Я чувствую вкус вина, его разочарования, но в то же время страсти и нежности. Он терзает мои губы так долго, что со стороны жреца раздается деликатное покашливание.

– Поздравляю вас. – Поклоняется он, наконец-то осознав, кто перед ним находится. – Для меня большая честь провести столь значимую для всего королевства церемонию.

– Надеюсь, у вас хватит ума не болтать о ней… хотя бы дня три. – Бросает Эйден, не глядя на него.

– Разумеется. – Жрец распутывает ленту, стараясь не наступить на лужицу крови, что продолжают капать с наших сцепленных ладоней. Едва путы спадают, король подносит наши руки к губам и целует мое запястье.

– Пойдем, дорогая жена. Твои клятвы нуждаются в сильной доработке.

И почему в его голосе мне чудится угроза?

Первый

танец

Мне казалось, что едва я стану королевой, все в моей жизни должно измениться. Пойти наконец-то правильно. Я ведь желала власти, короны. Желала забраться Эйдену под кожу и свести с ума.

Мои цели достигнуты, но все, что я ощущаю — затягивающуюся петлю на шее. Темная сторона молчит, а мое собственное нутро трепещет от надвигающейся беды. Ее запах уже разлился в воздухе, подобно озону перед грозой. Я вдыхаю его полной грудью, всем телом чувствуя приближение поворотного момента — того самого, которому суждено прервать мою линию жизни.

Сколько у меня осталось времени? Неделя? Месяц? Год?

Стоит ли рассказать все Эйдену? Могу ли я ему доверять? Ведь он так и не дал клятвы меня не убивать…

Вопросы наполняют мою голову, но ответа на них нет. Я подозреваю всех и каждого, но главных претендента на мое убийство два: Эмили и Дэмиан. У бывшей невесты короля мотивов столько, что хватит и на десять моих жизней. А Алмар просто… бездействует. И каждая секунда промедления говорит мне о том, что произошло нечто, заставившего его пересмотреть свои планы в моем отношении.

Возможно, это влияние остальных двух правителей? Или там, на площади, что-то произошло? Ведь змей не пытался меня забрать — он хотел меня раздавить. Раньше я не придавала этому большого значения, но сейчас, проанализировав события спустя время, задумалась.

Эти мысли не давали мне покоя следующие два дня. В наших с Эйденом отношениях ничего не изменилось — я даже начала думать, что слова клятвы мне просто померещились.

Брачная ночь в разных постелях. Нечитаемое выражение его лица.

А после этого он находит меня в разгар дня, заталкивает в ближайший безлюдный угол, прижимает к стене так, что я едва могу дышать. Его руки повсюду: забираются под платье, касаются обнаженной кожи. Каждое движение такое же лихорадочное, как и его взгляд.

Губы накрывают мои, заглушая вопросы, возмущения, заставляя тело плавиться, принимая форму, подходящую под его. Мы слышим чужие шаги, но ему словно нравится балансировать на грани быть раскрытыми.

– Не издавай ни звука, Ассия. – Произносит он на грани слышимости, а пальцы уже проникают внутрь, заставляя меня до крови закусить губу. Внезапность и непристойность ситуации, страх быть обнаруженными и возбуждение превращаются в гремучий чувственный коктейль.

Я абсолютно забываю, что, вообще-то, могу поставить звуконепроницаемую зону, вспоминая об этом, лишь когда мое горло больше не в силах сдержать тихие стоны. Он доводит меня до высшей точки наслаждения, неотрывно следя за выражением моего лица.

Проводит влажными пальцами по моим губам, проникает ими в рот, а затем снова целует — нежно, чувственно, трепетно, словно его внутренний монстр насытился и немного ослабил вожжи контроля.

Противоречивое поведение Эйдена тоже добавляет причин для размышлений. Я чувствовала некий конфликт, что пожирает его изнутри. Наши внутренние демоны сильны, они стоят незримой тенью за нашими спинами. И я понимала: пока они там, наши отношения другими не станут.

И отсюда возникал главный вопрос: кто сделает первый шаг? И не станет ли слишком поздно?

***

– Платье просто восхитительно! – Выдохнула Иви, когда я, наконец, примерила финальный вариант своего наряда для коронации. На мой вкус, покрой был простоват для такого события, но смотрелось оно изумительно.

Бежевая ткань приятно льнула к телу. Верхняя часть декорирована жемчугом. Оно выглядело почти свадебным, но при этом не слишком пышным и вычурным. А самое главное — в пугающем видении на мне был наряд куда роскошнее этого.

Сегодня утром я потратила несколько минут, вновь изучая малейшие детали картины собственной смерти. Платье — моя главная улика: именно по нему я могу узнать, когда настанет тот самый день. Возникли мысли: что будет, если его попросту не надеть? Уничтожить?

Или к тому моменту мое ожидание настигнет такого апогея, что я попросту брошу вызов судьбе?

– Спасибо. – Поблагодарила я. Швея критически осматривала меня со всех сторон, и лишь удовлетворившись конечным результатом, велела своим ассистенкам помочь мне снять наряд. Мы с Иви дождались, когда они покинут комнату, и только после этого, принцесса произнесла с мечтательными интонациями в голосе:

– Не могу поверить, что бал уже завтра. Как и в то, что вы с Эйденом поженились, никому не сказав. Это так романтично! Я вспомнила наши шатания по потайным коридорам и последующие за этим события и скептически хмыкнула.

Конечно же, принцесса пока была первая и единственная, кто узнал о столь знаменательном событии — брат сообщил. Я не признавалась, но это было очень даже кстати. Мне был просто необходим хоть кто-то, с кем я могла это все обсудить.

– В тот момент мне так не казалось.

– Представь, что ты могла бы отмотать время вспять… Какой была бы твоя идеальная свадьба? – Спросила она, а глаза блестят хитро-хитро. Мне хочется надеяться, что с этим вопросом ее подослал ко мне Эйден — вдруг захотел исправить свои ошибки?

– Ну, во-первых… – начала я, задумавшись, какой представляла свою свадьбу, будучи совсем юной девушкой.

Герта закрепляет фату на моих волосах. Отец берет меня под руку и ведет к жениху. Церемония, конечно же, проходит в саду нашего родового замка. Стоит весна, цветут персиковые и вишневые деревья, их лепестки медленно ложатся на землю.

Я моргнула, внезапно представив обгорелый сад. Каменные развалины вместо дома, в котором я выросла. Мертвого отца и его последние слова. Удаляющуюся карету Герты.

– Во-первых, я могу отмотать время вспять. И если бы желала что-то исправить, то непременно бы это сделала. – Отрезала я, почувствовав, что настроение резко испортилось.

– Серьезно? – Иви вытаращила глаза, и я только сейчас осознала, что о природе моей силы мало, что известно остальным.

Воспоминания стираются вместе с исчезнувшим будущим. – Это же… невероятно!

– Твоя способность была не менее исключительной. – Вдруг вспомнила я запись в дневнике Эйдена. – Если не ошибаюсь, то ясновидение.

Почему-то этот факт сейчас вызывает неясное волнение. Если поглотившая этот мощный дар ведьма могла предвидеть будущее, то как она допустила свою смерть? Тем более от рук молодого и неопытного Эйдена, что на тот момент даже не был инквизитором?

Самый надежный способ узнать — спросить об этом своего теперь уже мужа. После коронации, что состоится завтра, мне предстоит официально переехать в королевские покои. А уж там у нас будет намного больше возможностей поговорить. Даже не так: больше возможностей для всего.

Внутри вдруг зажглась несмелая надежда, что со временем мы сможем преодолеть разногласия, открыться друг другу. Я цепляюсь за нее всем своим существом, впервые за последние недели ощущая, что не одна.