— Толком неизвестно, что произошло. То ли из толпы начали стрелять, то ли в нее гвардейцы, но народ не стал разбегаться, а пошел на штурм. Охрану смяли, и кровь только разъярила простонародье. Там масса убитых, а главное — прямо на ограде выставили головы короля Якова и его сына Гастона Анжуйского.
Элизабет охнула, закрывая рот ладошкой.
— А Жанна?
— Про королеву ничего не известно, но свидетели говорили про множество неопознанных трупов, и потом дворец подожгли. Скорее всего, просто случайно, но, может, и для сокрытия грабежа и убийств. Вроде было несколько очагов пожаров одновременно. Та самая неразогнанная Национальная ассамблея провозгласила себя высшей инстанцией, вывела войска на улицы, навела порядок и официально приняла на себя управление Францией, заодно предъявив права на другие Королевства.
— То есть как? — изумился я.
— Вот так! Поскольку прямых наследников не имеется. Они собираются принять Конституцию, дающую выборным депутатам власть.
— Вряд ли с этим согласятся вице-король Англии Мельбурн, — хмыкнул я невольно, — приходящийся племянником Якову, а также герцоги Фландрии и Бургундии.
— Первый — сын сестры погибшего монарха, последние — оба женаты на дочерях. По женской линии трон не наследуется!
— Зато она, видимо, передается совершенно спокойно лавочникам из Парижского собрания, — ядовито сказала Элизабет. Похоже, она была искренне возмущена таким вопиющим нарушением обычаев. Нечто аристократическое задели известия в душе.
— Кроме того, — покосившись на нее, пробурчал Мутон, — они между собой не умеют столковаться. Каждый возмечтал о короне!
— Война? — переспросил я без особого удивления. — И непременно Испания в стороне не останется.
— Полковник, миледи, — прочувствованно вскричал Чани, воздевая руки к небу, — разве вы не понимаете?
— Что именно? — подозрительно осведомилась Элизабет.
— Сильная метрополия никогда не позволит развиваться колониям! — Вот и задумаешься невольно — не читал ли он мои записи, навеянные историей в изложении Бэзила и реальностью. — Для нас настал изумительный шанс, когда можем многое получить. Пока они там станут разбираться между собой, пришло время подумать о собственных интересах. Торгуясь с разными сторонами, выбивая уступки, права, льготы, привилегии! Добиваясь самостоятельности! Необходимо срочно собрать Ассамблею Альбиона и принять несколько важнейших постановлений и законов.
— Может, они у тебя уже в подробностях имеются на бумаге?
— В основных чертах в голове, — с готовностью откликнулся Мутон и принялся очень толково излагать целый список.
— Хм, — сказала, дослушав, растерянно Элизабет и посмотрела на меня. — Вполне логично и полезно для всех, разве нет?
Я кивнул.
— Месье Мутон, — уже уверенно заявила супруга, — сейчас получит письменные принадлежности и изложит конкретно и точно все сказанное набело. Возможно, в ходе обсуждения появятся уточнения и исправления, и надо бы иметь текст для ознакомления.
— К вашим услугам! — вскричал Чани, счастливый, что не зря примчался и его резоны поняты и приняты, наклоняясь, чтобы поцеловать руку.
Элизабет охотно позволила. Она обожала пофлиртовать и пораздавать авансов. Дальше никогда не шла. Честь превыше всего!
— Тогда я прямо сейчас напишу письма всем членам нашей партии.
Точнее — единомышленникам, заинтересованным в развитии промышленности и торговли в Альбионе. Мои связи в основном в этой среде, и при случае мы друг друга поддерживаем. Впрочем, иногда трудно отличить, где кончается плантатор и начинается коммерсант.
— Без подробностей, — уточнила жена, — но укажу необходимость срочной встречи.
— Благодарю, — согласился я. Действительно снимет с меня массу забот. — Потом подпишу. И знаете, человеку такого размаха и со столь подходящими идеями имеет смысл самому получить возможность произносить речи на высшем собрании колонии, участвуя в выработке законов и правил. Де Таван от старости уже не способен передвигаться и плохо соображает. Пора бы ему уйти в отставку. Я поговорю с друзьями.
Политика — грязная штука. Не так важно, хороший ли ты человек, какие у тебя идеи или даже честен ли ты, главное — какую программу выдвинешь. Выберут или нет, почти всегда зависит от поддержки. И «прогрессисты» ее предоставят. Уж я постараюсь.
Больше всего здание напоминало огромный барак, да и вывеска «Магазин-склад» достаточно красноречива. Это был лично мой проект, родившийся из двух случайных фраз Бэзила и организации «Торгового дома братьев Эймс» в Англии. Зачем платить неизвестно кому, получая вместо заказанного другое или с худшим качеством, да еще и с дополнительной накруткой? Намного приятнее работать с хорошо знакомыми честными людьми, скрупулезно выполняющими просьбы, да еще и по более низкой стоимости.
Выскочившие навстречу, стоило ступить внутрь, приказчики поспешно поклонились. Начальство пока еще помнят в лицо, хотя давно я сюда не заглядывал и их не знал.
— Хотите повидаться с мсье Брольи, господин полковник? — почтительно осведомился один.
— У себя?
Второй растворился в воздухе, повинуясь еле заметному жесту. Помчался предупреждать собственное начальство.
— Конечно. Позвольте проводить.
— Уж как-нибудь найду дорогу, — отмахнулся я, следуя мимо и внимательно изучая обстановку. Длинные стеллажи с образцами продукции сделаны по-новому. Согласен, так удобнее подойти и даже пощупать.
Изначально мысль была лишь о собственных нуждах, однако почему не помочь хорошим знакомым? Удача не приходит чаще одного раза. Во всех дополнительных случаях ее приходится заслужить тяжким трудом и правильными знакомствами. Необходимо находить друзей повсюду, от самых низов до высшего общества, и заботиться о том, чтобы все они были довольны. Поэтому возможность получать из Европы товары иногда вместе с доставкой на четверть дешевле прежнего — прекрасный способ не только себе сделать приятное. Ради сохранности груза совместно с Адамом и по его советам разработали и приняли ряд усовершенствований. Даже в каботажном[10] плаванье вышла немалая польза. Если картофель грузился не в навал, а руками (чтобы не побить), лук упакован не в мешки, а в корзины, то и порча много меньше. Из своего кармана платил торговым капитанам, чтобы они выполняли эти правила.
Многие достаточно быстро уловили, где выгоднее приобретать товары, и те же плантаторы потянулись с просьбами. Обороты росли, тем более что через свой магазин я пустил в продажу и продукцию завода с мануфактурами. Со временем ассортимент начал заметно расширяться, поскольку облаченный доверием мой бывший секретарь в мичиганском ополчении Брольи охотно брал для реализации самые разные местные товары, тщательно контролируя качество. Важно, чтобы не просто дешевле, но желательно еще и не хуже привезенного из-за океана. Сначала на «Складе» в основном приобретали оптом или по списку привезенное конкретным клиентам. Затем началось расширение и появилась розничная торговля.
Теперь здесь продавали любые продукты, от муки до сахара, домашнюю утварь, всевозможные инструменты, конскую упряжь и еще кучу всякого. От ружей и пороха до пресловутых гвоздей, с которых все началось. С самого первого года по праздникам на многие товары давали скидки, сознательно приучая приходить именно сюда. Затем Брольи уже самостоятельно предложил очередное усовершенствование. В любом магазине продавец и покупатель торговались. При этом цена товара зависела от социального положения покупателя, его нужд и желания приобрести конкретную вещь, благо оба обычно отлично знакомы. Покупки по большей части совершаются в своем районе, особенно когда небогат и несешь приобретение в руках.
Поскольку от парочки человек в штате количество приказчиков выросло до полутора десятков, а потом и свыше, проконтролировать каждого стало практически невозможно. Любой рано или поздно часть полученного прикарманивал, решая, сколько скинуть хозяйке, приобретающей здесь. Частенько даже из хорошего или плохого отношения цена могла очень меняться. Чтобы избежать подобных проблем, на всякую вещь отныне выставлялась твердая цена, избавляющая от необходимости торговаться и попутно дающая возможность прислать хоть ребенка. Уже не обманут. Количество потраченных монет на один и тот же товар уже не зависело от конкретного покупателя. Многим нововведение понравилось.