Я оказался прав. Кого-то отметелили. И это оказался я.

В моем мире я в совершенстве овладел двумя боевыми искусствами. Кара-Маг, борьбой гномов. Полезно, когда противник больше тебя размерами — например, боевой голем. И сули-сули — рукопашным боем жителей Островной Империи. В древности, когда ресурсов на изготовление оружия у них было мало и каждый остров воевал со всеми сразу, воины изобрели и освоили это опасное искусство.

Короче говоря, они мне не помогли. Одно дело знать приемы, техники, тактики и стратегии, и совсем другое — суметь претворить их в жизнь. Тело Исаева не изучало сули-сули пятнадцать лет.

Я знал, как сражаться, но рефлексы работали плохо. Когда переоделся, Слава, как звали этого парня, уже ждал меня на ринге. Схватка началась сразу же, как я пролез под канатами и тренер скомандовал «Хаджимэ!»

От первых ударов я уклонился, контратаковал, но безуспешно. Скользнул под боковой удар и ткнул противнику в ребра, сбив ему дыхание. Сразу же провел двоечку прямых ударов по лицу, но, забывшись, опустил руки. Хороший боковой прилетел в левую скулу, и я «потерялся». С другой стороны тут же прилетел следующий удар, и я окончательно поплыл.

Я не собирался сдаваться и раз за разом поднимался, снова силой кидая тело Исаева в бой. Снова отлетал, хохотал, сплевывая тугую кровавую слюну, и снова вставал. А противник сравнивал свои счеты со мной.

— В этот раз тебе менты не помогут, козел… — в какой-то момент прошептал Слава, опрокинул меня и взял левую руку в болевой захват, закинув ноги мне на грудь.

— Тебе тоже, — хрипел я, пытаясь высвободить локоть.

— Сдавайся… — цедил парень. — Тебе не выйти из болевого.

Сдаваться я не собирался. Руку тянуло, плечо горело огнем.

— Ну! — требовал противник.

В плече затрещало. Если не вывихну руку, из захвата не выберусь.

— Ямэ! — крикнул тренер.

Уже догадался, что «Ямэ» означает конец боя, слегка расслабился, ожидая, что захват сейчас ослабнет.

Зря. Ноги Славы сильнее уперлись мне в грудь, а затем раздался громкий щелчок в моем плече. Горячая волна боли чуть не ослепила, и я заорал. Но вывихнутое плечо дало мне свободу движения: я вывернулся, вытянул бесчувственную руку, а здоровая, с согнутыми пальцами, полетела к лицу противника. Большим пальцем я метил ему в глаз.

— Я сказал «Ямэ!» — грозно крикнули у меня над ухом, а мою руку перехватила стальная хватка тренера.

Через секунду нас просто расшвыряли в разные стороны.

— Слава, ты что здесь устроил? — громко вопрошал тренер, ходя из угла в угол по рингу между нами. Руки его покоились в карманах, но, уверен, он готов в любой момент их в бой пустить.

— Ничего, — насупленно отвечал Слава. — Я просто победил его, тренер.

Я лежал в противоположном от противника углу, уперевшись затылком в холодную стойку. Левое плечо горело огнем, рука не слушалась.

— А он сдался?

— Что?

— Я спрашиваю, твой противник сдался? Попросил пощады? Похлопал по тебе или по рингу?

— Не знаю… Я не видел, — отвел от тренера взгляд громила.

К слову, он был на голову выше меня.

— Тогда ты не победил. Потому что твой противник не сдался. Нельзя победить, если противник еще не признал поражение. Я остановил бой, чтобы вы не покалечили друг друга. А ты что сделал? Продолжил драться!

— Но он тоже!

— Ты продолжил, и я продолжил, — влез я в их перепалку.

Еще не хватало меня виноватым выставить.

Тренер на это ничего не ответил. Он сел на корточки перед Славой и негромко сказал:

— Когда нарушаешь правила, будь готов к последствиями, Вячеслав. Я только что спас твой глаз, потому что этот парень собирался его тебе выдавить. — После этих слов, парень с удивлением и ужасом во взгляде посмотрел на меня. Я моргнул, подтверждая, что именно это и собирался сделать. Тренер продолжал: — А ты бы ничего не смог сделать, потому что коленями он твои руки прижал. Ты думал, что уже победил, да? Так вот, ты не победил. Ты почти проиграл. И это поражение очень дорого бы тебе обошлось. Понял меня?

— Да, тренер, — выдохнул Слава.

— Сто отжиманий.

— Но…

— Двести.

— Да, тренер.

Затем мужчина подошел ко мне и подал руку, помог подняться. Ладонь у него была сухая, шершавая как дерево, и крепкая.

— Пошли, вправим тебе плечо, — повел он меня за собой. — Лиза, принеси лед.

— Да, тренер! — хмыкнула девушка и умчалась.

Остальные, кто наблюдал за ходом боя, начали расходиться. Среди оставшихся рядом со Славой узнал его дружков из парка. Один из них, шатен среднего роста, слегка хромал.

— Будет больно, — предупредил тренер и взялся за больную руку.

Он привел меня в раздевалку с большим зеркалом, жестяными старыми шкафчиками и несколькими скамейками по центру. На потолке светили старые бледные лампы, заливая обшарпанные стены мертвенно-белым светом.

— Я готов, — отвечал ему.

Руку снова потянули. Еще один щелчок и ослепительная вспышка боли.

— О-о-ох… — выдохнул, когда пришло облегчение.

Ледяное онемение растекалось по плечу.

— Приходи через неделю, как восстановишься. Тренировка начинается в семь. Вот мазь, она поможет быстрее заживить порезы и ушибы.

В здоровую руку мне положили стеклянную баночку без этикеток. Видимо, какой-то свой состав. Надеюсь, без этого синтопиозина с Порчей, от которого каждый раз унитаз обнимаю.

Тренер ушел, оставив меня одного. В крови еще бурлил адреналин после драки, сердце гулко стучало, по телу то и дело пробегала дрожь. Я посмотрел на себя в запыленное зеркало. Левая скула разбита, губа тоже, под носом кровь, бровь рассечена. Не очень-то я сейчас похож на лаборанта «Воронов Фармацевтика». Сходил на тренировку называется. Но я нисколько не пожалел об этом. Все равно рано или поздно я бы встретился с этим Славиком вновь.

Хоть тренер и считал, что я мог победить, на мой взгляд мы оба проиграли. Один с вывихнутой рукой. Второй чуть без глаза не остался. С другой стороны, для Славы это будет уроком, что со мной стоит связываться только в одном случае. Если готов идти до конца.

— Эй! — позвал слегка хрипловатый женский голос от входа в раздевалку. — Ты там не без трусов случайно?

— А надо? — ответил я.

— Ха-ха, очень смешно, — в раздевалку вошла Лиза. — Я бы смеялась искреннее, но уже попадала так на «сосисочную вечеринку». Лови!

Она кинула мне пакет со льдом. Поймал его здоровой рукой и приложил к плечу. Какое наслаждение.

— Спасибо, — поблагодарил ее.

— Хребет у тебя что надо, — сказала Лиза, подойдя почти в упор.

Она была невысокой, метр шестьдесят пять примерно. Но сейчас ее глаза оказались выше моих, потому что я сидел на скамье.

От девушки сладко тянуло потом и женским телом. На ней был короткий черный, обтягивающий небольшую грудь спортивный топ с солевыми разводами, атласные черные шорты, спортивные гетры на стройных, мускулистых ногах и старые, потрепанные кроссовки. Темные волосы собраны в короткую тугую косу с ярко-рыжей резинкой на конце. Она была красива простой и естественной красотой без тонн косметики. Лицо открытое, улыбка слегка язвительная, прямой нос и темные брови, будто живущие своей жизнью. Они постоянно шевелились. Вообще, у Лизы была очень живая мимика. Загляденье просто.

— Мало кто может против моего братца так долго выстоять в первом бою, — продолжала девушка.

Так вот почему ее серые глаза кажутся знакомыми.

— Ты извини его, ладно? — неловко замявшись, прямо попросила она. — Это Тренер так новичков проверяет. Если есть хребет, то будет и толк. Но Славка перегнул палку, вот Тренер и разозлился. Обычно мы новичков не калечим.

— Обычно? — переспросил, прижимая к плечу ледяной пакет.

— Не знаю, что на братца нашло. Но Тренеру ты понравился. Это сразу видно. Так что приходи на следующую тренировку.

— А как его зовут?

— Кого? Тренера? Не знаю. Мы зовем его просто Тренер. С большой буквы. Кстати, — она вдруг нагнулась вперед, и ее лицо оказалось очень близко к моему. Я разглядел мокрые волосы, прилипшие к потному лбу. — Насчет недели — это тоже проверка Тренера.