Каждый день он покидал свой номер в гостинице «Вечерняя заря», спускался в чайную «Песчаный сбор» – и «работал», принимая доклады своих подчинённых. А заодно поглядывал на трактир и улицу. Дану приходилось носить дорогой костюм-тройку, шёлковый галстук и дурацкую шляпу почти без полей. Старик Джон, изображавший из себя его помощника, вообще ходил в старомодном фраке. Иоганн, Мигель, Ламмерт, Пётр, Вильям и Алекс тоже притворялись работниками торговца.
Все остальные остались в охране вадсомада, который расположился на отдых в десяти милях от города – хотя тут, в Грисгладе, имелась стоянка фургонов. Но Дан решил на неё не соваться. К сожалению, все члены вадсомада успели не раз засветиться перед дельтианцами, так что их просто-напросто могли узнать.
Здание трактира было построено в форме «П». Два крыла уходили вглубь квартала, а внутренний двор был отгорожен высоким забором. Центральная часть здания выходила на набережную. Попасть внутрь можно было либо через парадный вход, где всегда находился десяток дельтианцев, либо через чёрный ход, расположенный во внутреннем дворе. Но там, к вящему сожалению Дана, тоже всегда имелась охрана.
Все окна первого этажа были забраны решётками, как и часть окон второго этажа. Дан с Джоном и так и эдак крутили планы здания, но никак не могли найти способ бесшумно добраться до Томази. Ни ночью, ни днём. Трактир «Грис» был неплохо защищён, и попытка проникнуть внутрь закончилась бы стрельбой прямо в центре города. А это в Грисгладе, заполненном дельтианцами, могло закончиться либо плохо, либо очень плохо.
Была у Дана надежда, что удастся провернуть всё в Рождество. Но, посмотрев на членов своего вадсомада, он благоразумно отказался от плана: нападение в святой праздник ему не простят даже верные друзья. Оставалось только ждать, когда подвернётся удобный случай…
Дан в очередной раз проводил взглядом касадора на волле, который подъехал к парадному крыльцу трактира, кинул поводья мальчику-служке и направился к крыльцу. Длинные чёрные волосы незнакомца, стянутые в тугой хвост, покачивались в такт шагам. Вышедший ему навстречу дельтианец приветственно вскинул руку.
– Хой, Жан! – поприветствовал гостя дельтианец. – Каким ветром тебя к нам занесло?
Черноволосый ответил неразборчиво и тихо.
– Ох ты!.. – дельтианец качнул головой и хлопнул вновь прибывшего по плечу. – Пойдём, накатим за упокой его души…
Оба касадора скрылись в трактире. А Дан снова перевёл взгляд на бумаги на столе. Ему невыносимо хотелось действовать, а приходилось сидеть тут и продумывать планы…
Город Грисглад, набережная, трактир «Грис», 23 декабря 1935 года М.Х.
– Руана и рива тамошнего шлёпнули! – проговорил Жан. – Мы думаем, что это тот мальчишка, выкормыш Старика…
– Доказательств нет? – уточнил Ульрих Томази.
– Нет. Говорят, по его следу отправился отряд охотников за головами… – заметил Жан и, увидев, как поморщился Томази, поспешно добавил. – Ты не думай! Не просто отморозки! Их возглавлял сам Дориан Херреро!
– Лично? – удивился Ульрих. – Вроде бы рив округа не слишком горит желанием с нами сотрудничать… А тут своего помощника послал!
– Там какие-то ещё дела были, с ним связанные… В общем, я так и не понял, – признался Жан. – Ну так вот… От Херреро теперь ни слуху ни духу. Такие дела, шеф…
– Хреновые дела, Жан! – Ульрих стукнул кулаком по столу и, оценив, какой эффект произвела вспышка ярости на подчинённого, задумался.
Разговор с Жаном проходил в фамильном кабинете Томази, который последовательно видел в своих стенах всех членов этого рода. Когда-то Ульрих приходил в этот кабинет к своему деду. Затем – к отцу. Теперь он сам его занимал и надеялся, что со временем передаст его собственному сыну.
Вот только с детьми у него не сложилось… Первая жена, которую он выбрал, когда дед ещё был жив, сразу после свадьбы заболела. Что-то по женской части… А потом долгие десять лет не могла забеременеть. Дед умер, так и не дождавшись правнуков. А отец уже начинал намекать, что неплохо было бы подыскать новую жену… Но случилось чудо. Маргарита забеременела, и спустя положенный срок родился здоровый малыш. Мальчик.
Ульрих был на седьмом небе от радости. Его отец тоже. А уж Маргарита!.. Она вообще вся светилась, глядя на мужа и долгожданного сына.
Долгих четыре года Томази был счастлив. По-настоящему счастлив! Он и до того не страдал, но такого счастья не испытывал, наверное, с самого детства. Это были светлые времена, которые Ульрих хотел бы вернуть, но понимал, что уже никогда не сможет…
Однажды в Грисглад прибыл аристократ со Старого Эдема. Что ему понадобилось тут, на южном побережье, для Ульриха так и осталось загадкой. Аристократ остановился в гостинице «Вечерняя заря» и каждый день посещал трактир «Грис», где спускал просто неприлично большие деньги. Правда, при этом он задирал посетителей и завсегдатаев, которые годами ходили сюда – что, конечно, не нравилось отцу Ульриха.
В тот злополучный день, когда случилось несчастье, отец Ульриха Томази вывел внука и сноху в город. Заехали на ярмарку, прошлись по магазинам, накупили новых одёжек для малыша. Когда солнце начало клониться к закату, отец Ульриха повёз семью домой. Побоявшись входить со стороны заднего двора, где накануне из-за ветра упала на крыльцо ветка дерева, хозяин «Гриса» повёл сноху и внука через трактир.
Там он и столкнулся с тем самым аристократом, который с самого обеда пил, не просыхая, и вёл себя агрессивно. Алкоголь ударил в благородную голову, и староэдемец попытался приставать к жене Ульриха, почтенной замужней эрбе. Томази-старший сделал ему замечание. Слово за слово…
Ульрих вернулся в тот вечер с дальних плантаций, принадлежавших его семье. Вернулся тогда, когда всё было кончено… В зале трактира лежал его отец, который так и не выпустил револьвер из рук. А ещё его жена и сын, в обнимку. Маргарита пыталась сбежать, схватив ребёнка на руки, но пьяный аристократ устроил настоящую бойню. Он убил всю семью Ульриха. И ещё шестерых посетителей.
Самое неприятное заключалось в том, что аристократ был ещё жив. Спал в своём номере в гостинице «Вечерняя заря», а рив ничего не мог с этим поделать: с высшим светом Старого Эдема шутки плохи. Как тогда людям удалось удержать Ульриха от немедленной мести, он не помнил. В себя Томази пришёл через сутки, когда аристократ проспался, осознал, что натворил, сел в дилижанс и отбыл в неизвестном направлении.
Не было тогда у Ульриха верных дельтианцев, чтобы отправиться в погоню. И не было надёжных средств, чтобы задержать высокородного мерзавца. Он так и не нашёл убийцу своей семьи, хотя всеми силами пытался. Пятнадцать лет мечтал отомстить… А потом вдруг понял, что былой ненависти уже не осталось. Словно пережгло что-то внутри…
Пока Томази искал союзников, чтобы свершить месть, на него вышло движение дельтианцев – тогда ещё молодое, едва начинавшее свой путь. Именно Ульрих стал тем человеком, кто помог им встать на ноги. Именно он свёл смутные постулаты движения к цельной концепции, которая будет понятна любому забулдыге.
Ульрих больше не ненавидел того мерзавца, который отправил на тот свет его семью. Он ненавидел всю проклятую аристократию Старого Эдема, продажную власть старого света и его гнусные порядки!.. У него больше не было причин мстить только одному человеку. Он мог отомстить всем тем уродам, которые покрывали убийцу всё это время…
Ульрих шёл к своей цели долгие годы. И, понимая, что может не дожить до осуществления планов, он решил озаботиться новым наследником рода.
Новую жену Ульрих себе уже подыскал… Молодая женщина из рода промышленников с восточного побережья Марчелики. Очень благовоспитанная, красивая, умная и покладистая. Она стала вдовой, прожив всего полгода в браке. Семья не могла найти ей нового мужа, поскольку имущества за ней никакого не водилось, кроме богатых родственников – но те в не в счёт. Умирать промышленники почему-то не спешили, да и другие наследники у них имелись.