— Чем дольше ты тянешь, тем быстрее я кончу, по-моему.
— Но у тебя же не однозарядный ствол.
Так мой член ещё никто не называл, и я уже готов был усмехнуться, но стало не до этого, когда девушка, наконец, начала первые ласки языком. А нет — ошибся. Она умудрилась одним горячим дыханием сделать так приятно, как не всегда бывает прикосновением. Какая-то у неё особая техника минета. Дальше смотреть не стал — предался наслаждению с закрытыми глазами.
Аллочка теперь уже точно работала языком: проводила кончиком по стволу, старалась задеть как можно больше участков чувствительной кожи. Она даже уделяла отдельное внимание набухшим венам, что хорошо чувствовалось и доставляло особое удовольствие. Затем Алла погрузила в рот только головку члена. Осторожно круговыми вращениями ласкала, то слегка надавливая кончиком язычка, то переходя снова на нежные и мягкие прикосновения. Она вновь вынула его изо рта, поиграла языком со стволом, но опять по-новому: не только вылизывала, но и легонько постукивала языком по нему. Столько ярких впечатлений от одного начала минета у меня ещё не было. Похоже, Аллочка в этом деле вне конкуренции.
Она тем временем продолжала. Теперь уже с головкой долго не играла — проглотила член целиком до основания. У неё отлично получались при этом круговые ласки языком, а сосала она и вовсе, будто под давлением. Невольно возникло ощущение, что мой орган вот-вот оторвётся, и Алла проглотит его. Это чувство ни с чем несравнимо. Кажется, до неё я и понятия не имел, что такое настоящий качественный минет. Да что там — Аллочка сосала просто божественно! На один миг даже проскочила дурная мысль, что её можно любить только за это.
— Тебе нравится? — шёпотом вопросила она.
— Могла бы не спрашивать. Наверняка знаешь, что ты мастерски это делаешь.
— Это не всё.
Она зашевелилась, а я открыл глаза посмотреть из любопытства, что же дальше. Алла приподняла попу, чтобы снять платье. И сделала это быстро. Моему взору открылось её красивейшее тело с поистине богатейшим бюстом, который едва держал чёрный кружевной лифчик. В тот же миг она завела руки за спину и сняла бюстгальтер. Бретельки под давлением веса объёмных грудей чуть ли не выстрелили в меня. Аллочка даже улыбнулась, когда увидела моё восхищение, и кинула лиф подальше от себя. На ней теперь остались лишь трусики.
Мои руки сами потянулись, чтобы скорее пощупать эти бидоны. Алла наклонилась чуть вперёд и прошептала:
— Никогда такие большие не трогал?
— Признаюсь: нет. — Я уже с удовольствием мял её сиськи и понимал, что в мою ладонь еле помещается такой объём. — Даже не думал, что это так классно. Неужели всё это богатство сейчас моё?
— Пока твоё, но у этого богатства есть ещё цель. Дай-ка мне.
Эх, только начал наслаждаться чудными сиськами, а она забрала их, но когда увидел, для чего, против совсем не был. Аллочка обхватила груди, поднесла их к члену и просунула его между ними. Затем медленно поднимала, опускала. Ощущать органом мягкость и нежность столь больших сисек — это нечто. А когда она ещё подключила язычок, я был готов скоро кончить. Каждый раз, когда груди опускались до основания члена, Алла доставала языком до его головки, облизывала и вновь повторяла движение.
— Точно сейчас кончу… — с трудом выговорил я в попытке сдержать оргазм.
— Кончай, мой хороший, кончай…
И тут она ускорила движения. Член скользил меж грудей так быстро, что унять подкатывающее желание кончить не получилось бы при всём желании. Она просто скакала сиськами на моём достоинстве, а это принесло столько наслаждений, что в один момент я выстрелил несколько раз. Сперма забрызгала подбородок Аллы. Затем она наклонилась к источнику извержения семени, но оттуда вылетело ещё пара струек, которые девушка получила на губы и нос. «Хорошо, что хоть в глаз не попал, — проскочила у меня смешная мысль, — а то бы ослепла ещё».
— А теперь ты кое-что сделаешь, — намекнула на продолжение Алла. — Можешь отдохнуть немного, пока я умоюсь.
Единственный минус всё же нашёлся — она не любила глотать семя, потому что даже не коснулась языком своих губ. Но по большому счёту это мелочь, когда девушка делает минет, который ты запомнишь если не на всю жизнь, то надолго точно.
Глава 44. Наручники, плётка и жёсткий анал
Когда я провожал Аллочку взглядом, обратил внимание на то, что у неё трусики с доступом. Отличное бельё с большим вырезом сзади, благодаря которому девушку можно иметь во все места. Всего-то достаточно снять верхнюю одежду, которой на ней и так не было. Эта идея здорово подогрела фантазию.
— Ты ещё не разделся? — удивилась она, когда вернулась ко мне. — Я уже готова, а ты медлишь.
— Раздеться — это всегда легко и быстро, — начал я стягивать брюки вместе с трусами, следом расстегнул все пуговицы на рубашке.
— Другое дело, — одобрила Алла, подошла к тумбочке, открыла её и достала оттуда наручники и плётку.
— Ого, — заметил я эти штуки. — Это для кого из нас?
— Для обоих. — Она бросила их рядом со мной. — Пользоваться умеешь?
— Умею. Там ничего сложного. А чьи они?
— Мои.
— Что они делают тогда в этой комнате? Это же не твой дом.
— Ой, какая разница. Я с Максом всё решила до твоего прихода.
Так вот оно что. Оба обратились к одному человеку, а он просто сделал вид, что ничего не знает. Теперь понятно, почему Макс подшутил — заранее знал, что у меня точно будет секс.
— Понял. Значит, ты уже была здесь.
— Конечно. — Аллочка села рядом, сдёрнула окончательно с меня рубашку, впилась жадным поцелуем и одновременно начала мастурбировать член. Он вмиг встал твёрдо и жёстко. Чуть позже она отстранилась. — Плёткой сильно не бей, знай меру. И только по попе. Понял?
— Да я вроде не садист. Но не против такого фетиша. Пристёгивать тебя к чему будем? — Я взял наручники, оценил внешний вид: обычные металлические, чёрного цвета, без всякого розового меха и прочих ванильных штучек.
— Да просто на запястьях замкнуть и всё. Ну типа я преступница, чтоб не могла ничего руками делать. А ты бравый полицейский, который хочет наказать меня, грешную такую.
— Ты так подробно всё рассказываешь, — усмехнулся я и застегнул наручники на её руках. — И так всё понятно.
— Что, уже?
— Да, прямо сейчас. Иди-ка сюда, преступница.
Я повалил её на край кровати животом вниз, попу приподнял выше, попросил колени подогнуть под себя и вытянуть руки вперёд, чтобы смотреть с удовольствием на то, что она в наручниках и ничего сделать не может. Эта власть мне сразу понравилась. То ощущение, когда с девушкой делаешь всё, что угодно. И без разницы, что всё это просто игра. Главное — возбуждало.
Как бы ни хотелось войти в неё поскорее, для начала использовал плётку. Поднялся с кровати, встал перед попкой и начал с лёгких ударов. Аллочка подала первые лёгкие стоны удовольствия и сказала, что можно чуточку сильнее. Оно и понятно, ведь она была в трусиках, поэтому боль не сильно чувствовалась.
Каждый удар сопровождался охами и ахами, как будто я уже начал трахать её. От одной только плётки девушка возбуждалась — у неё проступила смазка. Самое время входить, но предмет наказания из руки не выпускал. Сперва медленно вставил член в вагину и протолкнул глубже с трудом. У Аллы там непривычно узко, тесно, как будто это анальный секс. Она застонала чуть громче и попросила легче, не так грубо. Удивительная девица. Любит наручники и плётки, а сама нежная вся. Впрочем, я прислушался к ней и вводил-выводил поначалу осторожно, одновременно с тем пользовался плёткой. В какой-то момент заметил, что чем больше возбуждался, тем сильнее бил её.
— Больно же, Лео! — вдруг завопила она.
— Терпи. Сама хотела.
Меня так грела мысль, что Алла в наручниках, и я уже не мог остановиться. Удары становились более хлёсткими, член ещё жёстче входил в тугую вагину девушки. Какое райское наслаждение.
— Перестань так сильно, пожалуйста…