— Вот именно, что один раз.
— Выбирайте, не томите.
В списке было множество способов: от классических до современных. Мне приглянулся самый безболезненный с простым названием «Распыление». Судя по описанию, человека, подверженного казни, отводят в специальное помещение, где в одну секунду он растворяется на частицы, как только поступит команда казнить. И всё равно страшно… Никогда не думал, что моя жизнь оборвётся так рано…
Глава 84. В агонии
— Итак, — продолжил Виктор Алексеевич, — со способом смертной казни вы определились. Обращение к родителям на видео записывать будем? На память, скажем так. На это у вас тоже есть право.
Мне либо показалось, либо всё, на что я имел право, не более чем издевательство, чтобы сделать человеку перед смертью больнее.
— Нет, не будем. Не думаю, что им будет интересно смотреть на последние минуты моей жизни. Лучше уж так уйти, тихо. Я бы хотел только с сестрой последний раз увидеться.
— Хорошо, я позволю вам напоследок увидеться, но у вас на это будет несколько секунд. Понимаете, таких прав нет. Преступники вообще не должны видеться, как только попадают к нам. Это будет исключением.
— И на том спасибо.
Виктор Алексеевич вызвал своего сотрудника, попросил позвать следующую по очереди, точнее, сестрёнку, и приказал, чтобы нам дали чуточку времени попрощаться. Подчинённый удивился, попытался возразить, ведь это не по правилам, но лысый холодно дал понять, чтобы тот выполнял приказ молча. Сотрудник кивнул и вывел меня в общий холл.
Пришлось подождать около минуты, чтобы увидеть, как другой работник привёл Лиану. Тот, что стоял со мной, тихо проговорил:
— Быстро прощайтесь. И никаких соплей. Умирают все рано или поздно.
Прямо успокоил…
Я подошёл к сестрёнке, крепко обнял её. Она ответила взаимностью и задрожала в моих объятиях.
— У нас есть несколько секунд. Я хочу лишь сказать, что люблю тебя. Во всём это моя вина. Надеюсь, ты сможешь простить меня. Там в кабинете сделай правильный выбор…
Лиана отстранилась, посмотрела на меня. В ту же секунду из её глаз потекли слёзы, губы дрогнули, но она сумела сказать то, что хотела:
— Глупый, да не виноват ты ни в чём, не виноват. Мы с тобой ещё увидимся… Я тоже люблю тебя…
Она держалась изо всех сил, чтобы не разрыдаться, бросилась на меня и обняла так крепко, как никогда этого не делала, но её тут же оттянул один из сотрудников.
— Время вышло, — словно робот ровно проговорил он, взял её под руку и повёл в кабинет лысого.
— За мной, — скомандовал другой мне.
Мы петляли по коридору очень долго. Из-за этого становилось всё страшнее и страшнее. Я всем нутром чувствовал, что не хочу умирать. Ну как же так?.. Меня скоро не станет. Истинный страх и паника совсем затуманили разум, и тогда я решил сбежать. Подгадал момент, когда идущий впереди сотрудник повернул за угол, тут же развернулся и рванул с места. По коридору мгновенно раздался стук моей обуви и чей-то крик. Я уже не разбирал, откуда кричали и кто. Просто бежал. Бежал от смерти, ибо надежда умирает последней.
Мне удалось пробежать метров сто. Как только я повернул за очередной угол, на пути встали два охранники. Затормозить и развернуться не успел. Не успел и заметить, как получил точный удар в нос, следующий — в живот. По ощущениям словно били чем-то очень тяжёлым, оттого я потерялся в пространстве, скрючился и едва не свалился с ног. На руки мгновенно надели наручники и при помощи постоянных толчков кулаком в спину повели на казнь. Из носа капала кровь, живот неимоверно болел, из-за чего я даже выпрямиться не мог. По крайней мере, попытался, хотя это изначально была плохая идея. Но что поделать, когда инстинкт самосохранения вопит в голове: «Беги, иначе скоро умрёшь!»
В помещение, где должны казнить, меня буквально толкнули, но перед тем сняли наручники. Дверь за спиной захлопнулась, щёлкнул электронный замок. Наступила тишина и полная темнота. Не видно вообще ничего, но я до сих пор жив. Очень странно. Но это длилось недолго. Не прошло и минуты, как по ушам ударил высокочастотный звук. Писк пронзал не только уши, а всю голову насквозь. Мне показалось, что я заживо взорвусь и разлечусь на мелкие кусочки. Эта дикая боль заставила меня в судорогах свалиться на пол. Тело неимоверно ломило, щипало. Меня словно заживо съедали миллионы крошечных зубастых созданий. Адская боль и агония. Я не выдержал и заорал во всё горло в предсмертных муках… И вдруг наступило блаженство, чувство лёгкости и счастья. Всё? Так умирают люди?
Из-за спины послышался звук открывающейся двери, затем стук обуви, шарканье одежды. Что-то непонятное произошло. Неужели я жив? Как оказалось, ещё и на стуле сидел, потому что почувствовал его под собой, пусть и не сразу.
— Вставайте, Леонард, — произнёс до боли знакомый голос.
Помещение залил яркий свет. Я с трудом открыл глаза, зажмурился и увидел стоящего передо мной Виктора Алексеевича. Он выглядел сонным и уставшим.
— Да, вы живой, это всё наяву. Как в себя придёте, вас проводят в мой кабинет. Там я всё расскажу и объясню. Беспокоиться не о чем.
Лысый ушёл. Я сидел, пытаясь понять, что же произошло на самом деле. Сон или явь? Действительно живой или это предсмертный бред? Или что-то совсем другое?..
Глава 85. Реальная картина мира
Просидел я на стуле минут пять. У меня в голове не укладывалось, где правда, жив или мёртв. Но ведь всё видел, слышал. Выходит, правда, живой. По привычке глянул на часы: стрелки показали половину третьего ночи. А нас привезли в штаб днём… Мне срочно понадобились ответы на все мои вопросы…
Не без труда поднялся со стула, пошёл к выходу. Едва дошёл до двери, та открылась. Меня встретил, судя по всему, помощник лысого. Он оценивающе оглядел меня и молвил:
— С вами всё хорошо? Помощь не нужна? Если вы готовы идти, то провожу вас к Виктору Алексеевичу.
— Да, я в порядке. Спасибо.
— Хорошо. Идёмте со мной.
Помощник отвёл меня в кабинет, дождался разрешения от Виктора Алексеевича ехать домой и удалился.
— Садитесь, Леонард. — Он указал жестом руки на стул и продолжил заполнять какой-то бумажный документ. — Вы что-то поняли, извлекли для себя из того, что случилось?
— Я, честно говоря, вообще ничего не понял.
Книги на Книгоед.нет
— Как же? — Виктор Алексеевич оторвал взгляд от бумаги и посмотрел на меня. — Вроде умный парень. Хорошо, это была симуляция. Теперь понятно?
— Но ведь была уже симуляция. Хотя… Когда я посмотрел на часы, то понял, что время не совпадает.
— Правильно. Так и должно быть. Кстати, — он достал из стола мобильный и протянул мне, — вот ваш телефон. Пришлось забрать его, а то бесконечные звонки вашей сестры мешали мне писать сюжет симуляции. Но я со своего телефона оповестил её, что вы будете дома поздно, чтобы она не волновалась.
— Спасибо. — Я взял телефон и увидел около двадцати пропущенных звонков и несколько сообщений. Смотреть пока не стал и убрал мобильный в карман. — А я точно домой поеду? Вроде как минимум установка чипа мне грозит, а то и что похуже. И, насколько я понял, первая симуляция всего лишь симуляция в симуляции. Так получается? То есть ничего на самом деле не было?
— Вот это уже близко к истине. Да, домой поедете, без чипа поедете. — Виктор Алексеевич продолжил заполнять документ, но беседу не прекратил. — Двойная симуляция нужна была для того, чтобы вы точно не догадались об этом, иначе все мои старания стали бы бесполезными.
— Тогда в чём был смысл прописывать столько событий вплоть до смертной казни?
— Точно ничего не поняли, — улыбнулся он, закончил заполнять бумажку и поставил печать. — Я перейду на «ты», так проще общаться. Не против?
— Нет, конечно. Как вам угодно.
Виктор Алексеевич поднялся со стула, достал бутылку коньяка из шкафа и два бокала. Разлил напиток, один из бокалов подвинул ко мне.