— Ты спишь с моим братом? — спросил Кэйл без предисловий в лоб.

— А ты с моей сестрой?

Я выдернула руку из его хватки, он оторопело моргнул.

— У тебя нет сестры.

— Есть двоюродная, — напомнила я, — Илона. Так что между вами?

— Что за бред ты несешь?

— Раз ты задаешь неуместные глупые вопросы, то и я решила не отставать.

— Хватит юлить! — рявкнул Кэйл. — Вся академия обсуждает ваши шашни. Вас видели в субботу, как вы уезжали вдвоем, а в воскресенье…

— Иди ты, — перебила я и отправила на те самые три буквы, чтобы точно вышло доходчиво.

— Я туда не хожу, — ухмыльнулся он.

— Зато интересуешься другими, кто там и куда ходит. Отвали.

Не тратя больше на него слов, я зашагала прочь. Кэйл не стал меня останавливать, видимо, тоже почуял перебор драмы. Еще чуть, и появился бы мыльный привкус дешевого бульварного романа, бе.

Какое ему вообще до нас дело? Впрочем, чего это я… Испокон веков людей очень интересует чужая личная жизнь, особенно если в приложение к ней имеется корзина грязного белья — хоть воображаемого, хоть нет. А Кэйл в первую очередь переживает за честь рода. Предупреждал ведь, что мне не на что рассчитывать, а я, выходит, не прислушалась.

Раздражение быстро уступило место беспокойству. За Хэстена. Аукнутся ли ему эти сплетни? Связь с безродной хаоситкой — это тянет на скандал? Впрочем, мужчинам в таких ситуациях несравнимо проще. Куда меньше осуждения, мягко говоря. Если бы на моем месте была девушка из хорошего рода, а Хэстен был бы неизвестно кем… о, тогда бы тоже досталось девушке. А так — ну, спутался парень с неподходящей особой. С кем не бывает.

Надо бы с ним поговорить. Странно, что он до сих пор меня не нашел. Не случилось ли чего?

После следующей лекции настал обед. В столовой я поискала Хэстена взглядом и не нашла. Не то чтобы это было удивительно — не все обедают в одно время, а уж у него вообще какое-то собственное расписание. Я набрала полный поднос и села одна под прицелом десятков наблюдающих глаз. Вот она — слава! Преждевременная, правда, и не та, какой бы хотелось. Но надо же с чего-то начинать.

Едва я надкусила хлеб, как на скамью напротив плюхнулись двое. Лиам Нейлар и Уилльям Шамтур — приснопамятные прихвостни Кэйла, неравнодушные к Хэстену. Выглядели они вопиюще наглыми и абсолютно не интересными. Два типичных пижона в меру смазливой внешности, одетые с иголочки. Скукота.

— Слушай, — протянул Лиам, кладя локти на стол, — а с нами ты не хочешь куда-нибудь скататься на выходные, как с младшеньким Эшлером?

Уилльям сально улыбнулся. Ох, ну и подарочек. Двойной.

— При случае посмотрите на него. — Я со вздохом отложила ложку. — А потом на себя. И снова на него. Ответ станет очевиден: нет, не хочу.

Лиам побагровел.

— Ты чего о себе возомнила, безродная? — Улыбка сползла с наглой физиономии Уилльяма. — Думаешь, если Эшлер тебя подобрал с помойки, то теперь тебе все можно?

— О, кстати, вы отлично смотрелись в мусорных баках, — вспомнила я. — Гораздо лучше, чем сейчас. В своей среде, так сказать.

Лиам привстал, сжимая кулаки. Я не шелохнулась. Ну не ударит же он меня, право слово. Но было любопытно — дальше-то что, дорогой? Увы, узнать было не суждено. У стола выросла фигура. Матс Винтер. Возник словно из ниоткуда — высокий, ледяной, с выражением лица а-ля «я сейчас кого-то заморожу, и мне за это ничего не будет».

— Вон отсюда, — сказал он тихо.

Лиам и Уилльям испуганно переглянулись. Спорить с Винтером им явно не хотелось. Лиам что-то буркнул себе под нос, Уилльям скривился, и оба ретировались. Матс проводил их уничижительным взглядом, затем поставил свой поднос на мой стол и сел напротив.

Я многозначительно посмотрела на него. Он же принялся есть. Сосредоточенно, с той же аурой ледяного спокойствия. Мне ничего не оставалось, как тоже жевать молча. Это было странно. А уж чтобы я и сочла что-либо странным… Ледяной красавчик умеет удивлять!

Когда наши тарелки опустели, Матс поднялся и сказал категорично:

— Провожу тебя до аудитории. Где у тебя следующая лекция?

— Малефики. Восточное крыло.

— Идем.

Мы вышли из столовой. Коридор был уже не таким людным — обеденный перерыв заканчивался, все расползались по занятиям. Я заметила Гислейн — она вынырнула за нами из столовой и держалась на почтительном расстоянии позади, периодически останавливаясь и делая вид, что поправляет сладки на юбке. Ну-ну. Следит. Смешная. В разведку ее лучше с собой не брать.

— Если ты все еще хочешь попасть на императорский прием… — Матс немного замялся. — В общем, я согласен взять тебя с собой.

— Я пойду с дядей Лориусом Мунхартом. Да и ты сам утверждал, что явиться со спутницей — это почти объявить о помолвке.

— Да уж… Стоит начать с чего-то менее формального. Например, со свидания.

Я едва не споткнулась. Приглашает, что ли? Гислейн позади нас, кажется, подавилась воздухом.

— Ты не в курсе слухов? — спросила я осторожно.

— Не интересуюсь ими. И тем более не верю в них.

Вот же ж. Благородный, правильный. Считает, что никто не может вести себя непотребно. Ну или, по крайней мере, те, кто ему нравится.

— Матс, — сказала я мягко, — спасибо, но не получится.

— Понимаю, — ответил он без тени обиды. — Возможно, в другой раз.

Я из интереса обернулась. Гислейн за нашими спинами застыла с открытым ртом. Небось думала: как можно отказать Матсу Винтеру? Как⁈ Очень просто. Берешь и говоришь словами через рот.

У дверей аудитории малефиков, прислонившись к косяку, стоял Хэстен. В своем обычном неформальном виде, разве что слегка причесанный. Завидев нас, он выпрямился. Матс коротко кивнул мне, бросил беглый взгляд на Хэстена и спешно удалился. Гислейн испарилась следом — кажется, у нее на сегодня было достаточно впечатлений.

— Привет, — обронил Хэстен, старательно делая невозмутимый вид, когда я подошла, — ну и денек.

— Ты где пропадал? Обыскалась тебя.

— Рано позавтракал и засел в лаборатории. Работаю по давнему согласованию с деканом моего факультета — для курсовой. Очнулся только к обеду, а тут такие новости. — Он поморщился. — Ты наверняка слышала.

— А то. С утра развлекаюсь.

— Вот же… — Хэстен потер переносицу. — Давай… станем парой. Чтобы избежать пересудов.

— Пересуды меня не волнуют. И я не позволяю посторонним влиять на мои планы. — Я скрестила руки на груди. — Или у тебя появились проблемы?

— Да какие проблемы? — хмыкнул он. — Сплошная неприкрытая зависть.

Вот они, двойные стандарты в действии! Никакого осуждения — одни поздравления, да?

— До моей семьи вряд ли дойдут сплетни из академии, — продолжил Хэстен. — Кэйл не болтливый. А если и узнают — мне не впервой делать то, что Эшлеры не одобряют.

— Ну и чудесно.

— А чего это Матс вокруг тебя вился?

— Приглашал на свидание, — призналась я честно. — Само собой, я не пошла.

Мы задержались взглядами друг на друге. В этом безмолвном обмене было все ясно: мы выбрали быть вместе. Ну или побыть. В любом случае лишние объяснения ни к чему. Некоторые вещи озвучивать — только портить.

Но тут Хэстен отвел глаза и сказал с какой-то затаенной горечью:

— Может, зря не пошла? Я тебе ничего не могу дать.

Здравствуйте, приплыли… Я изогнула бровь, въедливо его рассматривая. Платиновые волосы, наспех приглаженные не иначе как пятерней. Следы машинного масла под ногтями или чего-то другого для работы с артефактами. Плечи, на которые давила фамилия, которую он не выбирал.

— Ты дурак, — сказала я от души.

Развернулась и пошла на занятия.

Пролетели две недели. Я пахала на практических занятиях, впечатленный моим прогрессом Тадеус Крайт все меньше хмурился и все чаще изумленно моргал. Конечно, таких результатов я достигла в том числе благодаря тренировкам в своей комнате. Браслет прижился на запястье, став почти частью тела. Моя искра росла с каждым днем. Ворон-приспешник по обыкновению сидел на подоконнике и наблюдал за мной — мол, давай, покажи, на что способна.