Возможно, в дальнейшем, когда нынешние архивы спецслужб станут более доступными для широкого круга исследователей, нам удастся узнать больше о борьбе эмигрантов против советской власти в 1920-е — 1930-е гг.

Шанхайский русский полк (1927–1947)

Полк был сформирован в соответствии с приказом от 17 января 1927 г. в составе Волонтерского корпуса, существовавшего с 1854 г. и охранявшего европейское население Шанхая. Корпус подчинялся Муниципальному совету международного сеттльмента[107]. Целью его создания являлась охрана объектов (мостов, электростанций, улиц и т. п.) иностранных концессий в период борьбы китайцев против иностранного влияния и войны между Южным и Северным Китаем.

Основу отряда составили чины Дальневосточной казачьей группы в количестве 40 человек. К 5 февраля численность отряда превысила 150 бойцов, образовавших две роты. К апрелю численность отряда достигла 300 человек. Военнослужащие отряда имели чины английской службы.

В октябре 1928 г. Русский отряд переименовали в Отдельный Русский отряд Шанхайского Волонтерского корпуса 1 марта, согласно приказу по корпусу, Русский отряд был развернут в Шанхайский Русский полк, состоящий из четырех рот. 16 января 1941 г. полк был преобразован в Отдельный Русский отряд (именовался также Русским вспомогательным отрядом) Шанхайской муниципальной полиции. При этом 3-я волонтерская рота осталась в подчинении Волонтерского корпуса. С 17 декабря 1943 г. подразделение получило новое наименование — 4-й отряд Общеполицейского корпуса; под этим названием оно просуществовало до конца 1947 г. и было ликвидировано лишь с захватом власти китайскими коммунистами[108].

Первым командиром русского отряда (в период с 16 января по 19 апреля 1927 г.) стал капитан 1-го ранга Николай Юрьевич (Георгиевич) Фомин. Эта фамилия уже встречалась читателю ранее на страницах, посвященных Белому движению на Восточном фронте. Фомин окончил Морской корпус в 1909 г. Служил на Балтийском море, занимая должности старшего флаг-офицера 1-й Минной дивизии (назначен исполняющим обязанности 5 ноября 1911 г.), флагманского штурмана штаба командующего Отрядом заградителей Балтийского моря (назначен 11 мая 1913 г.), исполнял должность старшего флаг-офицера штаба начальника Минной дивизии Балтийского моря (1915–1916). 8 марта 1916 г. Николай Юрьевич Фомин был награжден Георгиевским оружием «за отличие в делах против неприятеля». В августе 1916 г. Фомина перевели на Черноморский флот на должность флаг-капитана по оперативной части штаба командующего Флотом Черного моря. События 1917 г. застали его на посту начальника 1-го Оперативного отделения МГШ. Незадолго до Октябрьского переворота 1917 г. он уволился в отпуск по болезни на два месяца, в феврале 1918 г. вышел в отставку и, скорее всего, уехал к себе на родину — в Нижний Новгород.

Не желая признавать захвативших власть большевиков, Фомин принял активное участие в Белом движении. Он поступил на службу в Речной боевой флот Народной армии КОМУЧа, воевавший летом — осенью 1918 г. на Волге. Один из создателей флотилии, Г.А. Майер, вспоминал: «Как-то раз с „Вульфа“ [один из вооруженных пароходов — Н.К], стоящего у берега на отдыхе, заметили приближающегося человека в рваном крестьянском одеянии. Оборванец оказался старлейтом Ф[оминым]. По прибытии в Самару он „нанялся“ начальником штаба Волжской боевой флотилии. Это было большим приобретением, так как старлейт Ф[омин] был энергичного характера и с большим опытом в оперативной работе».

Следующие четыре года Фомин провел на фронтах. На 15 августа 1918 г. он числится исполняющим обязанности начальника оперативной части (начальником штаба) речной обороны, с ноября 1918 г. — начальником управления по оперативной части Морского министерства, в марте — июне 1919 г. — начальником штаба Речной боевой (Камской) флотилии. При Колчаке его последовательно произвели в очередные чины — капитана 2-го и 1-го ранга. В конце 1919 г. Фомин находился в отпуске в Японии. В начале 1920 г. он командовал ледоколами на Байкале во время отступления белых, затем эмигрировал в Харбин. В этот период он сотрудничал с атаманом Забайкальского казачьего войска Г.М. Семеновым, принимая участие в составлении некоего «плана борьбы с 3-мм Интернационалом», поддержку в реализации которого обещали англичане. Авторами плана были генерал-лейтенант М.И. Афанасьев и старший лейтенант барон Лев Львович Жерар-де-Сукантон. Но союзники в очередной раз своих обещаний не выполнили, и Фомин предпочел вернуться на флот.

В мае 1921 г. Фомин участвовал в подготовке восстания во Владивостоке, а затем стал начальником штаба Сибирской флотилии. Вместе с Сибирской флотилией Фомин ушел на Филиппины, потом эмигрировал в Шанхай. Помимо службы в русском полку. Фомин принимал участие в создании русской школы, церкви, больницы, театра. Эвакуировался он из Шанхая перед наступлением войск китайских коммунистов (1949). После эвакуации он сначала находился в лагере на острове Тубабао (Филиппины), а в 1950 г. эмигрировал в Австралию, где участвовал в создании Общерусского антикоммунистического центра.

Скончался Фомин в 1964 г. в городе Стратфильде на 76-м году жизни. Отпевавший его архимандрит Вениамин закончил свое надгробное напутствие словами: «Ты, Николай Юрьевич, царский воин, ты скорее встретишь там нашего православного убиенного царя… Поведай ему о том, как мы здесь молимся и просим Его заступничества перед Господом Богом, чтобы Он простил нас и вернул нам нашу Родину».

Одной из первых серьезных операций русского отряда была оборона его 1-й ротой Суджоуского канала от китайцев-«южан» в конце марта 1927 г. 7 марта того же года отряд получил приказ выставить караул для оцепления советского консульства. В его обязанность входила помощь муниципальной полиции при проведении обысков, а в период с 23 часов вечера и до 4 часов утра — и арестов всех выходящих из здания. Впрочем, с 9 апреля эти задачи стали выполнять американцы, а русскому подразделению поручили охрану электростанций.

Помимо Фомина в разное время в отряде служили и другие русские моряки. В марте 1927 г. адъютантом отряда состоял капитан А.А. Билюкович, а обер-офицерами для поручений — мичманы Козлов и Филиппов. До 28 декабря 1928 г. помощником начальника отряда являлся старший лейтенант Л.Л. Жерар-де-Сукантон.

Как отмечало руководство сеттльмента и командование отрядом, его русские военнослужащие отличались дисциплиной и четким несением службы на протяжении всего периода существования подразделения.

Русские служили не только в Шанхайском полку, но и в муниципальной полиции города Так, 30 июля 1940 г. при исполнении служебных обязанностей во время службы в полиции погиб бывший гардемарин Отдельных гардемаринских классов, произведенный в подпоручики в период Гражданской войны, Емельян Егорович Иванов.

На службе Абиссинии (1928–1936)

Российская диаспора, в которую входили и моряки, сложилась также в Абиссинии (прежнее название Эфиопии). Из морских офицеров здесь оказались старший лейтенант В.В. Дитерихс, инженер-механик старший лейтенант Э.Э. Петерсон (служил на крейсере «Аскольд», в Абиссинии находился с 1918 г., скончался там же до июля 1928 г.), возможно, капитан 2-го ранга Н.Л. Сенявин (в работе современного исследователя А.В. Хренкова «Российская диаспора в Эфиопии» упоминается в числе русских эмигрантов «адмирал Д.Л. Сенявин», но, скорее всего, речь идет о капитане 2-го ранга Николае Львовиче Сенявине).

Два русских офицера сыграли решающую роль в возведении на престол императора Хайле Селассие I, правившего страной с 1930 по 1974 г. После смерти в 1913 г. императора Менелика II в стране начался период двоевластия. После свержения первоначально воцарившегося Лиджа Иясу императрицей была провозглашена дочь Менелика II Заудиту, а регентом при ней — Тафари Маконнен, которого поддерживали сторонники укрепления центральной власти и создания благоприятных условий для экономического и политического развития страны На стороне Заудиту выступили крупные феодалы и представители духовенства; в 1926 г. Тафари Макконен полностью взял под свой контроль армию. В составе его личной гвардии в качестве военных советников служило и двое русских — упоминавшийся ранее В.В. Дитерихс и полковник А.Н. Фермор.