26
Меня просто распирало изнутри и я сосредоточившись, мысленно собрал всю свою злобу в ком и послал ее в сторону этих уродов. Эффект был потрясающий, один из насильников, что уже почти поднялся на ноги и повернулся ко мне, округлил глаза и шлепнулся навзничь. Второй, замычал и со спущенными штанами, пополз на четвереньках к дальней стене. Я превратился в вихрь, мысленно отметив, что теперь чтобы войти в состояние ускорения, мне уже не надо делать самому себе больно, уколом ножа в бедро. Шаг, и клинок в правой руке описав дугу разрезает левое сухожилие под задницей того, что полз, оборот и левый клинок рассекает локтевой сустав на сгибе левой руки, второй оборот, и лезвие правого ножа влетает в затылок этого уебка. Выдергиваю клинок на себя и мужик замертво валится на пол сарая. Второй, что упал навзничь, уже успел приподняться и сесть на жопу. Делаю два шага и ебнув носком берца ему в горло, наступаю вторым ботинком ему на яйца. Эта тварь, снова завалившись на спину, вытаращив глаза от боли, начинает сучить руками. Но слишком медленно для моего состояния, как будто вместо воздуха вокруг этого урода вязкое масло. Ловлю момент и четкими заученными движениями отсекаю ему кисть правой руки, затем левой. Этот тип, даже не поняв, что уже лишился двух своих граблей, продолжает попытки отбиться от меня своими культями. Я приседаю и делаю удар ножом ему в пах, и сразу выдернув лезвие на себя, просто выставляю нож прямо перед собой. Эта сука, рефлекторно сгибаясь вперед от боли, напарывается своей раскрытой пастью на мой клинок и замирает выпучив глаза. Я с поворотом выдергиваю нож изо рта этого урода, и он валится на спину уже будучи мертв. Вот так! «Поцелуй смерти», как учил меня Кол. Обтерев оба ножа от крови об рубаху дохлого насильника, я закончив с ними, подошел к Дашке. Та лежала уже перевернувшись на живот и тихо скулила.
Разрезав веревку на руках Дашки и вынув ей кляп, я подал ее штаны и отвернувшись дождался пока она оденется и приведет себя в порядок. Когда она оделась я молча сел рядом. Дашка повернулась ко мне и уткнувшись в плечо, заревела. Я обнял ее и начал гладить по голове, слушая как колотится ее сердце.
— Все Даш, все уже прошло. Эти уроды больше никого не тронут! — я посмотрел на два свежих трупа насильников. Я отрезал им головы.
— Там в доме еще один! — Дашка прекратила реветь и посмотрела на меня красными от слез глазами.
— Его уже нет. Тоже трупом стал. Вот суки! — я сплюнул на пол сарая.
— Я пострелять, ну потренироваться ходила. Тут не далеко за городом пустырь. А они видать за мной проследили и вот… — Дашка снова уткнулась мне в грудь и заревела. Я опять ее обнял, и мы так просидели еще около полу часа.
— Даш, а давай я чай поставлю? Горяченький, с травами, ну как мама делает?
Дашка только кивнула.
— Ты был у мамы, как она? — Дашка перестав плакать встала и подняла свою винтовку.
— Нет, меня не пустили, и главврач этот мудак… Давай пойдем в дом, я тебе за чаем все расскажу!
Вытянув из дома труп горе-грабителя, мы оттащили тело в сарай к тем двум, и наведя немного порядок в доме, сели пить чай и я рассказал Дашке о утреннем разговоре с главврачом.
— Падла этот доктор! Завтра вместе к маме пойдем. Пусть только попробует не пустить, яйца ему отрежу! — Дашка уже пришла в себя и ее боевой характер снова был на прежнем уровне. Мне оставалось только с улыбкой кивать в такт ее грозным высказываниям.
— Трупы надо куда-то убрать, ато мало ли, увидит кто, проблемы потом будут! — я решил закрыть эту тему сегодняшнего происшествия.
— Так когда стемнеет, за сараем и закопаем. А пока давай лучше на рынок сходим, надо муки, сахара и патронов к СВД купить, кончаются уже. И пройдемся как раз, ато на душе херово как-то. — Дашку уже полностью отпустило и она решила отвлечься и заняться делами.
— Конечно Даш! С удовольствием!
Вечером, как стемнело, мы закопали три трупа в одну вырытую нами яму за сараем. Разравняв место захоронения этих пидоров, мы аккуратно присыпали свежую землю сухим щебнем со двора. Я придирчиво осмотрел место: — Вот и отлично, со стороны хуй скажешь, что тут копали! — Дашка подошла ко мне и глядя на захоронение, сказала, что надо что-то сказать, ну типа как говорят на похоронах. — Ну вот это хуй им а не слова! Пошли, надо поспать, ато утром к маме! — И мы взявшись за руки пошли в дом.
На следующее утро нас к маме так же не пустили, а после устроенного Дашкой скандала и подбитого глаза главврачу, вообще под угрозой посадить в тюрьму, запретили являться без Семена в больницу.
Прошло еще два дня, я в перерывах между домашними хлопотами, пару раз сбегал на почту, но вестей от Васьки, пока не было. Дашка занималась в гараже починкой всякой техники, а вечерами бегала к своему пареньку на свидания. На мне были кролики, колка дров для печи и наведение порядка во дворе. Так коротая дни, мы ждали возвращения Семена.
27
Меня разбудила вернувшаяся от своего любовничка-санитара Дашка. И с порога заявила, что у нас заканчиваются дрова для печи, и что надо ехать за ними в лес. — А машина? Семен забрал наш грузовичок, лошадей у нас нет. Как повезем?
— Ты давай пей свой чай, и собирайся. А я пойду у соседа, дяди Гриши, машину попрошу. Он дает когда надо. И это, Папы с нами нет, поэтому оружие надо брать. Там иногда собаки бродят. Ясно?
Ну хуль тут не ясного, я кивнул и поставил греться чайник. Пока грелась вода, пошел дал жрать своим ушастым и слазил в подвал дома за стволами. Заварив себе чай, я разложил на столе все, что нашел в сейфе повала. Два пистолета, один большой, вроде бы АПС, другой похожий на него, но поменьше. Три калаша. Два с деревянными прикладами, под 7,62, и один с пластиковым, под 5,45. Дашкина СВД и маленький, похожий на пистолет автомат, с прикладом складывающимся на правый бок.
Была проблема. Как я ни примерялся к калашам, всё-таки они были для меня велики. Винтовку Дашка возьмет. А остальным я просто не умел пользоваться. Хоть бы обрез какой, как у Пака! Но нет такого.
Во дворе загудел мотор и в дом зашла Дашка. — Ну че готов птичка?
— Слушай, тут такое дело! Эти вот, я указал на калаши, сильно большие. Мне не удобно! А вот этими, я не умею пользоваться. Меня никто не учил! — Ну думаю щас эта пизда надо мною оторвется по полной! Даже представил как ее харя, расползается в злорадной ухмылочке и эта курица начинает с меня стебаться. Но не тут то было!
— Смотри, это АПС и ПМ, то есть пистолет Стечкина и Макарова. Отличное оружие, только слабоваты они против собачек. А вот этот, черный, это Узи. Пистолет-пулемет такой. Его год назад папа привез от куда-то с юга. Стреляет мощно, быстро, и поэтому надо потренироваться! — Она быстренько разобрала, затем собрала этот Узи, и начала учить меня. Спустя два часа Дашкиных криков, оскорблений и подьебок, я мужественно стерпев все, уже с закрытыми глазами мог смело управляться с этим чудесным автоматиком. Ну или пистолетом-пулеметом, как его называет Дашка!
— А пострелять? — Задал я закономерный вопрос.
— Тут не будем, громко бьет, всех соседей переполошим. Возьми патронов по больше, и в лесу постреляешь! — Сказала Дашка и улыбнулась. Ебать- копать! Я внимательно присмотрелся на ее рожу. Нет, не ошибся. Правда, обыкновенная, веселая улыбка! Бывают же чудеса, наверное этот санитарчик ей сегодня ночью по особому угодил, вот мадам и радуется! Ну а мне то че? Мне тоже заебизь!
Выехав из города и предупредив стражу о том, что мы собираемся пострелять в местном лесу, чтоб эти дуболомы не подняли тревогу услышав выстрелы, мы повернули на дорогу ведущую в загородный лес. Благо лес находился не далеко от города, и нам надо было только подняться на бугор от северной стены города. Выехав на опушку, Дашка заглушила двигатель соседской машины. Это был когда-то обычный легковой автомобиль, однако хозяин срезал заднюю часть корпуса машины и смастерил там кузов. Получилось вполне удобно. Я вышел из машины и осмотрелся. Местные жители уже сильно проредили эту часть леса заготавливая дрова, и всюду торчали пеньки спиленных деревьев. Оставив и заперев машину, мы с Дашкой, обвешавшись оружием и инструментами, пошли в глубь леса в поисках нетронутых сухих деревьев. Я с огромным удовольствием вдыхал воздух. Лес, как он пахнет! Живя в Савуре, я так давно не был в лесу, что уже и подзабыл его волшебный аромат деревьев с примесью трав и подопревшего наста листьев, шуршащих под ногами. Найдя пару сухих деревьев, мы сначала повалили их а затем начали распиливать. Мне так понравился звук двуручной пилы, что я даже заслушался этим звонким пением металла. В нос шибал приятный запах свежеспиленной древесины, и я жмурился от удовольствия. Попилив деревья на бревна, мы с Дашкой перетаскали их и загрузили в кузов машины. Бревен оказалось слишком много и нам пришлось делать две ходки, чтобы вывести все. Когда мы вернулись в лес в третий раз, чтобы собрать остатки веток, я не выдержал и начал требовать Дашку научить меня стрелять. Видимо эта коза была в хорошем настроении и звонко рассмеявшись с моего решительного вида, согласилась. Мы вышли на более-менее ровное место у опушки леса и Дашка начала инструктаж.