Вампир смотрел на всё это с нескрываемым ужасом.

— Зачем… зачем тебе нужны были дети? — спросил я, не глядя на него. Я понимал, зачем ему был нужен накопитель, это было слишком очевидно. Но дети! Я хотел знать, что он собирался с ними делать, и было ли их похищение спланированным или это инициатива конкретно этого вампира.

Однако тот факт, что роды у Аннабель и Аяны начались в один день, говорил в пользу теории о том, что похищение детей было спланировано.

Тем временем вампир молчал.

Тогда я взял серебряную иглу, покрутил её между пальцами. Потом обмакнул в измельчённый чеснок, размешанный со святой водой. И добавил капельку магической энергии — смесь зашипела на серебре.

Вампиры, хоть и считались вымершей расой, но способы борьбы с ними были хорошо известны. Мне же было ещё проще. Почти всё, что на Земле показывали в фильмах по способам их умерщвления, действовало в реальности на Грее.

— Последний раз спрашиваю, — произнёс я пугающе спокойным голосом. — Зачем тебе нужны были дети?

— Я… я не могу, — прохрипел вампир. — Меня убьют. Старейшины…

— Старейшины? — усмехнулся я. — Боишься их больше, чем меня?

Я приблизился к прикованному зачарованными цепями вампиру, и тот так сжался, что отвращение к нему стало ещё сильнее.

— Сейчас я покажу тебе, кого стоит бояться по-настоящему, — сказал я.

Я с силой воткнул серебряную иглу ему в плечо.

— Аааааа! — завопил вампир. Его крик был таким пронзительным, что гвардейцы за дверью наверняка вздрогнули. Кожа вокруг иглы начала дымиться, чернеть, словно её жгли раскалённым железом.

— АААА! ВЫТАЩИ! ПОЖАЛУЙСТА! ВЫТАЩИ!

Я не вытащил. Вместо этого воткнул вторую иглу. Потом третью — в бедро.

Вампир бился в конвульсиях, дёргая цепями. Его лицо исказилось от боли, клыки обнажились, глаза налились кровью.

— ПРЕКРАТИ! ПРЕКРАТИ, ПРОШУ!

— Отвечай на вопрос, — спокойно сказал я. — Зачем вам были нужны дети?

— НЕ МОГУ! Я НЕ МОГУ СКАЗАТЬ!

Я взял четвёртую иглу.

— Хорошо, — отрешенно сказал я. — Тогда продолжим.

Следующие полчаса я методично втыкал иглы. В плечи. В бёдра. В рёбра. В шею. В живот. Каждый раз вампир орал, извивался, клялся, что расскажет всё, но потом снова замолкал.

Я не спешил. А просто делал свою работу.

Когда иглы закончились, я взял нож. Серебряный, с рукоятью из освящённого дуба.

— Видишь этот нож? — показал я ему. — Им можно очень аккуратно срезать кожу. Тонкими полосками. Как шкуру с животного, каким ты являешься. Знаешь, сколько времени занимает освежевать вампира заживо? — Вампир хрипел, пытаясь отползти. — Я тоже не знаю, но обещаю тебе делать это как можно медленнее. И я могу делать это днями. Неделями. Пока ты не умрёшь от истощения.

Я приложил лезвие к его щеке. Надавил. Кожа зашипела, задымилась. Вампир закричал снова.

— ЛАДНО! ЛАДНО! Я СКАЖУ! ТОЛЬКО ПРЕКРАТИ!

В тот момент я еле-еле сдержался, чтобы не выдать своего облегчения. Эти пытки сильно били по нервам. И та злость, чтобы была в момент, когда я узнал о гибели Лилии, не была уже столь сильной. Наверное, у меня уже выгорели эмоции, и несколько часов пыток вампира окончательно выпили их.

Я отстранился и убрал нож.

— Говори. И начнём с того, как тебя зовут.

— Варис. Меня зовут Варис.

— Ну что ж, Варис, рассказывай, что сподвигло тебя напасть на нас.

— Мы… мы умираем, — наконец выдавил он. — Наша раса. Нас осталось меньше трёх тысяч. И каждый месяц нас становится ещё меньше. Зов забирает нас, он словно нацелился истребить нашу расу. И не важно, кто ты — чистокровный или новообращённый. Сильный или слабый. Молодой или древний. Зов не разбирает. Он просто… забирает.

Я молчал и слушал.

— Мы пытались купить накопитель у эльфов, — продолжал вампир. — Но они потребовали сорок миллионов золотом или напасть на дроу и убить князя Цепеш. По первому пункту… у нас не было и половины этих средств. По второму, — он сделал паузу. — Мы побоялись нападать на дроу. Они слишком сильный противник, и делать их своим врагом — подписать себе смертный приговор.

— И вы решили украсть, — закончил я за него.

— Да, — кивнул вампир. — Мы знали, что род Арес получил накопитель от эльфов. Что у вас есть защита от з ова. Мы решили… решили попытаться. Проникнуть. Украсть. Пока ваши главные силы ушли воевать.

Я сжал кулаки.

— Продолжай.

— Мы облажались, что я могу сказать, — с грустью усмехнулся Варис. — Мы думали, что потомки бога войны Арес выродились, — сказал вампир, и я тут же понял, что он не знает, что Арес была женщиной. А скорее всего он не знает, что такое зов, как и не знает о заточённом боге Вефнире. Тем временем Варис продолжал. — Вас сослали на границу с Пустошью, от многочисленного рода осталось меньше десяти человек. Вы не отомстили за смерть прошлого главы рода и сидите, не показывая носа из города.

— Хммм, — наклонил я голову. — И кто же такой информацией поделился с вами? Не остроухие ли случайно?

— Они, — выплюнул Варис. — Когда нам назвали условия, эльф, что вела с нами переговоры, посочувствовала нам, при чём это выглядело так искренне… теперь я понимаю, что это была игра, но… — он поднял на меня взгляд. — Я… я не хотел её убивать. Клянусь! Но эта девчонка… она встала на моём пути.

В этот момент во мне снова вспыхнула ярость, и я схватил его за шею.

— ТЫ ВЫРВАЛ ЕЙ СЕРДЦЕ! ТЫ НАЗВАЛ ЕЁ ПОРЧЕНОЙ! ТЫ ХОТЕЛ СДЕЛАТЬ ЕЁ РАБЫНЕЙ!

— Пах! — с размаху ударил я ему в челюсть.

— Ты не видел в ней равную, поэтому легко убил. И не отводи взгляда…

— Пах! — ещё раз ударил я.

— Ты клянешься, плачешься здесь только от того, что понимаешь, твоя жизнь в моих руках. Но ничто… СЛЫШИШЬ? НИЧТО и никто не сможет тебе помочь.

— Я НЕ ХОТЕЛ! — закричал вампир. — ОНА САМА! ОНА НАПАЛА ПЕРВОЙ!

— ЗАТКНИСЬ! — я воткнул нож ему в плечо.

Вампир тут же завопил, дёрнулся, но цепи держали крепко.

— Она защищала свою семью! — прорычал я. — Она делала то, что должна была! А ты… ты убил её! Как животное!

Я выдернул нож, замахнулся снова, но в последний момент остановил лезвие у его горла.

— Эээ, нет. Мы ещё с тобой не закончили. — Я отошёл от него на пару шагов, спросил. — Зачем вам нужны были дети?

Варис сплюнул на пол кровью.

— Всем сильным мира известно, — начал он, — что зов не забирает членов рода Арес, кто перешагнул «С» ранг. Вы и ваши родственники единственные на всей Грее, у кого есть хоть какая-то защита. Даже без накопителя и артефактов.

— Дальше! Не заставляй меня начать пилить напильником твои клыки.

— Мы думали… — испугавшись моей угрозы, продолжил вампир. — Мы думали, что если возьмём детей Аресов… обратим их… то они смогут передать эту защиту нашей расе.

Когда он упомянул дар и одновременно проклятие моего рода я уже понял, зачем вампиры хотели похитить детей.

— Я думал, только у чистокровных могут рождаться дети.

— Будь так, как бы появились чистокровные вампиры? — усмехнулся Варис. Просто, чем младше и сильнее кровь у обращённого вампира, — сказал он, — тем выше шанс, что не будут отличаться от чистокровного вампира. А дети твоего рода… они были бы идеальными.

— Я правильно понял, вы хотели превратить новорождённых детей в вампиров? Чтобы использовать их как… как инкубаторы для вашей расы?

— Не инкубаторы! — возразил Варис. — Мы бы заботились о них! Растили! Они стали бы частью нашей семьи! Частью…

Я не дал ему договорить. Схватил за горло и сжал так сильно, что его глаза вылезли из орбит.

— Где ваша база? — спросила я.

Варис хрипел, не отвечая.

— Кровавые иглы, — произнес я, и три алые иглы материализовались в воздухе.

— Я спрашиваю ещё раз. Где ваша база?

— Гвидолия, — выдавил Варис. — Мы… мы обосновались в Гвидолии. В горах вдоль южного побережья.

— Сколько вас?

— Две тысячи восемьсот сорок три, — ответил он. — Плюс-минус несколько десятков. Зов забирает каждый месяц, я не знаю точных цифр.