала история Великого Разделения.

Я внезапно задумалась о происхождении силы Дэмиана. Эйден как-то сказал, что она подобна божественной, но что если…

– Термин несколько упрощен для человеческого понимания. – С некой снисходительностью пояснил Дэмиан, давая очередной намек, что его происхождение таковым не является. – Боюсь, что в текущей ситуации не могу поведать больше деталей. Но поверь, Ассия, я умею быть щедрым и благодарным.

– Наслышана. И каким способом можно снять это… проклятье? – Нахмурилась я, внезапно ощущая себя маленькой девочкой, что тыкает палкой в спящую собаку, не зная, что животное в любой момент может очнуться и накинуться на нее.

– А вот это ты уже узнаешь, когда окажешься на моих землях. – На губах Герты застыла легкая полуулыбка — Дэмиан точно знал, что смог как минимум разбудить во мне любопытство. – Дам тебе время на раздумья. Но помни, что терпение у меня не бесконечное. И ты не сможешь всю жизнь просидеть здесь, под защитой “Сердца”.