— Что я могу сказать, — задумчиво начал он. — Это основа под зелье Возрождения. Кто-то неправильно понял концепцию крестражей и решил, что с их помощью можно возродить живое существо.

— А это не так? — поторопил Джейсон.

Он точно знал: стоит только дать волю яйцеголовым, они будут рассуждать хоть целую ночь. А Северус, несмотря на все его шпионские игры, в первую очередь оставался учёным — потому и огребал постоянно ворох проблем.

— Разумеется, не так, — тоном университетского лектора произнёс Снейп. — Ушедшие за грань назад не возвращаются. Это тебе ещё миссис Блэк объясняла. Что касается данного зелья, то оно модифицировано для придания псевдожизни любому предмету. Само по себе зелье Возрождения было изобретено для лечения безнадёжных больных. Например, я варил его модификацию для Корвина Лестрейнджа, и мальчик пошёл на поправку. Но в этом котле эффективность зелья возрастает многократно. Во сколько именно раз — сказать не могу, нужны специальные расчёты.

— Итак, что мы имеем, — проговорил Джейсон, складывая руки на груди. — Невероятно дорогой котёл, зелье, поднимающее покойников, и гомункул с обрывком души Тома Риддла. Вопрос на засыпку: что именно желали сотворить на этом чёртовом кладбище?

— Марионетку, выполняющую чьи-то приказы, — ответила за всех Сюэ.

Старшая из сестёр Линь стояла у рабочего стола, задумчиво перебирая свитки с расчётами. Её тонкие пальцы, перепачканные чернилами, скользили по пергаменту.

— Вот только я насчитала как минимум шесть грубых ошибок в самом ритуале и в теле гомункула. При таком раскладе контроль был бы под большим вопросом. Я вообще не возьмусь предсказывать, что за существо вылезло бы из котла на кладбище. Да ещё усиленное копией священного котла.

— Какая прелесть! — буквально пропел Блэквуд, и в его голосе прозвучало искреннее восхищение абсурдностью ситуации. — Значит, у нас в подвалах сидят неграмотные злоумышленники, по вине которых чуть не разразилась катастрофа. И контролировать своё изделие они бы не смогли — некромантия-то запрещена!

— Абсолютно точно, — мрачно подытожил Блэк.

В лаборатории повисло тяжёлое молчание. Факелы потрескивали в держателях, отбрасывая на стены причудливые тени.

— Прошу прощения, джентльмены, — подал голос молчавший до сих пор Гонт, — но эти милые леди обещали упокоить моего племянника.

— Кстати, мистер Гонт, — повернулся к нему Джейсон, и в его глазах блеснул холодный огонёк. — Если бы в своё время вы проявили хотя бы каплю заботы и внимания… Да что там говорить — даже просто забрали мальчика из приюта! Всей этой истории попросту не было бы. Ни инквизиции, ни тупым и жадным магглам не за что было бы зацепиться. А вы сейчас не были бы последним в роду.

Морфин Гонт выдержал взгляд главы рода Блэк. Изборождённое морщинами лицо старика окаменело, но в тёмных глазах плескалась застарелая боль.

— Вы правы, Джейсон, — глухо ответил он. — В Азкабане не было дня, чтобы я об этом не пожалел. Но прошлое не изменишь. А жаль. Могу я рассчитывать на то, что мой племянник обретёт, наконец, покой?

— Да, можете, — ответила за мужа Сюэ. — Змею вы нам предоставили, но не хватает ещё одного осколка.

Миссис Блэк выжидательно посмотрела на Гонта. Тот помедлил, словно собираясь с духом, затем полез в карман поношенной мантии и достал небольшую деревянную коробочку. Потемневшее от времени дерево было покрыто полустёртыми рунами.

— Вот, берите. Только будьте осторожны — племянник, чего только не навертел с этой вещицей, — мрачно проговорил старик, протягивая коробочку.

Сюэ аккуратно приняла её в руки, держа на вытянутых ладонях, словно ядовитую змею. Затем направилась в дальнюю часть лаборатории, где за тяжёлой портьерой скрывался ритуальный зал.

— Кто желает, может поприсутствовать на ритуале, — донёсся до собравшихся её мелодичный голос.

Северус ожидал от ритуала упокоения чего-нибудь более зрелищного. Грома, молний, воя потусторонних сил — всего того, о чём писали в древних трактатах. Однако всё прошло как-то буднично, почти обыденно.

Ритуальный зал представлял собой круглое помещение, вырубленное в толще скалы. Стены покрывала сложная вязь иероглифов и странных рун, больше похожих на письмена санскрита, начертанных серебряной краской. В центре, на отполированном до зеркального блеска каменном полу, был выложен многослойный ритуальный рисунок из песка разных цветов — белого, чёрного, алого и золотого.

Миссис Сюэ Блэк и Шуан Снейп-Принц бережно поместили крестражи в отведённые им точки сложного узора. Диадема Ровены Рэйвенкло, тускло мерцающая сапфирами. Золотая чаша Хельги Хаффлпафф, покрытая мельчайшей паутиной рун. Тяжёлый медальон Слизерина на потемневшей цепи. Потёртая шкатулка с кольцом Гонтов, которую отдал Морфин. И, наконец, усыплённая огромная змея — Нагайна свернулась кольцами, и её чешуя отливала болезненной зеленью в свете ритуальных свечей.

Выбор предметов для хранения осколков души поражал воображение. Впрочем, чего ещё ждать от безумца?

Дальше Северус мог лишь наблюдать за слаженными действиями жены и её сестры. Дамы проделали всю работу сами. Мантры читались на каком-то древнем диалекте восточного языка — кажется, Шуан называла его пали. Даже Джейсон Блэк, при его знании китайского, ничего не понимал в произносимых формулах.

Голоса сестёр сплетались воедино, то поднимаясь до пронзительных нот, то опускаясь до едва слышного шёпота. Северус ощущал, как волны силы расходятся от ритуального круга, заставляя волоски на руках вставать дыбом.

В какой-то момент воздух задрожал, словно раскалённый. Предметы в центре рисунка вспыхнули ослепительным светом. Северус невольно прикрыл глаза рукой. Послышался тихий вздох — будто кто-то наконец-то обрёл долгожданный покой.

А потом всё закончилось.

Усталая Сюэ бледно улыбнулась и поблагодарила всех присутствующих за поддержку. Под её глазами залегли лёгкие тени, а руки едва заметно подрагивали.

— Это что, всё? — удивился Северус.

— Совершенно верно, — ответила Сюэ, опираясь на руку подошедшего мужа. — Смерть — процесс естественный. Она всегда приходит бесшумно.

Морфин Гонт с молчаливого разрешения Блэка забрал медальон и кольцо, небрежным жестом развеяв остатки проклятия Тёмного лорда. Для него, потомственного проклятийника, это было сущей безделицей.

А Северус, не стесняясь присутствующих, закатал рукав и обнажил левое предплечье.

Там, где столько лет змеилась уродливая Чёрная метка, теперь белела совершенно чистая кожа. Ни следа, ни шрама, ни малейшего напоминания о годах служения безумцу. Самое поразительное — Северус ничего не почувствовал. Ни боли, ни облегчения, ни рывка высвобождающейся магии. Должно быть, это зависело от мастерства некроманта, проводившего ритуал упокоения.

На главу рода Снейп-Принц снизошло удивительное умиротворение.

Он выполнил свои клятвы и обеты. Все до единой. Гарри Поттер больше не нуждался в его защите, и осознание этого было неожиданным. Ещё несколько месяцев назад Северус готовился к долгой, изнурительной борьбе, к годам двойной игры и постоянного риска. А всё разрешилось удивительно быстро и почти безболезненно.

Мужчина молчал, погружённый в собственные мысли, пока возвращался на лодке к аппарационной площадке. Молчал, автоматически перемещаясь в главный особняк корнуэльской усадьбы Блэков. Обдумывал своё положение и планы на будущее.

Очнулся от этого оцепенения он лишь тогда, когда Шуан мягко взяла его за руку и повела к накрытому столу.

Северус встряхнулся. В самом деле, зачем ему что-то ещё обдумывать? У него есть любящая жена и семья. Есть перспективы частной практики, о которой он когда-то мог лишь мечтать. Есть свобода — впервые за долгие годы.

Всё было просто замечательно.

Заглядывайте в мой бусти там много интересного.

Награждение чемпиона Турнира и закрытие мероприятия пришлось проводить исполняющей обязанности министра Амелии Боунс.