Ближе к въезду в Технодар я решил всё же попробовать сосредоточиться на учёбе, а о сестрёнке думать просто как о сестре, а не о той девочке, которая мне стала очень дорога. Это ведь так и есть. Так зачем же мне о ней думать как-то иначе? Ну, был секс, замечательный секс. И что с того? Она мне нравится и без этого. Нужно настроить образ мышления таким образом, чтобы в голове поселилась лишь одна мысль: это моя сестрёнка, и я всегда буду рядом, чтобы помогать ей. Тут-то я и прозрел, что это то самое. Да, раньше только так я и думал. Что мне может помешать теперь? Ничего, если приложить достаточно усилий. Тем более секс уже был, и теперь это не является каким-то тайным неосуществимым желанием. На этом и решил остановиться, ибо другую верную дорогу не нашёл. Впрочем, Лиана именно это и имела в виду — замена одной эмоции на другую, что однозначно должно получиться, ведь лазейка уже найдена.
Без пятнадцати девять я подъехал к университету. Сестрёнка попрощалась со мной, обняла, поцеловала в щёку и пожелала удачи, а перед тем, как покинуть салон вдохновила речью о том, что у неё лучший брат на свете. Было приятно услышать. Более того, её слова действительно повлияли на меня наилучшим образом, так что в штаб ФСКПГ я поехал уверенным и воодушевлённым. Что мне ваш чип? Всего-то электронная безделушка!
Ровно в восемь часов и пятьдесят пять минут я припарковал машину, вышел и широким шагом направился к главному входу. Всё те же охранники с каменными лицами потребовали указать причину визиту и предъявить документы. Я показал паспорт, направление на установку чипа и только тогда меня пропустили.
В понедельник общий зал не пустовал: туда-сюда сновали мужчины и женщины в строгих костюмах, занятые, судя по всему, крайне важными делами, тихонько переговаривались, менялись документами и быстро уходили по своим кабинетам, но тут же появлялись новые лица. У меня возникло ощущение, что меня никто не замечает. Виктор Алексеевич не уточнил, куда нужно идти, а в направлении были указаны только цифры и набор букв. Разобраться в этом не смог, поэтому пошёл к его кабинету. И в это время он как раз открыл дверь.
— Здравствуйте! Леонард, — улыбнулся лысый, — вы вовремя. Какой пунктуальный молодой человек.
— Доброе утро, Виктор Алексеевич, — изобразил я в ответ улыбку, но получилась, наверное, больше ухмылка. — Сегодня ответственный день. Я не мог взять и опоздать.
— Это замечательно. Идёмте со мной, я вас провожу.
Он повёл меня по коридорам. Мы то и дело сворачивали то в одну сторону, то в другую. В итоге пришли к нужному кабинету, где Виктор Алексеевич остановился, попросил меня подождать снаружи, а сам вошёл внутрь. Перед тем, как он захлопнул за собой дверь, я услышал:
— Настенька, доброго вам утра…
А вот потом уже ничего не было слышно. Мне пришлось простоять минут пять. Спустя это время лысый вышел с довольной улыбкой и проговорил:
— Проходите, Леонард. Наш специалист вас ждёт. — Он похлопал меня по плечу. — Не бойтесь. Это совсем не больно. Вы даже ничего не поймёте.
Настроение было определённо хорошим, поэтому я чуть не выдал в ответ фразу о том, откуда ему-то это известно. Но вместо шуток и подколов спокойно вошёл в кабинет.
Как оказалось, это и не кабинет вовсе, а небольшая операционная. За полупрозрачной ширмой сидела девушка в медицинской маске и что-то набирала на ноутбуке.
— Здравствуйте. Оставьте направление на столе, пройдите к медицинской кровати и ложитесь лицом вверх. Я через минутку-другую освобожусь и начну операцию.
— Здравствуйте. Хорошо, — машинально поприветствовал я, оставил бумагу на столе и сделал, как было сказано.
Пока лежал в ожидании, всё не мог никак понять, где же я слышал её до боли знакомый голос. Вот все сто процентов, что слышал, причём много раз, а когда, припомнить не мог. А может, голос очень похож на какую-то знакомую… Точно! У бывшей Насти ведь такой голос. Всё сразу стало понятно, но потом я вспомнил, как Виктор Алексеевич назвал её ласково именно этим именем — Настенька. Да не может быть, чтобы это была она. А если так, то как сюда устроилась? Она же только в медицинском училась недавно, а уже операции делает? Бред какой-то. Но так я думал не долго, пока она не подошла к кровати с шприцом в руке. От взгляда знакомых серо-зелёных глаз мурашки по коже не просто пробежали, а пронеслись диким табуном…
Глава 71. Сексуальная подстава
Настя спустила медицинскую маску на подбородок, приоткрыла рот, но ничего так и не сказала. Я удивился не меньше её, но эта встреча меня вдруг начала забавлять.
— Ну здравствуйте ещё раз, Анастасия. Как ваши дела?
Она нервно сглотнула, положила шприц рядом со мной и всё же заговорила:
— Лео, как ты здесь оказался? Поверить не могу, что это ты. Я думала, что однофамилец…
— У меня к тебе тот же вопрос просто из любопытства. Как тебя взяли на работу без оконченного высшего образования? — усмехнулся я и добавил: — Что-то я тебе не доверяю. Можно мне другого врача?
— Другого нет. Операцию по установке чипа делаю здесь только я, — вдруг перешла Настя на серьёзный тон. — А как меня взяли? Это уж не твоё дело. Мы вообще-то давно расстались, если ты забыл. По твоей инициативе, кстати.
Я приподнялся на кровати, сел и свесил ноги вниз. Потом нагло заглянул в её глаза и ухмыльнулся.
— То есть ты потрахалась с другим, и после этого я должен был и дальше с тобой быть? Так? Ну извини, я достаточно себя уважаю, чтобы больше не встречаться с изменщицей.
Она отвела взгляд, губы дрогнули.
— Я просила прощения у тебя, чуть ли не на коленях стояла, а ты не смог меня понять. Это было вообще случайно, просто перебрала с алкоголем, вот и вышло недоразумение… — Настя помолчала, повернулась и посмотрела на меня теперь уже смело. — Лео, я до сих пор тебя люблю. Давай попробуем сначала.
Я рассмеялся во весь голос.
— Ты серьёзно? Недоразумение? Это так теперь называется? Любит она. Видел уже своими глазами, как ты любишь. Давай делай уже свою операцию, я же извращенец, который это заслужил.
— Нет, ты хороший человек, — запротестовала она. — Пока ты не дашь мне ответ, я не начну. Время у меня есть. На сегодня ещё один пациент, но он будет после обеда.
— Какой ответ?
— Дашь мне шанс исправиться?
— Подожди. Если ты любишь, можешь поставить мне нерабочий чип или вообще что-то другое?
— Прости, не могу. За это уголовная ответственность, а я не хочу полжизни провести в тюрьме.
— Вот и вся твоя любовь. — Я откинулся на кровать, вздохнул. — Так что никаких шансов давать тебе не буду. Сама во всём виновата.
— Так значит, да? — ехидно бросила Настя. — Хорошо, тогда я тобой просто попользуюсь. В последний раз.
— Ну ты смешная, — улыбнулся я. — Кто ж тебе позволит?
— Здесь я устанавливаю правила и управляю желаниями. Готовься получать удовольствие, милый.
В ту же секунду мои руки и ноги захватили крепкие ремни, не позволив двигать конечностями.
— Ну и сучка ты, Настя.
— Какая есть.
Она забрала шприц, ушла с ним к рабочему столу, а вернулась уже с другим. Я нахмурился.
— Ты что мне вколоть собралась?
— Это чтоб тебе стало хорошо, — подмигнула бывшая, засучила мой рукав и ввела иглу в вену мягко и безболезненно. — Вот и всё. — Настя вытащила шприц, вернула его на место, а после заперла дверь на электронный замок.
Когда она подошла ко мне, неизвестный препарат уже подействовал: по всему телу пошло тепло, кровь словно закипела, моё достоинство вмиг встало, едва не порвав брюки. Это странное ощущение, но я как обезумевший хотел именно бывшую. Настя просто стояла какое-то время, смотрела на меня и улыбалась, но потом вдруг заговорила:
— Милый мой, ты же хочешь меня?
— Не знаю, что ты мне вколола, но я сейчас взорвусь, если мы не займёмся сексом. Убери эти ремни.
— Не уберу. Кто тебя знает. Я получу удовольствие и так.
Она сняла маску, наклонилась ко мне и поцеловала в губы. Желание трахнуть её как суку усилилось в разы, и я не хотел, чтобы бывшая перестала целовать меня. Мне это безумно нравилось! Эти жаркие и сочные губы пробудили самую животную похоть! Препарат явно повышал чувствительность и общий эмоциональный фон, потому что обычный поцелуй Насти сводил с ума. Я даже начал дёргаться в попытке высвободиться, но, конечно же, ничего не получилось.