Хорошо еще, что Арли была к этому если не готова, то по крайней мере при виде крови не запаниковала и не испугалась. Напротив, она мне еще и помогла, щедро отдавая силы рода, чтобы я как можно быстрее закончил.

Когда же ее мама слабо пошевелилась, моя принцесса и тут повела себя совсем не по-детски. Вместо того, чтобы повиснуть у матери на шее и расплакаться от облегчения, а может, уткнуться носом в ее шею или спрятаться у нее в объятиях в поисках защиты и поддержки, она, наоборот, принялась активно тормошить лэнну Оми. А как только та с усилием моргнула и медленно, чуть ли не со скрипом повернула голову, малышка требовательно дернула ее за рукав и твердо сказала:

— Мама, вставай. Нам нужно уходить.

— А… Арли? — растерянно прошептала бедная женщина, которая за эту ночь пережила слишком много потрясений. — Девочка моя…

— Вставай! — повысила голос Арли, требовательно потянув ее на себя. — Дядя Ноэм сейчас очнется. Адрэа ему поможет. Вставай же, мама!

Лэнна Оми все еще заторможенно обернулась, но мой отец и правда начал приходить в себя. Раны, к счастью, боли ему не доставляли. Слабость от кровопотери не в счет — как только сон развеется, эти ощущения пройдут сами собой. А вот с транспортировкой снова придется повозиться, поэтому едва лэн Даорн очнулся и мы встретились взглядами, я сжал его руку и быстро проговорил:

— Все в порядке. Кровотечение я остановил. Сон поставил на паузу. Лэнна Оми жива. Но времени совсем немного, заморозка скоро слетит, поэтому я тебя сейчас погружу на диск и переправлю в другой сон, а там вас уже встретит мастер Майэ.

Лэн Даорн так же замедленно, как и мама Арли, кивнул, к счастью, не став ни о чем спрашивать и ничего выяснять. Тогда как я также молча подхватил его найниитом, бережно переправил на существенно раздавшийся вширь диск. Чуть позже рядом с отцом осторожно пристроилась лэнна Оми. Следом на диск ловко запрыгнула Арли. Ну а последним забрался я, постаравшись встать так, чтобы видеть всех своих пассажиров.

Из башни мы тоже вылетели без проблем — сон по-прежнему стоял на паузе и, хоть вьющиеся над крепостной стеной дайны начали постепенно оттаивать, времени, чтобы спокойно убраться отсюда, оставалось более чем достаточно.

Однако как только мы поднялись повыше и я взял курс на ту самую точку, через которую мы вошли, лэнна Оми вдруг уставилась куда-то мне за спину и резко побледнела. Сидящий чуть ближе к краю лэн Даорн одновременно с ней вскинул голову, словно тоже что-то увидел, и хрипло каркнул:

— Адрэа, сзади!

Тогда как моя принцесса внезапно поменялась в лица и тоненько вскрикнула:

— Щит!

Я резко повернулся, одновременно с этим растягивая найниитовую броню на всех присутствующих. А мгновением позже в нее дайн знает откуда прилетела мощнейшая струя огня, которая лишь чудом не сожгла всех нас заживо.

— ГУРТО! — разнесся по замороженному сну чей-то усиленный эхом голос, когда окутавшее нас бешеное пламя поутихло и бессильно сползло с найниитового щита. — Эй, Гурто, ты там живой⁈

Голос, кстати, я так и не узнал.

Что за сволочь ударила нам в спину, тоже не понял. Но с учетом того, что лэн Даорн потерял ноги в тот самый момент, когда во второй башне и вообще в крепости живых практически не осталось… незадолго до этого в Ровной протрубили отход… надо полагать, что к местным этот тип не имел ни малейшего отношения.

Правда, поскольку видимость упала практически до нуля, то в первые мгновения я перешел на второе зрение, однако никого поблизости так и не увидел. После чего сменил еще несколько спектров — с тем же результатом. А когда вернулся к обычному зрению, дым вокруг нас в значительной степени рассеялся, и вот тогда я наконец отыскал взглядом зависшую над крепостью человеческую фигуру, которая держала в руке здоровенный, явно снятый с одной из боевых точек огнемет и, как только я ее заметил, демонстративно дунула на дымящийся ствол.

Сон при этом с паузы никто не снял. Разлом как был вблизи первой башни, так там и остался вместе с едва угадывающимся внутри пожирателем. Замершие вокруг него дайны, причем и «маты», и «нематы», тоже остались на месте.

А вот мужика в странной черной, футуристического вида броне мгновение назад там еще не было.

Больше скажу. Мужик, в отличие от дайнов и пожирателя, оказался живым и подвижным. Моя «заморозка» на него, судя по всему, не подействовала. В воздухе он тоже держался свободно, словно магия здесь все-таки работала. Одновременно с этим было не очень понятно, где он прятался, почему не показался нам чуть раньше и как вообще сумел остаться невидимым, если сразу по прибытии я тщательно проутюжил пространство вокруг башни и вторым зрением, и найниитом. И ничего подозрительного, включая магию, артефакты, поднятые в воздух вертушки, так и не заметил.

Впрочем, второе зрение и сейчас показывало вместо него пустое место: ни ауры, ни облачка сознания… необычная броня, чем-то напоминающая облачение тэрнийских штурмовиков, только в более современном, так сказать, варианте, скрывала абсолютно все. Но это был совершенно не драймарант и не какая-то антимагическая ткань. Нет, броня выглядела цельной, твердой, по внешнему виду она больше напоминала вычерненный до состояния ночи матовый металл, который окутывал тело хозяина плотным, надежным, но при этом достаточно гибким костюмом.

Плюс он имел усиленные вставки на груди, в области живота, паха и крупных суставов. Сверху все это безобразие венчал такой же черный шлем с затемненным забралом. А еще, судя по легкости, с которой неизвестный держал стандартный крепостной огнемет… причем одной рукой держал, хотя весила эта хреновина кэйлов[1] этак под сотню… броня выполняла еще и функцию экзоскелета, которая усиливала физические возможности владельца в несколько раз.

Интересно то, что гость чувствовал себя здесь явно комфортно. Ни разлом, ни дайны, ни пожиратель его не смущали. Он на них, собственно, и внимания не обращал, словно не считал их угрозой. И с учетом всего вышесказанного, думаю, гадать, кто перед нами, больше не имело смысла.

Полагаю, к нам пожаловал сам хозяин сна?

— Живучий ты, Гурто. Даже огонь тебя, оказывается, не берет, — тем временем насмешливо произнес гость, демонстративно качнув в руке гигантский огнемет. — Или, может, правильнее было бы назвать тебя Двойником?

Я дал модулю команду отключить эмоции и оценивающе прищурился.

Без Эммы, конечно, было сложнее, но беглый анализ и так показывал, что ситуация, мягко говоря, нестандартная.

Это тип знал, кто я.

Судя по всему, имел представление… быть может, не совсем полное, но все же… о моих возможностях.

К тому же он определенно ждал моего появления. Был готов к тому, что мы встретимся. И из этого можно было смело заключить, что на самом деле закрытый сон являлся ловушкой не только для тех людей, которых я отсюда вызволил. Он, судя по всему, должен был стать ловушкой в том числе и для меня.

Причем маг, который ее устроил, чувствовал себя в моем присутствии более чем уверенно.

Даже зная, кто я, этот тип в себе явно не сомневался. Причем не сомневался настолько, что даже во второй раз почему-то не ударил. Однако раз он дал мне время осмотреться и осознать происходящее, значит, основания для уверенности в собственных силах у него имелись. Причем довольно веские. То есть мужик определенно подготовился и имел какой-то козырь, который, по его мнению, должен был помочь ему со мной справиться.

Следующее. Если этот тип — хозяин сна, то почему его не смущает моя пауза? По идее, мои действия должны вызывать у него, как у мага, некоторый дискомфорт. Такой же, как в свое время мне доставили действия мастера Рао, когда тот пытался выбраться из построенного специально для него сна-ловушки.

Однако у мужика в этом плане никой негативной реакции я не увидел. На паузу ему было глубоко начхать. Снимать ее он тоже не торопился. Она ему попросту не мешала.