— Господин, может, хватит? — осторожно спросил трактирщик. — Это уже третья бутылка «Гномьей слезы».

— Я сказал ещё! — произнёс я, и на стол с глухим стуком упал золотой.

Глаза трактирщика округлились, и вопросы отпали сами собой.

И я пил… пил, чтобы перестать чувствовать. Я поддался и стал жалеть себя…

Вокруг меня кипела жизнь. Ко мне подсаживались какие-то девицы с ярким макияжем и глубоким декольте. Они хихикали, касались моего плеча, намекали на уединение.

— 'Внимание! Сформирован навык Алкоголик. Уровень-1. Эффект: −1 к Харизме, −1 к Обаянию.

И следом перед глазами появилось сообщение от системы, которое я долгое время игнорировал.

На миг я протрезвел и сделал то, что требовала система. И честно, я даже не помнил, чтобы включал его. Но учитывая сколько я выпил…

В какой-то момент мир качнулся и поплыл. Потолок поменялся местами с полом. Я попытался встать, но ноги отказались повиноваться. Последнее, что я помнил, это грубые доски стола, ударившие меня в лицо, и чей-то голос:

— Эй, парень, ты живой?

Пробуждение было ужасным.

Голова раскалывалась так, словно в неё забили гвоздь и теперь медленно проворачивали. Я попытался открыть глаза, но яркий свет резанул по глазам, заставив меня застонать.

— Очнулся, герой? — раздался знакомый голос.

Я замер. Этот голос… Аннабель?

С трудом я разлепил веки и осторожно выглянул из-под одеяла.

Я лежал на широкой кровати, а сестра сидела в кресле у окна, качая на руках небольшой свёрток.

— Эм… привет… — прохрипел я. — Что я здесь делаю?

Аннабель подняла на меня взгляд.

— Тебя Гаррик и Сириус привели под утро, — ответила она. — Нашли тебя в «Золотом Вепре», когда ты пытался доказать столу, что он эльфийский шпион. Ты был в таком состоянии, что даже в свои покои идти не мог. И почему-то они решили, что с тобой должна возиться именно я.

Я застонал, закрывая лицо руками.

— Ясно… — выдавил я. — Прости за неудобства. Я сейчас уйду.

Я попытался сесть, но мир снова опасно накренился.

— Стой, полежи. Гаррик влил в тебя антипохмельное зелье…

— Бракованное что-ли? — тут же спросил я. И тут же произнёс: — Исцеление, — и мне тут же стало легче.

— Андер! — она резко встала, прижимая ребёнка к груди. — Что ты творишь?

— Я встаю и иду в комнату.

Слушать нотации мне совершенно не хотелось. А судя по тону сестры, именно они сейчас и последуют.

— Напиваясь до беспамятства? — парировала она. — Думаешь, этого для тебя хотела Лилия?

— НЕ СМЕЙ! — рявкнул я. — Не смей использовать её имя в таком контексте! Ты не знаешь каково это!

Она сделала шаг ко мне.

— Прости, — голос Бель дрогнул. Она опустила глаза на свёрток в своих руках. — Я не хотела делать тебе больно. Но я не могу смотреть, как ты убиваешь себя.

В этот момент дверь открылась, и вошла служанка-нянечка.

— Госпожа, пора кормить, — сказала она.

— Подожди, Марта, — остановила её Бель. Она подошла ко мне вплотную. — Смотри.

Она слегка отвернула край кружевного одеяльца.

— Вот твоя племянница.

Я посмотрел вниз. Девочка спала, смешно причмокивая губами.

— Не хочешь подержать на руках? — спросила Бель.

Я отшатнулся.

— Нет, я… я грязный, я… — попытался найти я себе оправдание.

— Ты её дядя, — и не дожидавшись ответа, буквально всучила мне ребёнка.

Девочка открыла глаза. И мне на секунду показалось, что она смотрит прямо в душу.

— Как ты и Гар её назвали? — спросил я.

Аннабель улыбнулась.

— Мы хотели назвать её Лилия… Но из-за глупых предрассудков… говорят, называть в честь погибших — плохая примета. Решили, что так делать не станем. Поэтому её имя, Лана.

— Лана! Красивое имя, — сказал я.

— Анд, — произнесла Бель, касаясь моего плеча. — Я, она, Аяна, её сын… мы все живы благодаря тебе. Спасибо тебе. — Сестра взяла дочь из моих рук. — И как бы сейчас не звучали эгоистично мои слова, но ты начал дело, которое надо довести до конца. Ты понимаешь, о чём я?

Я перевёл взгляд с ребёнка на сестру. И да, я понимал… Зелье разума, оно всё ещё было нужно.

— Я тебя услышал, — сказал я.

— И что ты решил? — спросила она.

— Я вернусь в Пустошь, — спокойно сказал я. — И соберу ингредиенты для зелья. И с этим, — достал я артефакт телепортации в форме дракончика, — у меня в больше шансов найти всё быстрее.

— Постой, ты что ли один собираешься идти в Пустошь? — отразился испуг на лице сестры.

— Да, — ответил я.

— Андер, это безумие!

— Бель, я не сошёл с ума. Утром я буду переноситься в Пустошь, а вечером возвращаться домой. Как и если замечу опасность для себя — тоже перенесусь домой.

— Ааа… — произнесла Бель, поняв, что я не собираюсь самоубиться в Пустоши. — Мне всё равно это не нравится. Ты уверен, что…

— Конечно, опасно, — усмехнулся, обернувшись у двери. — Но один я буду привлекать меньше внимания.

Закрыв дверь, я стал строить планы, своего нового похода в Пустошь.

После разговора с сестрой в голове словно прояснилось. Холодный душ, смена одежды и пара простых заклинаний бытовой магии, чтобы убрать мешки под глазами и запах перегара.

И когда я вошёл в малую столовую, большая часть семьи ещё сидела за столом. Отсутствовали Сириус и Селви. Но Сэм был тут и сидел, как обычно, во главе стола. Вероника кормила Гектора, рядом с которым галдели сестрёнки-близняшки. Мишель что-то нашёптывал на ухо Аяне, отчего та смущённо улыбалась. Бель хмыкнула и продолжила кушать. А Гаррик увидев меня кивнул, и я ответил ему тем же, как бы говоря «спасибо, что принёс моё пьяное тело домой». Конечно, я не понял, почему он не привёл меня в порядок в таверне. Но немного подумав я пришёл к выводу, что он всё сделал правильно. Ведь отрезвев я мог продолжить пьянствовать…

Я сел на своё место, кивнул слуге, который тут же наполнил мою тарелку, и, не откладывая дело в долгий ящик, произнёс.

— Я возвращаюсь в Пустошь.

Звон приборов прекратился мгновенно. Сэм внимательно посмотрел на меня.

— Андер, это слишком опасно. Пустошь сейчас кишит тварями. Орда ещё не вся покинула королевство, и на границе сейчас не спокойно.

— Сэм, послушай, — я отложил вилку и посмотрел брату в глаза. — Я не собираюсь устраивать там крестовый поход. Я не буду торчать там неделями. У меня есть это, — я достал из кармана медальон-дракончик и положил его на стол. — Артефактный телепорт. Я буду переноситься утром, прямо на точку, где закончил сбор, а вечером возвращаться назад в Виндар. Если почую опасность, если увижу тварь, которая мне не по зубам, я просто телепортируюсь.

— Одииин? Это неприемлемо! — Сэм покачал головой, его голос стал жёстче. — Одному отправляться в Пустошь это безумие. А если тебя ранят? Если оглушат до того, как ты активируешь артефакт? Я не могу этого допустить.

— Нет, — возразил я. — Сэм, пойми, с отрядом я стану уязвимым. Я не смогу бросить своих людей, если на нас навалится кто-то уровня высшего лича или того хуже. Я буду вынужден сражаться, защищая их. Один я же я буду иметь возможность для манёвра. И, как уже сказал, в любой момент смогу исчезнуть из Пустоши. Поэтому я, напротив, считаю, что получив такие возможности, — я постучал пальцем по медальону, — я обязан их использовать.

Я сделал паузу, обводя взглядом присутствующих, и добавил, возможно, слишком резко: