— Клятва бы не дала?
— Именно. — Она чуть склонила голову, затем опять её гордо откинула. — Удобная вещь клятвы. Для обеспечения лояльности нет ничего лучше.
— Вряд ли Владимир Викентьевич думает так же, — не удержалась я, сразу вспомнив, как он предлагал меня удочерить, мотивируя тем, что не хочет оставлять свою собственность клану Рысьиных.
— Я его не обижаю, не волнуйся, — с явной насмешкой фыркнула княгиня. — Клятва работает лишь в случае внутренних клановых дел. Присматривать за тобой было необходимо, как ты понимаешь. В отличие от варианта, предлагавшегося тебе, Звягинцев может вести достаточно независимую жизнь. Клятвы бывают разные…
— В любом случае от меня клятву вы не получите никакую, — прервала я княгиню, поняв, к чему она ведёт свою речь.
И опять она не разозлилась, а лишь грустно улыбнулась.
— Забавно, но ты мне напоминаешь Диму. Не внешне, нет, внешне ты пошла в маму. А вот внутренне. Характер в отца. — Она покрутила головой, словно ей внезапно стало душно. — Тот тоже не желал подчиняться. Не желал видеть над собой ничьей власти. И к чему это привело? Подумай, Лиза. Я уверена, мы можем договориться.
Этак мы сейчас договоримся до того, что я просто вцеплюсь ей в физиономию. Мне было тесно с ней в одной комнате. Внутри зарождалось глухое рычание, и мне стоило больших трудов не выпустить его наружу. Никто и никогда не вызывал у меня столь сильных отрицательных чувств. Даже Тёмный бог, вламывающийся в мои сны, как только у него появляется возможность. Он меня пугал, и сильно, а княгиня злила, до бешенства, до кровавых мушек в глазах. Хотелось делать ей всё наперекор. Возможно, такие же чувства она вызывала у своего сына. Не вмешивайся она в его жизнь — глядишь, всё сложилось бы совсем по-другому и для него, и для его семьи.
— Боюсь, договориться мы не сможем, — обманчиво мягко ответила я. — Мне ничего не нужно от вас, и я не хочу ничем делиться с вами.
— Лиза, поддержка сильного клана тебе не помешает, — снисходительно бросила Рысьина. — Я говорила, что согласна предоставить тебе определённую самостоятельность? При этом не лишая ни денег, ни другой помощи.
— В обмен на что? За артефактом уже выстроилась очередь, — предупредила я. — Боюсь, вам в ней места не найдётся.
— Даже так? — она недовольно фыркнула. Подумалось, что сейчас её рысь возмущённо дёргает спиной и куцым хвостом. Зря я его не отгрызла, когда представилась такая возможность… — Что ж, мы можем не включать в договор артефакт. Пока не включать. — Она чуть насмешливо улыбнулась и сразу пояснила свою покладистость: — Мы установили на квартиру такую защиту, что без нас ты туда всё равно не попадёшь. И если, как ты говоришь, за ним уже стоит очередь, она стоит впустую. Хочешь не хочешь, Лиза, тебе придётся договариваться. Но артефакт — это так, приятный бонус. Мне же нужна ты, как член клана.
— Временный, — сразу предупредила я.
— Вот об этом я хотела с тобой поговорить. — Княгиня почти мурлыкала, и это было ужасно подозрительно. — Не думаешь же ты, что тебе позволят пробегать без клана долго? Тем или иным способом… — она сделала выразительную паузу, наверняка напоминая о том, как она сама приняла меня в клан, не удосужившись уточнить, нужно ли мне это, — ты попадёшь в какой-нибудь клан, где к тебе не будут столь дружелюбно относиться, как в родственном.
Я насмешливо хмыкнула. За время нашего общения дружелюбия со стороны Рысьиных я не заметила, как и желания по-родственному поддержать, а вот использовать пытались и Фаина Алексеевна, и Александр Николаевич. Юрия я вообще в расчёт не принимаю — он, словно марионетка, вёл свою партию только тогда, когда его дёргали за верёвочки. Чрезвычайно несамостоятельный офицер, такому командование поручать нельзя, только демонстрацию красивой формы. Вот с этим он справляется на отлично. Можно сказать, образцовый манекен.
— Лиза, я ведь уже предложила всё забыть и начать отношения с чистого листа. Поговорим как взрослые люди. Ведь ты же взрослая, состоявшаяся личность? Сколько тебе лет было до того, как ты попала сюда? Уверена, куда больше, чем этому телу. Ровесница Лизы не придумала бы столь хитрый план. Она бы даже из города не выбралась. Кстати, как тебе вообще удалось это сделать?
Доброжелательный тон хвалебной оды портили напряжённость позы и нездоровый блеск глаз.
— С Велесовой помощью, — почти не покривила душой я. Про Песцова упоминать вообще не стоило, ибо уж этот прохиндей точно сделал бы всё, чтобы у меня ничего не получилось. — Что касается моего прошлого, то я о нём совершенно ничего не помню. Вполне возможно, что я и не занимала чужое тело, а вернула своё.
— Характер не спрячешь, — чуть криво улыбнулась Рысьина, явно не желавшая принимать такую версию.
— Характер мог поменяться после устроенной любящей бабушкой встряски. Не всякую барышню в одночасье выбрасывают из клана как ненужную вещь.
— Я действовала в том числе и в твоих интересах, — с непоколебимой уверенностью бросила княгиня. — Не будешь же ты отрицать, что получила столько, о чём некоторые и не мечтают: и зверя, и усиление магии. Ты мне ещё спасибо скажешь, если хорошо поразмыслишь. Но полноте говорить о прошлом. Рысьины не могут жить в таких условиях, — пренебрежительный кивок на моё жилище. — Это потеря лица клана. У нас всегда было лучшее.
— Очень миленькая комната, — не согласилась я. — Зачем мне больше? Вещей у меня всё равно нет.
Я встала и выразительно поскрипела дверцей шкафа. Хотелось поскрипеть и дверью комнаты, но вряд ли Рысьина уйдёт раньше, чем сама захочет.
— Купим, — уверенно сказала княгиня. — Недопустимо нашей представительнице ходить в чужих обносках. Лиза, итак, я предлагаю тебе максимум свободы, возможной внутри клана, вплоть до того, что ты сама определишь, за кого выходишь. Разумеется, обучение мы тоже оплатим.
Что-то подобное в этом же исполнении я слышала раньше, поэтому только улыбнулась и сказала:
— Спасибо, но моё обучение оплачивает армия.
— Пока ещё нет. И они не станут оплачивать то, что можем оплатить мы. Например, сейчас — курсы по контролю, о которых мне сказал заведующий кафедрой, после обучения — стажировку у любого целителя по твоему выбору. Хочешь — в России, хочешь — в любой другой стране. И ты не будешь связана обязательствами отработки.
Княгиня была настроена щедро раздавать обещания, поэтому я решила наконец выяснить, на что же она рассчитывает, если разговор об артефакте пока откладывается.
— Что вы хотите от меня?
— Сущую мелочь, — хищно усмехнулась княгиня. — Вести себя достойно нашего клана и отдать на воспитание своего первого ребёнка, рождённого Рысьиным.
Это было несколько неожиданно. Настолько неожиданно, что я засомневалась в том, что услышала. А ну как слух сыграл со мной злую шутку?
— Вы хотите, чтобы я вам насовсем отдала своего ребёнка? — уточнила я.
— Зачем же насовсем? — невозмутимо ответила княгиня. — Вы будете видеться по твоему желанию. Заметь, я больше не настаиваю на браке по выбору клана. Решишь сама, за кого выходить, — расщедрилась она. — Но воспитание наследника я тебе не доверю, прости.
— Вы мне не доверили бы воспитание наследника, а я вам даже воспитание хомячка не доверила бы! — возмутилась я.
— А вопрос уже так стоит? — она нахмурилась и недовольно пробурчала: — Ожидаемо, конечно, но я надеялась, что ты избавилась от этой странной склонности. Впрочем, от обещания я не отказываюсь, выйдешь по своему выбору. Но хомячков будешь воспитывать сама. Мне нужна рысь.
Моё терпение закончилось.
— Убирайтесь! — прошипела я. — И никогда больше ко мне не приходите. Мы с вами не договоримся. Никогда не договоримся. Замуж я пока не собираюсь, но если соберусь, вы будете последней, кого я приглашу на свадьбу! Воспитывайте Юрия, может, из него что приличное ещё получится. Хотя с такой главой клана я в этом сильно сомневаюсь.
Княгиня даже не привстала со стула.
— Лиза, я пришла сюда не ругаться, — процедила она. — Успокойся, в тебе говорит зверь, который хочет бросить мне вызов, как главе клана. Но у тебя нет ни единого шанса. Во всяком случае, пока.