Как можно быть таким совершенным внешне и таким… неживым внутри?

– Чего ты хочешь, человечка? – опасно сощурился Ксандр.

Всё. Это всё. Всё кончено у нас с Ксандром. А если совсем честно – ничего у нас никогда и не начиналось.

– Хочу, чтобы ты меня поцеловал, – вдруг сказала я.

И это было честно.

Ксандр набросился на мои губы без уточнений.

Жадно.

Глубоко.

Порочно.

Я тут же оказалось сидящей на столе.

Я целовала его в ответ отчаянно… даже не совсем его. Я прощалась этим поцелуем отдаваясь во власть его губ и языка – со своей несвершившейся жизнью: с наивными мечтами, которым не суждено сбыться, с глупышкой-человечкой Аланой. Которая влюбилась в совершенного атлантианца, увидев в коридоре ведомства мельком однажды…

– Космос, – прорычал Ксандр с незнакомым мучительным надрывом, отстраняясь от моих губ.

Пока мы целовались, прозвучало три сигнала от рабочего коммуникатора Ксандра, вдруг поняла я. Прежде мой муж среагировал бы и на один.

– Алана, меня срочно ждут в офисе. Но…

– Я в порядке, Ксандр… Это невроз. Ты прав… человеческая психика слаба. Меня… штормит, вроде того.

– Не страшно. Я тебя прощаю, – Ксандр отшагнул от меня, и от его страсти и следа не осталось. Тон мужа был ровный и безупречный.

Он меня “прощает”?! Подумать только!

Но возмущение не отразилось на моём лице. Смысл показывать свои истинные чувства? Ведь я уже решилась.

План созрел вспышкой. На удивление ровный, гладкий и даже где-то по-атлантиански упорядоченный. Может, за этот год я чему-то всё же научилась у Ксандра.

– Я бы прошлась по магазинам, – виновато улыбнулась я, – платье из новой коллекции “Мио-Мио” – лучшее средство от хандры.

– Правильно, – Ксандр уже двигался к выходу из дома, – мобиль и охрана будут в твоём распоряжении. Я позабочусь о твоём маршрутном листе. Возьми алмазную карту и покупай что хочешь. Она твоя. В восемь встретимся в ресторане “Безупречный – Скай”. Подпишем обновлённый договор. И закроем все вопросы, что ещё остались…

– Нечего закрывать…

– Что?

– Поговорим при следующей встрече, Ксандр.

Мы больше никогда не поговорим, Ксандр.

– До вечера, моя человечка.

…Космос, как же сильно я его любила!

Как же больно – что-то колкое переворачивается у меня в груди. Словно там кто-то раскалённым прутом вращает.

Пока Ксандр покидает дом, таращу глаза, не давая ни единой слезе скатиться на пылающие щёки.

Как же сильно. Я. Его. Любила.

Но теперь мне предстоит с этим покончить.

Алана

Ксандар покинул дом.

А я не торопилась со сборами.

Уже было ясно, что муж не отпустит меня так просто. Будет уговаривать, давить, возможно... угрожать? Ему удобно, чтобы я осталась его “фиктивной женой”. А Ксандар из тех, кто вгрызается в выгоду. Я не готова погрузиться в этот стресс... не теперь, когда во мне созревают дети... ой, то есть, ребёнок.

В общем — побег от атлантианца — дело, к которому нужно подойти с умом.

Поспешность рождает ошибки, а ошибки оставляют следы.

Ксандар, конечно, не следил за мной в реальном времени через камеры наблюдения, разбросанные по всему дому (это было бы ниже ее атлантианского достоинства). Но ИИ, управляющий системой безопасности особняка, был настроен на распознавание аномалий в поведении.

Слишком быстрые перемещения. Несвойственная активность. Изменение привычных паттернов. Всё это могло стать триггером для автоматического оповещения мужа.

Мне этого было не нужно.

Поэтому я повторила свой стандартный ритуал подготовки к выходу в свет. Уложила волосы, чуть подкрасила глаза. Медленно поднялась в гардеробную — просторную комнату, где одежда висела в идеальном порядке, отсортированная не только по цвету и сезону, но и по уровню “репутационной приемлемости”, как однажды объяснил мне стилист-голограмма.

Мои пальцы скользнули по рядам платьев из нано-шёлка, блузок из тканей, меняющих оттенок при свете. Всё это было красиво, безумно дорого и абсолютно чуждо мне. Как сценические костюмы в чужой пьесе, где я отыграла свою роль.

“Прощайте”, — мысленно шептала я каждой вещице.

Я взяла с полки неброскую сумку тёмно-бордового цвета — одну из тех, что стилист считал “допустимой для повседневного использования”.

Ненадолго скользнула в слепую зону камер, и внутрь опустила все важные документы: гражданскую чип-карту, дипломы об образовании, полученные ещё до встречи с Ксандром, и свежее подтверждение о зачислении на завершающий курс по межрасовой психологии.

Ну и разное-необходимое: смену белья, компактный планшет с закачанными учебными материалами и ещё по мелочи.

Перед самым выходом зашла в столовую. Холодный стол из чёрного кристалла пустынно блестел, отражая падающий из окна дневной свет.

Я положила ладонь на поверхность планшета, который Ксандр протянул мне утром. Голографический экран вспыхнул, показав безупречно составленный проект контракта на десять лет. Мои губы дрогнули. Я отключила устройство, а под него, на полированную столешницу, положила тонкий лист плотной бумаги. На нём стояла моя подпись. Это была форма одностороннего заявления на расторжение брака.

Его электронная копия автоматически отправится в регистрационное бюро Союза завтра утром. Ксандру останется только поставить свою подпись. Или не поставить... В любом случае через три месяца документ вступит в силу автоматически.

Цокая каблуками по мраморному полу холла, я вышла за парадную дверь. Автоматика бесшумно закрыла её за мной. Щелчок замка прозвучал как точка в главе моей жизни.

У дома ждал мобиль.

Длинный, низкий, с идеальными обводами из матово-чёрного сплава, парящий на гравитационной подушке в сантиметре от земли. Он был таким же безупречным и бездушным, как и всё, что окружало Ксандра.

Бронированные стёкла с тонировкой, псинноченский инертный корпус, способный гасить ментальные атаки — всё это якобы для моей безопасности... Но на самом деле — ради поддержания статуса Ксандра. Передвижная крепость и клетка одновременно.

Как только я села на кожаное сиденье, в салоне ожил голографический интерфейс.

Одновременно снаружи, из скрытого гаража, выплыл второй мобиль — более угловатый, с матовой серой отделкой. В нём сидели двое охранников-драконоидов. Они никогда не разговаривали со мной, лишь сопровождали.

...сбежать будет не просто.

Но у меня был план.

“Курс проложен, виана, — прозвучал нейтральный, приятный голос бортового ИИ мобиля. — Согласно маршрутному листу, утверждённому вианом Ксандром: бутик «Мио-Мио», галерея «Сфера», ателье «Синтон»”

— Внеси дополнительные точки, — сказала я, стараясь говорить уверенно. — Хочу заглянуть также в «Кристальные сады», «Лабиринт Моды» и торговый хаб на Одиннадцатом уровне.

Короткая пауза. ИИ обрабатывал запрос, сверяя его с моими обычными паттернами и уровнем допуска.

— Маршрут обновлён. Внесены точки. Оптимизация пути завершена.

Я чуть выдохнула, прислонившись к прохладному стеклу. Система приняла изменения. «Кристальные сады» и «Лабиринт Моды» были дорогими центрами, куда я изредка заезжала за безделушками. Одиннадцатый уровень — чуть более демократичный, но всё ещё респектабельный.

Ничего подозрительного... всё по плану! Но всё равно ужасно тревожно.

У меня было сюрреалистическое чувство, будто я заключённая и планирую побег из тюрьмы. Отчасти так оно и было...

Мобиль плавно тронулся, бесшумно скользя среди потока таких же безупречных машин. Мимо проплывали сияющие небоскрёбы Новой Атланти, парящие транспортные артерии, голографические рекламные баннеры.

Неожиданно голос ИИ снова заполнил салон:

“Виана Алана, ваши биометрические датчики указывают на уклонение от референсных значений: учащённый пульс, напряжение в мышечных группах плечевого пояса. Произошло ли что-то, требующее вмешательства? Я собираюсь оповестить о вашем состоянии виана Ксандра”.