Сотни две испанцев попрыгали в воду и выскочили на пляж, размахивая саблями и аркебузами. В воде и на песке часто вставали фонтаны минных разрывов, затягивая пляж дымом и пылью. За неширокой полосой белого песка начинался поросший лесом пологий холм. Из кустов на холме в упор по десанту ударил максим. Часто защелкали автоматические винтовки и двустволки. Две маневренные группы заблаговременно заняли выгодные позиции в кустах. Испанцы ответили беспорядочной пальбой из аркебуз, но шансов у них не было. Через несколько минут на берегу уже никто не шевелился. На этом сухопутная часть сражения и закончилась. Бой на пляже с НП не просматривался, поэтому Мещерский выдохнул с облегчением, только когда позвонил Сокольский и сообщил, что десант уничтожен. Индейский десант на северной оконечности острова был также уничтожен.
Морское сражение закончилось еще раньше. Мещерский послал Марти и четыре тихоходных парусника спасать испанцев, плавающих в океане. Ленина и Варяга оставил блокировать противника, высадившегося на островках. Деваться испанцам было некуда. Адмирал принял с кораблей сообщения о потерях в экипажах и отправился на ГКП. Пора было подводить итоги сражения.
Атмосфера в помещениях ГКП была восторженной. Вооруженные силы республики разгромили в сотню раз численно превосходящие испанские силы. После последних залпов в комнаты ГКП просочился весь начальствующий состав республики: наркомы, члены Совета, директора производств. Все обнимались и поздравляли друг друга.
Штаб уже подбил данные о потерях. Эскадра республики потеряла 7 краснофлотцев убитыми и 19 ранеными, из них 6 — тяжелых. В основном, экипажи понесли потери от огня аркебуз со шлюпок и от стрельбы из луков с индейских каноэ. Туземных членов экипажей погибло 22, ранено 64, по тем же причинам. Потери понесли и испанцы — 14 убитых, 39 раненых. Все командиры парусников вынуждены были задействовать испанцев в управлении парусами, несмотря на запрет адмирала. Поступить так вынудила логика боя. Иначе, республиканские корабли не имели преимущества в скорости хода и маневре перед испанскими кораблями, идущими под всеми парусами по ветру. Вопреки опасениям Мещерского, никаких проблем с моряками — испанцами не возникло. Они честно отработали свое.
Сокольский доложил о потерях на суше. Туземный пограничный отряд потерял в бою с десантом 9 человек убитыми и 29 ранеными. Большую часть туземцев пограничники постреляли из луков еще в лодках. Основные потери они понесли, когда вылавливали одиночек, добравшихся вплавь. Их оказалось неожиданно много. Около сотни человек. Избежать больших потерь пограничникам помогли доспехи и превосходство в оружии.
Просидевший весь бой молчком в помещении ГКП Круминьш воспользовался присутствием на ГКП большинства членов Политбюро и созвал заседание. Отсутствовал только Влазнев, находившийся на Марти. Как водится, Генсек предложил Мещерскому отчитаться о проделанной работе. Адмирал подчинился.
— Генеральное сражение с главными силами Испании в Новом Свете вооруженными силами Республики выиграно. Точную цифру потопленных кораблей уточним несколько позже, после получения письменных отчетов от командира Марти и капитанов парусников. Но, уже сейчас ясно, что утоплено более двух сотен кораблей. По всей видимости, мы уничтожили подавляющее большинство кораблей тоннажем более сотни тонн, которыми располагала Новая Испания. Людские потери Испании можно оценить снизу как 40 тысяч моряков. Скорее всего, потери противника существенно больше, поскольку мы пока не знаем, сколько солдат было на кораблях.
Наши собственные потери оказались больше, чем планировалось. На такой масштаб нападения мы не рассчитывали. Подключения испанцами туземных сил с Сент-Винсента мы также не ожидали. Удачно получилось обнаружить испанский флот в тридцати милях от берега. Только это позволило утопить все их корабли до подхода к острову. Уловка испанцев с высадкой экипажей в шлюпки после утопления кораблей, нами тоже не просчитывалась. Судя по количеству шлюпок, которые нам пришлось топить, испанцы загрузили на свои корабли двойной — тройной комплект шлюпок и баркасов.
Все наши корабли, за исключением Марти, полностью израсходовали боекомплект. Поэтому шлюпки и туземные лодки пришлось топить средневековым способом — тараном. При этом мы и понесли людские потери, поскольку сражение со шлюпками пришлось вести на пистолетной дистанции.
Тем не менее, несмотря на все неожиданности, высадку крупных сил испанцев на наш берег удалось предотвратить. В противном случае наши потери были бы во много раз больше. Таковы, вкратце, итоги сражения.
— Безвозвратная потеря семи человек и тяжелые ранения еще шестерых, которые могут и не выжить, или останутся инвалидами — недопустима для народа Республики! Вам, Николай Иосифович, партия и народ доверили всю полноту власти и все ресурсы республики, надеясь, что вы сумеете достойно подготовиться к отражению агрессии. Тем более, что разведка нас о ней заблаговременно известила. Считаю, что подготовка была Вами проведена на недостаточном уровне. Надеюсь, что в дальнейшем вы таких ошибок не допустите. — Совершенно неожиданно для всех остальных членов Политбюро, пребывающих в состоянии глубокой эйфории от произошедшего у всех на глазах полного разгрома колоссального испанского флота, Генсек "наехал" на Предсовнаркома и адмирала.
Жердев вынужден был вступиться за своего командира:
— Позволю себе не согласиться с мнением Валдиса Леонардовича. Хочу напомнить членам Политююро, что своевременное обнаружение испанского флота, позволившее предотвратить высадку крупных сил испанцев в Крыму, стало возможным только благодаря решению товарища Предсовнаркома о назначении на Сталина и Свердлова временных экипажей из второго сменного экипажа Марти. Благодаря этому мы увеличили радиус патрулирования с 10 до 20 миль и смогли обнаружить испанский флот за 30 миль. Это была личная инициатива Николая Иосифовича.
Зильберман выступил с самокритикой:
— Недооценка возможности привлечения испанцами на свою сторону индейцев с Сент-Винсента — это целиком вина наркомата иностранных дел и моя лично. Мы переоценили наше влияние на туземцев. Не следует во всем обвинять Председателя Совнаркома.
Поддержал Мещерского и Болотников:
— Спецзавод все последнее время работал с полной загрузкой без выходных в две смены и произвел максимальное количество вооружения и боеприпасов. Больше сделать на наших производственных мощностях и с нашим кадровым составом было физически невозможно. Так что, полное израсходование боеприпасов флотом при столь масштабном нападении было неизбежным. Вины Председателя Совнаркома в этом я не вижу.
Поняв, что члены Политбюро, даже Зильберман с Болотниковым, которых он считал своими людьми, его не поддерживают, Круминьш решил плавно свернуть свой наезд на Мещерского.
— Тем не менее, несмотря на некоторые ошибки руководства, о которых мы самокритично упомянули, как и подобает коммунистам, считаю совершенно необходимым наградить наших людей за проявленные при отражении испанского нападения мужество и героизм.
Предлагаю учредить государственные награды Коммунистической республики Камчатка. За проявленное в бою мужество награждать отличившихся военнослужащих медалью "За боевые заслуги". За особые подвиги награждать военнослужащих орденом "Красной Звезды".
За упорный труд на благо республики награждать гражданских лиц медалью "За трудовую доблесть". За выдающиеся достижения в труде награждать граждан орденом "Знак Почета".
Товарищам, награжденным медалям, можно ежемесячно доплачивать по одному песо, а награжденным орденами — по два или даже по три песо.
Поручим товарищу Лифшицу в кратчайший срок разработать статут наград. А нашего уважаемого адмирала, командующего береговыми силами и наркома внудел попросим подготовить представления на награждение боевыми наградами. Наркомы подготовят представления для награждения гражданских лиц.