Чепуховые такие. По отдельности.

Но вот взятые вместе…

Отчасти, конечно, виноват наш с Лейтой перфекционизм, один на двоих. Абы что творить, так-сяк и тяп-ляп нас не устраивало категорически. По многим причинам, но основная проста, как мычание: допустим, всё у нас наконец-то срослось, копирование наших сознаний в клонов завершилось полным успехом… и с какими выражениями лиц мы будем смотреть на этих самых клонов, если окажется, что их ожидаемая продолжительность жизни — приблизительно года полтора, от силы два? Причём даже вмешательство во всю (немалую уже) силушку Лейты может растянуть этот срок раз в пять, но вряд ли сильно больше?

Одноразовые люди, брр.

А с совсем уж ускоренно выращенными копиями примерно такая шляпа и намечалась. Когда с матерью-природой пытаются проделывать противоестественные вещи, вроде выращивания биоклонов человеческого происхождения и размера за три-четыре дня, она склонна мстить. В получившихся при первой попытке ущербных недоделок мы даже пытаться не стали копировать свои сознания, просто тихо утилизировали их примерно тем же способом, каким (недо)вырастили.

Ну, Лейта утилизировала.

Ей к каннибализму не привыкать. Увы. Как говорится, сама породила, сама и…

При, так сказать, втором подходе к снаряду моя боевая подруга вооружилась принципом «что делаешь, делай хорошо» и взялась за клонический процесс наиболее естественным, проверенным временем и эволюцией способом.

Забеременела. Ага.

То есть технически получилась не совсем беременность. Не естественная уж точно. От полового размножения млекопитающих там остался приблизительно один только способ снабжения эмбрионов-будущих-клонов питательными веществами: классический плацентарный. Ну и путь формирования духовных оболочек тоже использовался исконный, практически без изменений.

Потому что работает — не трогай, ага.

Над своей будущей копией Лейта особо извращаться не стала, просто запустила механизм партеногенетического размножения (пусть приматам и не свойственный). А вот с той яйцеклеткой, которая должна была стать моим клоном, поизвращалась всласть: извлекла, распотрошила, затем мой генный материал –взятый известным способом, предусмотренным матерью-природой — впихнула внутрь оболочки способом, ею не предусмотренным, как-то ещё дополнительно пошаманив; наконец, сунула эту яйцеклетку обратно и начала ждать созревания единоутробных не-близняшек.

— Как мы их назовём? — спросила она, когда стало ясно, что нетрадиционное зачатие состоялось успешно и прерываться не намерено, то есть на третий день.

Поскольку я тоже думал над темой, сходу предложил немудрёные анаграммы:

— Альтея и Филвей.

На том и порешили.

Правда, ждать пассивно кое-кто не захотел, замахнувшись на максимальное ускорение процесса. Потому что — а почему бы нет, собственно?

Да, девять женщин, как в том широко известном присловье, не могут родить одного ребёнка за месяц. Никак.

А вот целитель из рода Ассур с уровнем семьдесят плюс, как показала практика, способен довести вынашиваемых близнецов до, эм, этапа госприёмки за три месяца.

С половиной.

Мы могли бы управиться и поскорее, возможно, даже в разы, если бы не одна недоговороспособная змеюка. Та самая, в оазисе которой Лейта проходила эволюцию. Нам ведь даже сам оазис не требовался с купаниями в озерце, вполне хватило бы посидеть в ближних окрестностях пару месяцев. Оазису это даже пошло бы на пользу: в конце концов, моя боевая подруга вполне соответствует ему по стихии…

Но увы: договориться полюбовно не помогла даже её седьмая особенность, прошедшая эволюцию до золота (цитируя изменившееся описание: «доступен развитый безмолвный этикет монстров; если вы настроены мирно, даже раздражённые монстры не атакуют»). Хранительница оазиса не то чтобы погнала нас прочь поганой метлой: змеи не котики, у них даже лапок нет, метлу держать категорически нечем — но ясно дала понять, что никакого «немного пожить рядом» не потерпит.

В принципе.

И нет: использовать оазис для новой эволюции со слиянием золота в пурпур, до которого Лейта практически дозрела — тоже не даст.

Пугливая какая. Не хочет, понимаешь, способствовать развитию конкурентки. Точнее, той, кого принимает за конкурентку, ибо в Лесу Чудес среди монстров с этим делом всё просто до примитивности. Хорошо ещё, что после неудачной попытки дипломатии удалось разойтись бортами без драки: пошипели, да и разбежались.

Но всё равно козлина она противная, а не змеюка!

Из-за дефицита маны подходящего спектра и плотности ускорять созревание плодов пришлось за счёт дедовских средств. А если без экивоков, то аппетит моей боевой подруги, и так увеличенный, временно сделался откровенно баснословным. Невзирая на применение внешнего пищеварения (самые неаппетитные особенности я, пожалуй, опущу) и внешнего же дыхания, ей приходилось даже обычным способом, перорально, поглощать в сутки порядка пятнадцати тысяч килокалорий.

И результат подобного форсажа не замедлил проявиться. Нет, с массой тела проблем не возникло, да и не могло возникнуть. Но… несмотря на все принимаемые меры, температура тела Лейты на третью неделю поднялась до 38 градусов, а в конце первого месяца и уже до самого конца колебалась между 39 и 40 градусами. Это, хочу заметить, при активном отводе тепла через биоскафандр и регулярные, по пять-шесть часовых сеансов ежесуточно, прохладные ванны!

Что ж, пробежать за три с половиной месяца путь, что размеренным шагом занимает девять — это вам не дунуть-плюнуть-растереть! Это тяжелейший труд…

На котором она новый уровень взяла. Семьдесят первый.

Хорошо ещё, что сами роды заняли ровно три минуты. И прошли совершенно безболезненно, без каких-либо накладок и травматизма. Потому что метаморфизм решает, да. Мне только и осталось, что поприсутствовать, засвидетельствовать и помочь завести клонов из родильного бассейна во внешние репликаторные… эм… ну, пусть — мешки. Или просто репликаторы, биопанк-вариант. Их Лейта как раз-таки вырастила по упрощённой «одноразовой» методике заранее.

Потому что успешно завершённые роды, разумеется, стали только промежуточным этапом клонирования. Ждать естественного взросления наших особенных деток мы, как законченные перфекционисты, тоже не собирались.

Ускорять, так ускорять! Даёшь три пятилетки за полгода!

Можно предположить, что настолько ускоренный рост привёл бы к тому же результату, что и во время первой попытки. Но, как мы обнаружили, тут есть нюанс: возможность ускорения физического роста зависит от меры развития духа. Чем плотнее, крепче и сложнее последний, тем быстрее развивается тело.

Кстати, развитие духа тоже ускоряется пропорционально его базовой плотности; любопытное наблюдение и весьма перспективное, с кучей полезных следствий. Моя собственная взрывная акселерация заставила выдвинуть это предположение, а последующий опыт с ускоренным ростом клонов его подтвердил.

Собственно, первоначальный, сравнительно медленный этап нашей второй попытки клонирования, сходный с обычной беременностью, так затянулся и продвигался так экстремально именно потому, что есть чёткий предел у естественной скорости формирования духа. Если бы змеюка не оказалась козлиной, мы бы смогли воспользоваться повышенным, благоприятно сконфигурированным внешним фоном — ну а так ударные темпы развития клонов пришлось обеспечивать Лейте.

Лично. На внутренних резервах и с привлечением внешних ресурсов.

Доращивание в репликаторах предусматривало дополнительное многократное (но уже сравнительно безопасное) ускорение именно потому, что самый важный, критичный этап развёртки духовных структур остался позади.

Гм, гм. Эх. Я сказал — позади?

Ну, если брать физическую и магическую составляющие процесса, то да. А вот с ментальной всё, разумеется, только начиналось.

Нетрудно догадаться: у созревания разума тоже есть чёткий предел естественной скорости формирования (увязанный, само собой, с развитием ЦНС). Причём если его ужимать, результат не порадует. Запланированное нами ураганное биологическое созревание клонов не оставляло ни малейшего шанса на обретение полноценного разума естественным путём. Провалив важнейшую часть с копированием сознания и памяти, мы получили бы вполне зрелые тела, да…