И Джейсон считал, что они в своём праве.

Лаймы веками вели жёсткую колониальную политику — и нередко расплачивались за неё. Но прежде чем принимать решение, следовало уточнить несколько деталей. В его мире — прежнем и нынешнем — выживал тот, кто сначала собирал информацию, а потом принимал решение.

— Госпожа Линь, я понимаю ваше право на месть. Но ликвидация британского диктатора — не самая лучшая идея. Я не стану этим заниматься. И, если представится возможность, постараюсь, скорее всего, договориться.

За окнами весеннее солнце пробивалось сквозь высокие кроны деревьев сквера на площади Гриммо. А в кабинете царил небольшой полумрак, и в нём Линь Жуй выглядела безмятежно спокойной.

— Я об этом и не прошу, — невозмутимо пожала плечами китаянка. — Предоставьте это мне. Удар будет нанесён в подходящее для нас время.

Её голос звучал ровно, без нажима, но в нём ощущалась твёрдость человека, привыкшего доводить начатое до конца.

Блэк невольно задержал на ней взгляд. Миловидная женщина, на вид лет тридцати — не больше. Тёмные волосы собраны в строгий узел, скреплённый нефритовыми заколками, движения экономны и точны. Однако Джейсон слишком хорошо понимал, что внешность в магическом мире сильно обманчива. Если тётушка Жуй и младше Дамблдора, то ненамного. И, судя по всему, кое-кого действительно настигли грехи юности. Он примерно представлял, на что способна эта «престарелая» родственница с её навыками — и от этих мыслей становилось не по себе.

— Кстати, у магов Британии всё совсем плохо с боевыми искусствами, — усмехнулась Линь Жуй, окидывая Джейсона проницательным взглядом. — Думаю, стоит начать обучать вас, своих зятьёв, хотя бы азам.

Мужчину передёрнуло. В прошлой жизни учиться китайским боевым искусствам в тридцать с лишним лет было бы, мягко говоря, поздно. А здесь… здесь существуют эликсиры, зелья, ускоряющие восстановление, укрепляющие тело. Впрочем, она сказала «зятьёв»? Значит, Северус тоже не отвертится. Это уже плюс — будет кому варить нужные составы.

Джейсон повернулся к стене, где за массивной рамой с изображением сурового горного пейзажа скрывался сейф. Полотно отъехало в сторону с тихим щелчком. Он вынул оттуда небольшой кожаный кошель, украшенный серебряным вензелем Блэков.

— Это вам на расходы, — произнёс он, вежливо обходя тему тренировок. — Вы ведь собирались в Сохо по магазинам?

Линь Жуй оценила перемену темы и едва заметно хмыкнула, но кошель приняла.

— Можете не волноваться, мистер Блэк. Я верну всех в целости и сохранности. И вашего ученика — вместе с новой палочкой. И супругу.

Она поднялась и церемонно поклонилась — плавно, по-китайски, с достоинством, каким обладают представители древних династий. В солнечном свете, проникающим сквозь высокие окна кабинета, её силуэт на мгновение стал почти нереальным.

Джейсону ничего не оставалось, кроме как ответить тем же. Он склонил голову — чуть глубже, чем требовал этикет.

****

Магический Сохо встретил двух дам и подростка сдержанной, деловитой суетой. Воздух был пропитан ароматами пряностей и свежезаваренного чая; над узкой улицей тянулись изящные фонари, в окнах витрин переливались защитные чары, а за стеклом поблёскивали редкие артефакты. Гарри ожидал увидеть шумный восточный базар — с криками зазывал и пёстрыми шатрами, — но вместо этого перед ним раскинулась вереница респектабельных лавок и аккуратных кафе, принадлежавших, судя по вывескам, в основном китайским магам.

— Нет, дорогой, базар можно увидеть в другом месте, — мягко отозвалась на его немой вопрос госпожа Линь. В её голосе прозвучала едва заметная улыбка. — Здесь же могут позволить себе открыть магазин только очень уважаемые волшебники.

Они шли прогулочным шагом по центральной торговой улице. Гарри с любопытством оглядывался по сторонам, стараясь не упустить ни одной детали. Здания были типично британской постройки — строгие фасады из тёмного кирпича, высокие окна, кованые балкончики, — но на этом сходство с привычным Лондоном заканчивалось. Яркие вывески на английском и, вероятно, китайском языке мерцали магическим светом, золотые и алые иероглифы складывались в затейливые узоры. Поттер не разбирался в восточных письменностях и потому все надписи с иероглифами автоматически относил к китайским.

Миссис Блэк пообещала, что после подбора палочки сводит его в настоящую китайскую чайную — с расписными ширмами, фарфоровыми чашками и тихой музыкой струнных инструментов. И даже покажет, как правильно есть палочками. От одной этой мысли в груди становилось чуть теплее.

Гарри не заметил, как они остановились у аккуратно оформленного магазина с лаконичной вывеской: «Артефакты на все случаи жизни». Витрина была оформлена со вкусом: на тёмном бархате лежали амулеты, перстни и крошечные фигурки мифических существ, каждая из которых излучала едва заметное свечение.

Госпожа Линь толкнула дверь, тихо звякнул колокольчик. Она пропустила вперёд миссис Блэк, и только затем внутрь вошёл Гарри, стараясь держаться чуть позади.

В помещении оказалось удивительно светло и просторно. Чистота и порядок бросались в глаза: стеклянные шкафы сияли без единой пылинки, пол отражал свет подвесных ламп, а воздух был наполнен лёгким запахом сандала. Гарри невольно сравнил это место с полумраком и запылённостью лавки Оливандера — сравнение вышло не в пользу последней.

На витринах располагались удивительно притягательные безделушки самых причудливых форм: крошечные нефритовые драконы, серебряные подвески с заключённым внутри светом, браслеты, на которых едва заметно шевелились выгравированные знаки. Мальчик задержал взгляд на витрине с украшениями — изящные перстни и цепочки переливались, живым светом.

В этот момент из подсобного помещения вышел высокий черноволосый маг. Его густые волосы были аккуратно убраны назад, а ярко-синие глаза смотрели внимательно и чуть испытующе. Движения его отличались спокойной уверенностью мастера, привыкшего к уважению и признанию заслуг.

— Приветствую достопочтенных дам и юного джентльмена в моём скромном магазине, — произнёс он с вежливым поклоном.

Женщины ответили традиционным восточным приветствием, соблюдая необходимый ритуал учтивости.

— Видите ли, мастер, — перешла к делу госпожа Линь, — этого молодого человека перестала слушаться его палочка. Не могли бы вы подобрать для него наиболее подходящую?

— Разумеется, — вежливо ответил хозяин лавки, — юноша, покажите, пожалуйста, свою прежнюю палочку.

Гарри шагнул к прилавку и осторожно положил на тёмное, отполированное до блеска дерево свою остролистовую палочку.

Мастер взял инструмент, повертел его в руках, словно прислушиваясь к едва уловимому отклику магии.

— Работа мастера Олливандера, — наконец произнёс он с лёгким уважением в голосе. — Дорогая вещь: остролист и перо феникса.

Поттер невольно улыбнулся. Он гордился своей первой палочкой — символом принадлежности к миру магии. Жаль лишь, что со временем она перестала слушаться его так, как прежде. Слова мастера, однако, заинтересовали госпожу Линь.

Женщина, стояла чуть поодаль и была безупречно спокойна, её тёмные глаза внимательно следили за каждым движением артефактора.

— Говорите, феникс, мастер? — с едва заметной, загадочной улыбкой спросила она. — Я не ошибаюсь, что это добровольно отданное перо?

— Разумеется, мадам. Иначе оно сгорит в руках у вора, — мягко ответил артефактор. — Но давайте подберём новую палочку этому юноше.

Он жестом указал Гарри на слабо мерцающий рунный круг в углу магазина. Тонкие линии, вычерченные серебристой краской на каменном полу, едва заметно светились в хорошо освещённой лавке.

Когда мальчик вошёл внутрь круга, руны вспыхнули ярче, заиграли разными цветами, будто откликаясь на его присутствие. Воздух в помещении стал плотнее, насыщеннее, сканирующая магия сгустилась вокруг него.

— Хм… странно, — задумчиво произнёс артефактор, внимательно наблюдая за изменением оттенков. — Я думал, что, принимая во внимание вашу первую палочку, у вас будет склонность к стихии огня. Но нет — у вас превалирует воздух. Огонь тоже присутствует, но его немного. И даже имеется капля воды.