Колонна вышла из Грозного. «Аврора» движется за самоходкой, которую мы еле различаем из-за стелющегося следом за ней густого бурого облака. Мы все облепили броню, глотаем эту самую пыль… До цели уже недалеко. Внезапно самоходка резко тормозит. Наш мехвод Рэм еле успевает отвернуть, но слишком мала дистанция. Удар! И как я только смог удержаться на броне? Сейчас, пожалуй, точно и не вспомню, за что уцепился. Бойцы послетали на землю. Кроме меня наверху остался только Быстрый, который каким-то «волшебным» образом «обмотался» вокруг ствола КПВТ[58]. Соскочил вниз, смотрю, из-за пылищи неподалеку виднеются танки, которые ведут огонь в направлении Аргуна. Навстречу нам бежит танкист, как я понял, офицер.
— Куда вас несет? Вы кто вообще?
— Сводный отряд СОБР. На зачистку в Аргун.
— Вы с ума посходили? Там еще войска не бывали! Разворачивайтесь к едрене матери!
Руководители почесали затылки, отдали приказ двигаться обратно. Смотрю — Ури ведут. Того сильно качает, тошнота, рвота. Как выяснилось — при падении приложился головой. Делать нечего, колонна возвращается в Грозный. Мы сразу, не заезжая в комендатуру, везем Ури в госпиталь на «Северный». Там заводим его к врачу. Как положено, осматривают, задают вопросы.
— Расскажи, — говорит доктор, — что произошло?
— Едем… Ничего не видно… Вдруг — удар… Лечу… Меня Горыныч обгоняет…
Вижу сильно заинтересованный взгляд эскулапа. Вроде того, а все ли у парня с головой-то нормально? Пришлось срочно объяснять, что «Горыныч» у нас на самом деле имеется. Назначили Ури лечение и отправили его в комендатуру, под надзор нашего Дока. Так что все разрешилось относительно благополучно…
…За воспоминаниями время пролетело незаметно. Вот уже и Первомайское неподалеку. К самому селу нам выходить нет никакой необходимости. Рисковать не будем, лишних глаз там хватает. Остались в глубине леса. Расположились в низине. Пока еще не стемнело, аккуратно сняли дерн, выкопали ямку, развели в ней небольшой бездымный костерок. Надо же и поужинать хотя бы изредка горячим. Бойцы занялись готовкой, Марина готовится провести сеанс связи. Сообщение для большой земли с ней заранее обговорено. Место только для радиста нужно будет повыше найти, да охрану ей предоставить. Может и для нас что-нибудь передадут.
— Добрый вечер, Виктор Иванович!
— И вам добрый, Виталий Сергеевич! Проходите, присаживайтесь. Появилась у меня информация по леснику. Украинский партизанский штаб поспособствовал. Сиротин!
Из-за двери моментально, как-будто из ниоткуда, появился дежурный.
— Я, товарищ полковник!
— Ко мне никого не впускать. Вызови шифровальщика.
— Есть! — дежурный так же быстро и беззвучно растворился.
— Взгляните, Виталий Сергеевич. Я тут информацию для группы Кротова подготовил. Вы добавить ничего не желаете?
Секретно
Одиссею
Федотенко Поликарп Васильевич, 1881 года рождения, работал до войны лесником в Харьковском лесничестве. Женат на Федотенко Матрене Филипповне, 1889 года рождения. Являлся связным партизанского отряда «Смелый рейд», в настоящее время соединившегося с регулярными частями. Командир отряда Иван Николаевич Кулишов. Словесный портрет Федотенко: рост около 160, плотного телосложения, волосы седые. На правом предплечье продольный шрам длиной около пяти см. Отсутствует мизинец на левой ступне.
Гефест.
— Спасибо, Виктор Иванович. У меня из центрального штаба такая же информация. Буквально только что получил.
Стук в дверь…
— Товарищ полковник, к вам шифровальщик!
— Впускай.
— Товарищ полковник, капитан Семенов по вашему приказанию прибыл. Для вас шифрограмма.
— Проходи, капитан. Давай, распишусь.
Секретно
Волге
Около 11 часов на хуторе в районе населенного пункта Казачка неизвестными уничтожено подразделение СС в количестве 20 человек и автомашина. Хутор сгорел. Среди личного состава прибывшего следом подразделения СС имеются убитые и раненые. В район хутора стянуты подразделения вермахта и СС, местность оцеплена силами фельджанжармерии и вспомогательной полиции. Проводится прочесывание лесного массива к юго-западу от хутора. Отмечается усиление активности подразделений СС и жандармерии в районе населенного пункта Скрипки.
Припять.
— Вы где такого самородка нашли, Виталий Сергеевич? — поинтересовался начальник контрразведки с недовольным видом. — Я имею в виду Слепого. Ознакомьтесь, пожалуйста. Капитан, это срочно зашифровать и передать при ближайшем сеансе связи. Свободны.
— Не понимаю вашего сарказма, Виктор Иванович? Группа задачу выполняет, я считаю, довольно успешно. Проявляет разумную инициативу. Не обнаружена. У меня информация из-за линии фронта, что солдаты вермахта напуганы действиями неуловимых диверсантов, не знающих жалости. Там уже распространились панические слухи, что живых свидетелей после себя они не оставляют. Никто их еще ни разу не видел. Группу Слепого немцы уже окрестили призраками. Деморализованный противник — это лучший подарок для нас. В этом случае неизбежны ошибки и просчеты с его стороны.
— Он не только немцам, а и нам тоже все карты спутал. Я и сам сейчас, обладая всей полнотой информации, не берусь предугадать его действия. Вместо того, чтобы идти согласно плану на какой-либо из объектов, он устраивает бойню на хуторе, поднимает на ноги все подразделения во вражеском тылу, обозначив свое местонахождение…
— Простите, что перебиваю, но я просто не могу не продолжить вашу тираду: а после этого снова исчезает без следа, заставляя немцев паниковать и совершать ошибки. Вы только обратите внимание на эффективность группы Слепого. Семнадцать человек, если не считать нашего радиста и биолога, как боевые единицы, уничтожили уже больше роты солдат противника, а также большое количество техники. При этом убитых и раненых у них нет. Такого даже при оборонительном бое не бывает, там расчетные потери один к трем.
— Это все хорошо, но что мы будем делать дальше? Этот Слепой своей непредсказуемой инициативой мне всю игру поломал. Разведка и диверсии, конечно, дело очень нужное. Но у меня своя задача. Мне предателя требуется вычислить и поступить с ним по всей строгости закона. И это накануне предстоящего наступления. А вы меня успокаивать пытаетесь эффективностью действий группы. Кроме того, насколько мне известно, к выполнению основных задач группа еще даже не приступала. Если приказ не будет выполнен, нам с вами и самим головы не сносить. От моего офицера из группы сведений никаких нет. Есть у него крайний вариант связи со мной. Для этого он должен подойти в нужный момент к Фее, назвать ей пароль. Она отдельно оговоренным шифром обязана передать для меня информацию, которую он ей даст. После этого, Фея поступает в его полное распоряжение.
— Это все крайности, Виктор Иванович. Я почему-то уверен, что группа все поставленные перед ней задачи выполнит. Давайте взглянем на карту. На всем запланированном пути Слепого ждали засады немцев. С той стороны, насколько мне известно, нам противостоит абверкоманда-305. Ее начальник оберст-лейтенант Христианзен. Так вот, как я и предполагал, обладая информацией от своего агента, он ждал их в месте перехода линии фронта, затем у склада под Чугуевым. Возле села Скрипки также была засада, где разведгруппа блестяще, я считаю, выполнила задачу. Смотрите, Виктор Иванович. Все эти точки расположены практически на прямой линии. Затем вот здесь, произошел бой с преследующей Слепого группой. К северо-западу от места боя было стянуто множество подразделений. Надо полагать, что Слепой мастерски направил Христианзена по ложному следу. Как вы видите, по плану как раз в том направлении он и должен был уходить к следующей цели…