— Что они здесь делают? — прошипела Джеки вполголоса, будто девушки могли услышать нас прямо из бассейна.

— В смысле «что они здесь делают»? Ты же только что слышала историю о том, как они здесь оказались. Я их не приглашала! Ты вообще понимаешь, что я хотела выйти замуж на этой неделе именно для того, чтобы покончить с этим, пока моя сестра ничего не пронюхала?

— Что за сообщение ты отправила сестре? Почему она говорит о пересмешнике?

— Вчера перед сном я отправила сестре сообщение. Написала ей, что нашла своего пересмешника. Это наша с ней глупая маленькая фишка. Она пела мне песню про пересмешника каждую ночь после смерти родителей, чтобы помочь мне заснуть. Я говорила ей, что однажды найду своего пересмешника — это символ того, что всё в порядке. Что я наконец-то чувствую себя в безопасности и нахожусь именно там, где должна быть. Вот что означает пересмешник. Но учитывая гиперопеку моей сестры… ей, очевидно, потребовалось выяснить подробнее, что именно это значит, и — о чудо — вот она здесь.

— Моли Бога, чтобы ты мне не врала.

— Джеки, с какой стати мне тебе врать? — ответила я.

Она сжала губы, медленно оглядывая меня с ног до головы. Все шансы на дружбу, которую мы только начали строить, теперь казались упущенными.

— Не знаю. Я просто забочусь о Генри, вот и всё. Я не только пекусь о его благополучии, но и его тайны стали моими тайнами, Молли. А это значит, что я соучастница, и видит Бог, если хоть что-то из того, что ты теперь знаешь, узнает кто-то ещё…

— Не узнает! — зашипела я в ответ. — Ты правда думаешь, я хочу, чтобы моя сестра и мои подруги знали, что человек, за которого я собираюсь выйти замуж, блядь, убийца?

Плечи Джеки мгновенно расслабились, и она снова поджала губы.

— Можешь быть уверена, я их не приглашала. Мы покончим со свадьбой, и тогда все уедут. Вряд ли здесь есть какие-то улики, которые они могли бы найти, верно? Сюда постоянно приезжают бизнес-делегации, да и сноркелингом я с ними заниматься не собираюсь.

— Ты права. Извини, просто для меня это огромный шок, вот и всё. А для Генри это станет ещё большим шоком, когда он узнает. Вот почему я предоставлю тебе возможность рассказать ему всё самой.

— Я позвоню ему сегодня вечером.

— Ладно, тогда, думаю, нам лучше расселить этих девушек по комнатам, ведь нам ещё нужно планировать свадьбу.

Молли

Мне ещё только предстояло подняться на третий этаж особняка Генри. Едва сделав шаг из лифта, я почувствовала себя так, словно оказалась в невероятно шикарном отеле. Потолочные светильники освещали длинный золотой ковёр посреди коридора, создавая атмосферу одновременно роскоши и страсти. Множество дверей по обе стороны коридора было того же золотого цвета, что и ковер, напоминая здание Генри в городе.

Я начала считать двери вдоль коридора, пока Джеки вручала Рейвен и Лотте ключи. Они побежали вперёд по коридору, открыв две двери в самом конце друг напротив друга. Мой взгляд упал на большую вазу, наполненную красными розами, в конце холла. Это была, пожалуй, самая большая ваза, какую я только видела. Там было наверняка больше сотни ярко-красных роз, идеально сложенных в форме большого круглого шара.

— Это для тебя? — прошептала Элиза через моё плечо.

— У Генри слабость к розам с тех пор, как он познакомился с Молли. Ещё до её приезда он позаботился о том, чтобы они были на каждом этаже, — сказала Джеки.

— Вау, ну, думаю, это и называется любовью, — с явным сарказмом произнесла Элиза.

— Вы во второй комнате, — сказала Джеки, передавая Элизе ключ и указывая на дверь справа от нас.

— О, а почему я так далеко от остальных девочек?

— Вы недалеко от меня. Я совсем рядом, в третьей, — ответила Джеки.

— Прости, если чувствуешь себя отделённой. Просто сегодня утром после отпуска вернулись кое-кто из наших работников, так что все остальные комнаты заняты.

— Значит, здесь есть и другие люди? — спросила Элиза.

Джеки кивнула.

— Да, у нас есть уборщица и новый повар, который как раз приступит к работе сегодня днем, так что приятно, что ему есть для кого готовить. Иногда другие коллеги Генри по его IT-бизнесу тоже останавливаются у нас.

Я не знала, что сегодня утром прилетел новый персонал.

— Сделайте одолжение, проверьте свою комнату. Дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится, чтобы ваше пребывание было более комфортным.

Элиза медленно вставила ключ в дверь, пока Джеки придерживала её открытой, жестом приглашая меня войти. Я прошла по небольшому коридору в залитую солнцем комнату, где Элиза замерла на месте. Я не могла сдержать улыбку. Я не видела её лица, но эта комната просто не могла не произвести на неё впечатления. Огромное окно занимало всю дальнюю стену комнаты, купая помещение в тёплом островном солнце и открывая вид на пышную зелёную гору в центре острова. Справа стояла большая кровать с белоснежным постельным бельём и золотым изголовьем. В ванной комнате, располагавшейся за кроватью, в углу находился большой душ с двумя лейками, а овальная ванна из чёрного мрамора примыкала к окну и сочеталась с плиткой. Мы с Джеки наблюдали, как губы Элизы приоткрылись, когда она перевела взгляд на ванну.

Я не могла представить, чтобы моя сестра любила принимать ванну, но это было именно то, что ей следовало бы сделать. Немного расслабления пошло бы ей на пользу.

— Не волнуйтесь, — сказала Джеки. — Стекло сделано так, что вы видите всё снаружи, но вас никто не видит. У вас полная приватность.

За кроватью находились две ступеньки, ведущие вниз в гостиную с небольшим встроенным диваном — такого же, на котором мы с Генри сегодня утром устраивали пикник с завтраком.

Можно было бы ожидать увидеть на стене большой телевизор, но она была абсолютно пустой.

— На кровати есть свежие полотенца, и ещё несколько лежат в шкафчике в ванной. Мы не держим в номере никаких кухонных принадлежностей, потому что, если вам что-нибудь понадобится, вы можете просто набрать единицу на домофоне на стене, — сказала Джеки, указывая на небольшую панель. — Я оставлю вас, девчонки, потому что мне нужно подготовить шеф-повара к вечеру. Надеюсь, вы все насладитесь свободным днем, и мы сможем встретиться внизу за ужином примерно в семь вечера. Тогда же сможем подробнее обсудить детали свадьбы.

— Спасибо, Джеки, — сказала я, когда она на этот раз подарила мне куда более дружелюбную улыбку и вышла из комнаты.

— Это место — какой-то островной культ или что-то в этом роде? — спросила Элиза; это были первые слова, слетевшие с её губ, как только мы остались вдвоём.

Я закатила глаза, удержав себя от того, чтобы не выйти прямо за дверь, почувствовав знакомую осуждающую злость со стороны сестры.

— Тебе это так кажется? Вот так ты собираешься оценивать гостеприимство, оказанное тебе после вашего внезапного появления? Не хочу тебя расстраивать, Элиза, но никто не держит тебя в этом прекрасном люксе. Ты можешь приходить и уходить, когда захочешь. Тебе вообще не нужно было сюда приезжать. На самом деле, мне бы очень хотелось узнать настоящую причину твоего приезда, потому что история Лотты не сходится. Что ты вообще делала в моей квартире и почему согласилась приехать сюда? Не думаю, что ты когда-либо брала такой долгий отпуск на работе. Ты даже не устроила себе медовый месяц, потому что не хотела пропустить ни одного дела. Так почему ты здесь?

— Я тоже очень рада тебя видеть, Молли, — сказала она.

Я фыркнула. Внезапного появления их здесь было вполне достаточно. Сейчас у меня не было сил играть в игры моей сестры. Я рванула прямо к двери, повернув ручку, прежде чем Элиза схватила меня за плечо и потянула назад. Она развернула меня, крепко сжав обе мои руки. Ноги Элизы были длиннее моих. Она смотрела на меня сверху вниз, как делала всегда. Я вырвалась из её хватки.