Но и инсектоиду досталось не меньше - я крепко вцепился в рукоять меча, поэтому лезвие на выходе из его тела расширило и углубило рану. Он пошатнулся и упал вперёд, успев упереться когтистой лапой о землю. Отхаркивая кровавые сгустки, он стремительно приходил в себя.
Я со стоном сжал лапой разорванный бок. Остаточное действие недавно выпитого обезболивающего всё ещё продолжало действовать, но сильная кровопотеря грозила убить меня в считанные секунды. Поэтому я, не теряя зря времени, лихорадочно расстегнул ремни сумки плохо слушающимися пальцами и вытряхнул все бутыльки на землю. Схватив красный флакон, сорвал зубами пробку и опрокинул жидкость в рот. Тут же схватил ещё один и вылил его на рану. Волна облегчения прокатилась по телу и я почувствовал, как восстанавливаются Единицы Жизни.
Я поднял голову и быстро огляделся: Хэдвиг, Беара и Вирхем теснили многорукого, плюющегося огнём лимрака к лужам жидкого пламени, не давая ему пространства для манёвра. Всё тело крабообразного монстра было истыкано ледяными сосульками, одна нога отрублена, левая клешня горела, но он продолжал свирепо атаковать стремительно слабеющих соперников, чьи движения с каждым мгновением становились всё более вялыми.
Мне потребовалось всего несколько секунд, чтобы понять, в чём дело.
Яд! Ядовитые испарения проникли из вентиляции и отравили их организм!
Инсектоид и лимрак уже тоже вдохнули смертельный дым, но благодаря своей выносливости они ещё долго не почувствуют его негативное влияние. Нужно было что-то делать, и делать как можно быстрее!
Слева раздался хрипящий, натужный кашель. Повернув морду, я увидел стоящего на четвереньках Гоблю, на губах которого пузырилась белая пена. Закинув Халдорн в ножны, я схватил колбы с противоядием и бросился к нему. Впереди меня внезапно пролетело сегментированное щупальце и я едва успел его перепрыгнуть. Быстро обернувшись, увидел ковыляющего в мою сторону окровавленного инсектоида и не нашел ничего лучше, как подхватить горящий деревянный обломок и швырнуть им в монстра. Камбис взмахнул когтями и отбил пущенный снаряд, но сноп искр брызнул ему в лицо и он, зарычав, вцепился в лицо и затряс головой.
Я затормозил рядом с тяжело сопящим гоблином, запрокинул ему голову и насильно влил в глотку противоядие, заставив проглотить спасительную жидкость. Судорога тут же скрутила маленькое тельце, и мне пришлось крепко держать его, чтобы он не разбил череп о землю. Через несколько секунд антидот победил распространяющийся по крови яд и Тыждак обмяк, его дыхание выровнялось и квадрозубый карлик открыл глаза.
- О, мыфка… - Гобля улыбнулся. - Я знать, что ты дружбайка не бросить…
Бешеный рёв инсектоида пронёсся по складу, и я быстро всунул в руки гоблину оставшиеся колбы с противоядием, показал на них, потом ткнул пальцем в сражающихся с лимраком и зарычал. Времени проверять, всё ли правильно понял гоблин, не было - вскочив на ноги, рванул из ножен Халдорн и кинулся навстречу Желтому Глазу. Стремительно огибаю горящую лужу, пригибаюсь и пропускаю над собой щупальце, и тут же резко наношу удар мечом и отрубаю его. Левой рукой выхватываю кинжал и метаю его в лицо паразита - тот инстинктивно взмахивает когтистой лапой и отбивает клинок, открываясь для удара. Сразу перехватываю Халдорн обратным хватом и прыгаю на Камбиса, целясь в основание шеи. Но инсектоид внезапно выбрасывает вперёд обрубок правой руки и она вдруг резко удлиняется, словно туго натянутая пружина. Мощный удар в грудь отбрасывает меня назад, я лечу в коридор между контейнерами и меня впечатывает в стенку, отфутболивает на пол и, кувыркая, тащит по земле ещё несколько метров.
Клинок выпал из руки и зазвенел по камням. Я захрипел и попытался вдохнуть в лёгкие хоть немного воздуха - с большим трудом, но мне всё же удалось это сделать. Держась за грудь, я поднял голову и увидел, как инсектоид с трудом пробирается по узкому для своего массивного тела проходу. Вот он в ярости наваливается на стенку надломленных ящиков, о которые я так неудачно приложился, в бешенстве бьёт по ним и я замечаю, как вдруг покачнулась стоящая на них груда контейнеров.
В моей голове тут же звенит бешеный крик: “Обратная трансформация! Живо!”
Я до хруста стиснул зубы, перед глазами всё поплыло. Река бессвязных мыслей и образов прорвала плотину, воздвигнутую моим разумом для защиты, и нескончаемым потоком хлынула в мозг. Что это?! Что со мной происходит?!!
“Верни моё тело! Я не враг тебе, страген!”
Моя личность стала расползаться, и я в отчаянии пытался удержать её. Я не хочу! Не хочу забвения! Не хочу вновь становиться рабом!!!
“Лядь! На твой скулёж нет времени! ПОДЧИНИСЬ МНЕ!!!”
Последнее сопротивление сломлено, я распахиваю глаза, перебарываю накатывающее головокружение и сразу же хватаю валяющийся меч, с рычанием поднимаюсь на ноги и делаю несколько шагов назад, при этом посылая в застрявшего инсектоида яростную мысль:
“Ну что, лядский выродок, отожрал себе жирную жопу, да?! Тебе меня здесь не достать!!!”
Из глотки Камбиса вырывается полный ненависти и злобы вопль, он выбрасывает вперёд когтистую лапу и она стремительно вытягивается, словно сегментированная гармошка.
Именно этого я и ждал!
Резко прыгаю вверх, переворачиваюсь в воздухе и падаю прямо на руку инсектоида, изо всех сил вгоняя в неё лезвие Халдорна и пригвождая конечность к полу. Не обращаю внимания на крик твари и тут же выпрямляюсь.
ВОЗВРАТ К ИЗНАЧАЛЬНОЙ ПОДРАСЕ!!!
Тело практически мгновенно начало трансформироваться обратно в человека и я завопил от боли, когда кости с хрустом стали перестраиваться, череп ужиматься, а вытянутая морда стремительно врастать внутрь, превращаясь в обычное лицо.
Но самое главное - у меня вырос язык!
- ВАЛКЛАЗАР!!! - взревел я что есть мочи, направляя удар кулака в повреждённую стену контейнеров.
С руки срывается поток пустарной энергии, который крушит ящики в щепки. Высокая конструкция тут же валится под собственным весом и целая секция тяжелых контейнеров падает прямо на пытающегося вырваться инсектоида. Раздаётся противный хруст костей и проломленного хитина, после чего наступает тишина, нарушаемая лишь судорожными подёргиваниями пришпиленной к полу лапы.
Тяжело дыша, я развернулся и подошел к Халдорну, устало взялся за его рукоять и, уперевшись ногами в землю, потянул на себя. Мышцы вздулись от напряжения, из груди вырвалось рычание, но, в конце-концов, лезвие меча выскользнуло из каменного пола. Запрокинув голову к потоку, я по звериному облизнул губы и закрыл глаза.
Под ногами вдруг что-то зашевелилось и я опустил взгляд - сегментированная лапа постепенно складывалась и медленно ползла к заваленному проходу, со стороны которого доносился булькающий хрип и звук ломаемого дерева. Склонив голову, я рыкнул и пошел следом за конечностью, забрался на груду обломков и, наклонившись, с трудом сдвинул в сторону большую сломанную доску. Выпрямившись, я скривился от отвращения, наблюдая за тем, как желтоглазый паразит пытается выбраться из головы погибающего носителя.
Заметив меня, инсектоид усмехнулся окровавленными губами.
- Думаешь… это всё? Ты п… п-победил? Как бы не так! - он оскалился. - Хозяин вернёт меня к жизни, и тогда я найду тебя, и с превеликим удовольствием вгрызусь в твой череп, а потом заставлю убить всех, кто тебе дорог! Ты меня понял, Лимрак?!
Я молча вскинул Халдорн и резко опустил его, вгоняя лезвие прямо в торчащий в середине лба Жёлтый Глаз. Взявшись за гарду, провернул меч в ране, чтобы уж наверняка. И когда сила убитого наполнила моё тело, вытащил клинок и спустился с завала, направившись к пылающему залу.
Хэдвиг, Беара, Гобля и Вирхем сидели на свободном от жидкого огня участке пола, устало привалившись друг к другу, а неподалёку валялось тело поверженного лимрака, которое медленно пожирало вечно голодное пламя. Сильно припадая на кое-как перемотанную окровавленной рубахой ногу, молодой маг проверял состояние остальных: Хэдвиг лишился левой кисти и сейчас с побледневшим лицом прижимал к груди обуглившуюся культяпку; Гобля лежал ничком, обхватив себя за рёбра и тихонько поскуливая, а у Беары левый глаз скрывала повязка, из под которой по щеке к подбородку текла тонкая алая струйка.