— Значит ты Слон, а ты Жмых? — я решил немного повременить с расправой над этими горе-грабителями, и вытянуть по больше информации о незнакомом мне месте. Слон перестал выть и кивнув мне головой, подтверждая мои слова, начал проситься:
— Это, малЫй, не режь Жмыха, Ваську не надо! Мы это, шутка это! Ну мы шутим так! Васька братик мой, голодаем мыы! — «чудо-слон» снова завыл и начал молотить руками по куче кирпича.
Я перевел взгляд на Ваську, тот уже не трясся, его реально колотило, зубы стучали со скоростью автоматной очереди. Шапка с бубоном слетела с головы, обнажив черную кудлатую шевелюру, из которой торчали небольшие рожки. Черные, острые, слегка загнутые к макушке.
— А че ты Жмых? Ты же черт! — я потрогал левой рукой сначала один рог, затем второй.
— Нет, я не черт! Я семечки люблю, от того и Жмыхом звать! — протараторил Васька.
— А нахуя тебе тогда рога, если ты не черт? Вон Слон с хоботом, а ты хули? — меня это настолько забавляло, что я уже окончательно передумал резать эту парочку.
— Не знаю я! Мамка таким родила!
— Мамка тоже рогатая или папаша? — я еле сдерживал смех. Скорее всего я смеялся не столько с этой чудо-парочки, сколько отходил от нервов после событий последних дней.
— Ну ты чего дразнишься? Мы чтоль виноваты, что такие? — подал голос Слон.
— Если уберу нож, дурить не станете?
— Нет! — в два голоса заблеяли чудаки.
— Смотрите мне, ато я еще стрельнуть могу! — тут я уже блефовал, ясен хрен, не из чего мне стрелять. Эти затрясли головами и вопросительно уставились на меня.
— Ну хуй с вами! — я убрал нож и сделал шаг назад, разрывая дистанцию. Жмых подняв свою шапку, подбежал к Слону и помог ему встать на ноги.
— Че правда голодаете? — я подошел ближе.
— Третий день уже! Сам видишь что придумали с голодухи.
— И сколько?
— Чего, сколько? — Васька потер грязный лоб.
— Сколько уже награбили? — я обвел глазами пространство вокруг в поисках потеков крови и других свидетельств ихних «злодеяний».
— Та нихуя! Был до тебя один мужик, да и тот у нас самих жрать просил!
— И че с ним? — я присел на кусок шлакоблока, что валялся в стороне от кучи.
— Прогнали мы его, пенделя ему выписали, и он попездухал дальше! А чо? — Жмых присел напротив и помог присесть Слону.
— Не думали, что он вас мог наебать? Ну сам типа голо дрань как и вы? Чтоб отпустили и не трогали? — видимо мое озвученное предположение подействовало на них как гром среди ясного неба. Они оба вылупились на меня.
— Бля! — выдохнул Слон и опустил голову. — А ты умный! Вот как оно может быть! А мы… Эх!
— Слушай, а ты сам, один? Давай с нами! Ну ты думай, там, за дела, а мы все сделаем! — подкинул идею Васька. — Да Слоняра? Че, нормально же?
— Можно конечно, если согласится! — Слон кинул на меня взгляд.
Ну а че мне, что я теряю? Нихуя, и даже наоборот! Заодно все узнаю, че тут да как.
— Согласен! Будем тогда знакомы, вас я уже знаю. А я Сыч!
Жмых подался вперед, — А имя?
— А это и есть, и имя, и кличка и фамилия! Так меня и звать — Сыч!
— Это как маленький такой филин, с вот такими глазищами? — Жмых сложил пальцы и приложил к своим глазам. Получилось что-то вроде огромных очков. Слон странно засопел, и я понял, что он так смеется, Жмых тоже растянул улыбку.
— Хули ржете? Можно подумать у вас охуенные имена? Ебланы! — я поднялся и хотел было уйти.
— Ну ладно, ладно, извини! Мир? — ко мне потянулась пятерня Жмыха, и пацаны растянулись в улыбках.
— Ладно, хер с вами. Жрать хотите?
— ДАААА!!!
14
Костер потрескивал и даря тепло, создавал атмосферу уюта. Мы расположились на ночевку в одном из многочисленных ангаров промышленной зоны западного района города. На старых тюфяках развалились мои новые знакомцы. Братья по матери, как я узнал, Васька Жмых и Слон, слопав по доброму куску вяленого мяса, что я запасливо прихватил с халупы Пака, охотно делились со мной всей необходимой информацией. Говорил в основном Васька. Слон вообще был тихоней и предпочитал молча слушать все то, о чем мы беседовали.
Жмых чертил сгоревшим угольком на бетонном полу ангара, и пояснял: — Ну сматри, тут, промзона, в ней постоянно никто не живет, в основном ночевать приходят, вот как мы. Почему не живут, хуй его знает! Говорят тут место какое-то плохое, днем лучше сюда не ходить, люди исчезают. А переночевать, тем более группой, пожалуйста! Дальше идет полоса наполовину порушенных пятиэтажек, тех, что до Черного дня строили. Там живут люди, но в основном нищета всякая, пьянь и всякое разное. Дальше частный сектор, магазин и кузня. А в самом центре, за забором, богатые дома «семей». «Элитка». Там и бордель, и мастерские, и целых два хороших магазина! Есть даже кафе! А возле кафешки, здание частной охраны. Но в «Элитку» ход без приглашения, закрыт! Могут и стрельнуть, чтоб не мельтешил. Дальше, за «Элиткой», речка, но так, метров шесть шириной. Называется странно, — Рубежа. Почему так, никто не помнит, говорят еще до «Черноты» так называлась. А на другом берегу, поселок старателей, тех что уголь из под земли копают. Дальше, уже городская засека. А сами угольные копани, километра три на северо-запад. Ну вот и вроде все!
Я внимательно следил за чертежом Васьки. Выходило, что западный район нашего города, был гораздо больше остальных. И эта так называемая «Элитка». Похоже хорошая работенка наклевывается. Можно неплохо денежек срубить с этих богатеев! Я даже слегка улыбнулся своим мыслям. Благо был полумрак и мои новые кореша не заметили этого.
— А вы где живете? — спросил я братьев.
— Ну… мы то там, то сям, как-то… — Жмых почесал макушку.
— Ясно, бродяги. Про указ слыхали?
— Да слыхали, только как-же не бродить, коли своего жилья нету. Ночуем тут, а днем пожрать ищем. Ну или что еще под руку попадется. — оба брата вздохнули и уставились на пламя костра.
Я задумался, выходит надо жилье какое ни будь подыскать, и чтоб не сильно далеко от центра района, и чтоб тихое. И чтоб обзор с него получше был вокруг. А значит многоэтажка в самый раз. Жаль заселены, но с хозяевами я думаю «договоримся», хех! И за одно с соседями «вопрос» решим, чтоб свидетелей по меньше было. Этих то пьянчуг искать никто не хватится. Решено! Завтра займемся жилищным вопросом! А сейчас спать, усталость какая-то заебует.
— Слышь, братцы? Вам убивать приходилось? — я поднял голову на парочку.
— В смысле, кого убивать? Людей? — Жмых растерянно уточнил.
— Да, людей. Людей убивали?
Братья переглянулись.
— Нее! Ни разу не было такого! Крыс, это да! А людей нет! А че? — Жмых и Слон подняли головы.
— Эх, да ниче, хуй с ним! Спите! — сказал я и перевернулся на другой бок подставив спину нашему маленькому костерку.
К вечеру следующего дня мы нашли наиболее подходящий для нашего «логова» дом. От некогда огромного пятиэтажного строения, остались всего один подъезд и два этажа. Все пространство вокруг «огрызка», было завалено кусками бетонных плит и горами различного строительного мусора. Все окна были наглухо заложены кирпичом. Парадная дверь была из толстого листового железа и запиралась на огромный засов. В строении жило примерно шесть человек. Особенно порадовал большой, просторный подвал. Два больших куска плит, наполовину перекрывали вход, создавая неширокий лаз. И ним в подвал, мог воспользоваться только человек моего небольшого роста и комплекции. Даже мои худющие кореша, и те, еле протиснулись.
Мы втроем облазили все пространство снаружи дома и слазили в подвал. Там же мы обнаружили лестничный проход прямо из подвала на первый этаж. Проход заканчивался ржавой металлической дверью. Я аккуратно, чтоб не побеспокоить жильцов, подергал дверь. Заперто. Скорее всего снаружи и на какой-то засов. Потому, что в щель между дверью и такой же железной рамкой, виднелся металлический штырь. Подвалом вообще не пользовались, он был абсолютно пуст и завален давно слежавшимся мусором и пылью. Кроме наших следов на толстом слое пыли, других не было.