— Как — совсем умер? — женщина была в шоке.

— Леди и джентльмены, — обратила на себя внимание госпожа министр, — думаю, вам нужен более компетентный руководитель Отдела Тайн.

Амелия сказала как отрезала, и мистер Блэк видел, что большинство их оппонентов с ней согласны.

— Разумеется, — вступил в беседу герцог Монтегю с видом человека, полностью удовлетворённого ходом переговоров. — Мы дадим вам время до завтрашнего полудня. После этого ритуал начнётся. С вашим участием или без него.

Повисла тяжёлая пауза. Уайтлоу медленно поднялся, одёргивая пиджак.

— Позвольте уточнить, — произнёс он подчёркнуто нейтральным тоном. — Если мы откажемся принять ваши условия, вы всё равно проведёте ритуал?

— Совершенно верно, — подтвердила Амелия. — Ваше участие желательно, но не обязательно. У нас достаточно земель и магов без Отдела Тайн и без агентов МИ-5.

— А что будет с теми, кто останется в маггловском мире?

Лорд Монтегю пожал плечами.

— Они останутся подданными Короны. Со всеми вытекающими последствиями. Но без доступа к магическому миру и его источникам — сами понимаете, магами им быть недолго.

— Это шантаж, — тихо произнёс молодой агент.

— Это реальность, — возразила Амелия без тени извинения в голосе. — Мы не угрожаем вам. Мы просто констатируем факты. Выбор за вами.

— Я не понял, — вмешался Джейсон, — мистер Уайтлоу уже подписал соглашение, так о чём вы вообще спорите? К тому же кому-то надо будет охранять границы государства, реформировать силовые структуры, многое создавать заново. Чем вы, джентльмены, недовольны? Отсутствием телевидения? Я, например, готов пожертвовать этим сомнительным удовольствием в обмен на то, чтобы больше никогда не быть штатным киллером.

— Ваша правда, мистер Блэк, — вздохнул Уайтлоу. — Но мне ещё предстоит сообщить жене, что она останется без любимых сериалов.

Последние слова агента разрядили обстановку, и стороны начали расходиться.

Амелия Боунс осталась в зале. Она стояла у стола, рассеянно перебирая документы, и выглядела усталой, но довольной.

— Не жёстко мы их прижали, госпожа министр? — спросил Джейсон, подходя ближе.

— Не жёстче, чем они заслуживали, — ответила женщина, не поднимая глаз. — Эти люди слишком долго сидели на двух стульях. Служили Короне, но пользовались привилегиями магического мира. Пора выбирать сторону и быть верным своей стране.

— А вы уверены, что невыразимцы согласятся на наши условия?

Теперь Амелия посмотрела на него. В её синих глазах плескалась усталость, но за ней пряталась стальная уверенность.

— Согласятся. У них нет альтернативы. Отдел Тайн не может существовать без магии, а магия уходит отсюда вместе с нами. Ваша родственница вряд ли будет сильно цепляться за кресло. Что касается агентов… — она пожала плечами. — Большинство из них маги в первом или втором поколении. Их дети уже чистокровные. Куда им деваться от собственной крови?

Джейсон задумчиво кивнул. Логика была железной.

— Лорд Монтегю считает, что мы могли бы надавить ещё жёстче, — усмехнулась Амелия. — Но я предпочитаю оставить им иллюзию выбора. Люди лучше работают, когда думают, что приняли решение самостоятельно.

В этот момент двери зала распахнулись, и на пороге появился сам герцог Монтегю. Старик выглядел бодрым и весёлым — явно наслаждался происходящим.

— Отличные новости, — объявил он, проходя к столу. — Мой человек в Отделе Тайн сообщает, что они готовы принять наши условия. Нужна лишь формальность — ночь на «обдумывание» и выбор нового главы. Кстати, ваша родственница просила меня похлопотать перед вами насчёт покровительства.

— Покровительства? — переспросил Джейсон.

— Куда ей деваться? — усмехнулся Монтегю. — По давней традиции после отставки все возвращаются в семью.

Глава рода Блэк устало потёр ладонями лицо.

— Я переговорю об этом с миссис Блэк, — усмехнулся он. — Будет так, как решит она. Кстати, а что там спецслужбы?

— Уайтлоу колеблется, но его коллеги уже сдались. Молодой человек, который кричал про шантаж, — его жена на седьмом месяце. Ребёнок будет чистокровным магом. Как думаете, захочет ли он, чтобы его сын рос изгоем?

Амелия Боунс позволила себе первую за вечер искреннюю улыбку.

— Значит, завтра мы подпишем соглашение. А послезавтра…

— Послезавтра начнётся новая эра, — закончил за неё лорд Монтегю. — Эра свободной магической Британии.

Он поднял бокал с остатками вина, салютуя присутствующим.

— За новый мир, господа. За мир, который мы построим своими руками.

Джейсон и Амелия подняли свои бокалы в ответ. За окнами поместья над Атлантикой сияло летнее звёздное небо. Новая эра была совсем близко.

И хотя никто из присутствующих не знал точно, что она принесёт, все трое были уверены в одном: назад дороги нет. Мосты сожжены. Осталось только идти вперёд.

«Уважаемый мистер Блэк! Если вы читаете эти строки, значит, события пошли по самому вероятному сценарию. А я отправился в своё последнее приключение…»

Джейсон сложил пожелтевший лист пергамента и убрал в карман мантии. Почерк Дамблдора — мелкий, аккуратный, с характерными завитками на заглавных буквах — ещё стоял перед глазами, но думать об этом письме сейчас не хотелось.

Парк корнуэльского поместья в этот вечерний час выглядел превосходно. Закатное солнце золотило кроны старых вязов, между которыми петляли ухоженные гравийные дорожки. Справа тянулись розовые кусты, усыпанные поздними бутонами, слева за живой изгородью из самшита открывался вид на океан — тёмно-синий, спокойный, подёрнутый дымкой на горизонте. Пахло солью, нагретым камнем и чуть сладковато — жасмином, разросшимся у южной стены поместья.

Глава рода Блэк медленно прогуливался по дорожкам, наслаждаясь тишиной и свежим морским бризом. Высокий, широкоплечий, в простой тёмной мантии без украшений — он давно предпочитал удобство пышности. Сине-серые глаза рассеянно скользили по знакомому пейзажу, а мысли были далеко.

За год, прошедший после ритуала отделения, произошло великое множество событий, изменивших жизнь магов бывшей магической Британии.

Во-первых, умер Альбус Дамблдор — сам, к величайшему неудовольствию госпожи Линь, рассчитывавшей на совсем иной исход. Хотя большая часть обывателей, не знавших закулисной стороны дела, вполне искренне скорбела. Во-вторых, после ритуала выходы в обычный мир стали труднодоступны, и мисс Боунс весьма оперативно взяла их под контроль. Ну, большинство. Некоторые остались в ведении старых семей — например, выход из Блэк-хауса на площадь Гриммо, который Джейсон благоразумно оставил за собой.

Сам ритуал прошёл как-то буднично — во всяком случае, для Джейсона, давно привыкшего работать до седьмого пота. Размещение ритуальных кругов с артефактами по всем ключевым локациям он принял как обычную полевую задачу и организовал охрану на время проведения.

Морфин Гонт сделал центром ритуала Хогвартс, что было вполне логично. Центральный ритуальный зал школы располагался аккурат под Большим залом — огромным сводчатым помещением, где в учебное время обедали сотни учеников. Но стояло лето, замок опустел, и гулкие каменные коридоры встретили их тишиной. В школу вошли через служебный вход факультета Слизерин, скрытый за неприметной дверью в стене замка, при полном содействии декана. Профессор Снейп тоже принял самое деятельное участие в проведении ритуала.

Нужные артефакты разместили по точкам, и началась главная часть. Морфин Гонт сам читал ритуальные катрены, одновременно отслеживая остальные локации. Когда требовалось, жестами отдавал приказы — точные, скупые, не допускающие двойного толкования. И всё получилось.

С собой в Хогвартс Джейсон взял Гарри — ему нетрудно, а мальчишке полезно посмотреть и поучиться. Что заставило их после окончания работы подняться в кабинет директора, Блэк сказать точно не мог. Просто все решили, что это будет правильно, и декан Слизерина горячо их поддержал. В конце концов, ритуал был одобрен министром магии, и прятаться им было не с руки.