Когда я просил показать план, я не рассчитывал, что нас приведут в целую библиотеку, от пола до потолка заставленную текущими отчётами. Да, хорошо каталогизированными и структурированными, но всё равно информации было слишком много и касалась она совершенно не моего профиля. О чём я и сообщил Константину, попросив выжимку с картой.

Благо, разработанные Змеем заводы начали выпускать продукцию. Самую разнообразную: от деталей двигателей до микропроцессоров. Понятно, что не все подряд, а со своей узкой специализацией, но это уже был огромный прорыв. А я приказал на этом не останавливаться и разгружать их, дублируя возможные производства.

К слову, сама змеюка, летающая на орбите, регулярно жаловалась, что сроки срываются из-за остаточного диссонанса, и что рядом с Пожирателем он ещё сильнее, и техника работать не будет. Механоид всё рассчитывал перейти на нанопроцесс, но с текущими искажениями не мог выйти даже на микро.

— Пока решили не загружать в электронном виде? — уточнил я, смотря на бесконечные отчёты.

— Не пока, вообще. Слишком важная информация, хоть и фрагментарная. Мы слабо себе представляем, до какого уровня сумели развиться наши восточные соседи, — пояснил Константин. — И спасибо за возможность поставить людей к Рублёву.

— Не за что, не пропадать же добру. Возле него оба человека твои?

— Моих трое. Один, скорее всего, двойной и работает на отца, от которого ещё два человека, — кивнул Багратион-младший. — Хотя… Учитывая обстановку, может, и не один.

— Это ваши с ним аппаратные игры, которые меня совершенно не волнуют. Вы оба важны и оба не тянете общий объём. Даже со своим проколы имеются, — ответил я, и глава внутренней канцелярии нахмурился. — Будешь спорить?

— Никак нет, ваше величество. Просто вы видите наши провалы, но даже не слышали о наших успехах, — с достоинством ответил Константин. — Ведь в этом и есть наша задача, решать щепетильные вопросы, не поднимая шума.

— Про это тоже стоит серьёзно подумать и сливать информацию дозированно, — покачав головой, сказал я. — Например, о том, что при закладке взрывчатки поймана группа террористов. Они собирались уничтожить передовое здание, обслуживающее целый город. Только не врать и не приукрашивать. Враньё наши враги легко разоблачат.

— Правда им тоже не помешает гнуть свою линию, а сведения о провалах помогут вычислить нашу агентурную сеть, — возразил контрразведчик. — Но я рассмотрю этот вопрос. Может, стоит пожертвовать парой пешек, чтобы вскрыть более серьёзные планы.

— Подумай. А по поводу этого всего… — я помахал рукой в сторону кипы отчётов. — Если не хочешь составлять общий план, я тебе выделю помощника. Был у меня один на примете, увлечённый, но не слишком обременённый моралью. И с канцелярией уже не раз сотрудничал. Ты его знаешь — Хорь.

— Прошу прощения, ваше величество, если мои слова прозвучат грубо или покровительственно, но вам бы перестать держаться за старых друзей и знакомых. Вы ведь ставите на верных, а спрашивать придётся как с умных, — покачав головой, сказал Константин, и, как бы это ни было неприятно, но мне пришлось согласиться. — У вас достаточно компетентных министров, управленцев, владельцев торговых гильдий и заводов. А общается с ними в основном ваша супруга.

— Потому что она в этом куда лучше разбирается, — согласился я, пожав плечами. — И она тоже из моих старых, хм, ну пусть будет друзей.

— Да, с ней вам определённо повезло, — усмехнулся Багратион. — Но я бы предпочёл супругу покладистей и спокойнее.

— К слову, принц Грузинский, а ты ещё не присмотрел кандидатуру? — подняв бровь, спросил я, и он лишь отмахнулся, показывая на отчёты. — А то у меня тут целый гарем набирается, три принцессы на выданье.

— Которые очень рассчитывают стать вашими жёнами, — напомнил он.

— Боюсь, супруга, с которой мне невероятно повезло, ещё одну женщину рядом терпеть не станет, и количество моих жён стремительно сократится до одной, — хмыкнул я, и тут уже Константин не удержался, улыбнувшись совсем как встарь, когда мы только познакомились, и я не знал, кто он такой. — Ты подумай.

— Обязательно, но не раньше, чем у вас появится наследник престола. А по моим сведениям, это через год.

— Может, и раньше, если нам повезёт со вторым, — пожал я плечами, обходя стол. — Отчёт и план краткий, без конкретики в тех вещах, которые не касаются меня напрямую. А вообще, раз уж я тебя выдернул, пойдём займу ещё на четверть часа.

Даже без истинного зрения можно было с уверенностью сказать, что он расстроился, но стоило нам зайти в кабинет. Как тут же подобрался и прогнал по организму волну энергии, максимально сосредотачиваясь, ведь в одном из удобных кресел уже сидел его отец, и выражение лица его было на удивление благовидное.

— Добрый день, ваше величество, — попробовал встать он, но я махнул рукой, и разведчик рухнул обратно.

— И вам, ваше сиятельство. У вас такой вид, будто у кота, обожравшегося сметаны. Так что не томите, рассказывайте.

— Нет у нас своих хороших новостей, одна радость — у соседа корова сдохла, — с улыбкой ответил на мою деревенскую аналогию своей Багратион-старший. — Вчера вечером командный состав английской эскадры, располагавшийся в Персии, погиб от страшного отравления. В полном составе. Два адмирала, сто пятьдесят офицеров высшего командного звена и почти четыре сотни среднего. Причины и средства пока не установлены, наиболее вероятны еда и газ во дворце, который они занимали.

— Ясно, — проговорил я, подняв глаза к потолку. — А виноват в этом один очень конкретный молодой человек, лет… сколько ему сейчас? Четырнадцать?

— Совершенно верно, — нисколько не смущаясь, кивнул разведчик.

— Полгода прошло… — хмыкнул я, вспоминая, как мешал страннику полностью стереть память Амина. — Сколько сейчас под ним человек?

— Кроме ваших, ещё семь моих, два от индусов и десятка три от его отца, включая главу безопасности, вы с ним виделись несколько раз, — легко ответил Леонид, совершенно не обращая внимания на напрягшегося сына.

— Им можно доверять?

— Конечно, как и любому агенту, который сам может оказаться под воздействием цели. Мальчик растёт очень быстро. Основные характеристики: верный, уверенный, чрезвычайно умный и хитрый. Даже подлый, но только по отношению к врагам. Что нам, безусловно, играет на руку.

— В случае необходимости ликвидации…

— Исполнят, — на мгновение задумался Багратион-старший. — Нужно?

— Нет, пока нет, и даже вопрос такой для них не поднимай, чтобы не возникло недоверия и подозрений, — тут же отмахнулся я. — Вот позже, если вдруг он решится исправить этот мир коренным образом, вот тогда придётся поднапрячься. Я тоже люблю, когда мир прогибается под меня, но его представление может быть немного иным. Например, убийство всех неверных и инакомыслящих. Этого мы допустить не можем.

— В таком случае просто буду держать своих людей рядом дальше. Но вам со своими связываться не стоит. Всё же это для народов Персии, Афганистана и Пакистана он герой-освободитель, а для всего остального мира — крайне опасный террорист. Ну да, говорят, вы в курсе, сами недавно были вынуждены отбиваться от польских аналогов.

— Да уж. Взрывчатка и огнестрельное оружие получили необычайно большое распространение.

— Раньше они были совершенно неопасны для одарённых, — пожал плечами Леонид. — Что может сделать крестьянин с ружьём против аристократа с резонансом? Теперь может, и это нужно учитывать.

— Поэтому я и пригласил Константина, чтобы обсудить три вопроса, — кивнул я, переходя к делу. — Первый и вполне очевидный: как быть с распространением оружия в стране? Его слишком много, оно хаотично продавалось, а последний конфликт оставил по лесам и полям кучу техники.

— Если вы спрашиваете меня, господин, то ничего не надо делать, — тут же ответил Леонид. — Я бы, наоборот, начал всеобщие учения, чтобы люди умели обращаться с оружием на случай внешнего вторжения. Всё же у нас крайне маленькая армия для такой территории. Меньше двухсот пятидесяти тысяч. Три человека на километр.