Не стал спорить, согласился:

— Да, чутка офигели, милая, особенно кое-кто. Ну-ка, комп вырубай, игроман, развел меня на лишний час игры. И телефон давай, завтра пораньше встанем, доделать всё надо…

Кузьмич хотел возразить, но, встретив взгляд Жеки, только вздохнул и выключил комп.

Едва легли — в дверь заскреблась Марыся, да с таким усердием, словно Жека с Настей тут её вкусняшки под одеялом втихаря употребляли. Пришлось впустить, кошка обошла всю комнату, понюхала и вновь принялась скрести дверь, просясь уже обратно. Жека выпустил её, напутствуя:

— Давай, там и корм, и вода, и Кузьмича можно за жопу укусить…

Следующее утро началось спокойней — Кузьмич уже притерся к порядку в квартире, да и чувствовал себя гораздо лучше, так что они с Жекой с утра включились в работу. Продолжая по очереди доигрывать вчерашнюю партию, с неутешительным для Жеки счётом. К обеду весь табак был подготовлен, плотно поели, сходили покурить и Жека стал посвящать напарника в таинства ферментации:

— Короче, сейчас сделаем два сорта табака, за счет соусирования. Это мед и алкоголь в основе, два больших пакета мне, два Ильясу и тебе пару маленьких сделаю, за помощь. Герметично закрываем и к батарее, пусть в тепле лежит, переворачивать изредка. Раз-два в день, недели через две можно пробовать, но в идеале лучше дольше. Увидишь, магазинная дрянь и рядом не валялась…

В процессе раздался звонок от Галяма:

— Здорова боец, как малой наш? Отлично, ты сам как, закрываешь больничный завтра? Зер гут, во вторник выходим в смену на двенадцать часов, в отделе совсем завал, ещё демобилизованные едут по домам, со всеми вытекающими. Кузьмич чего, как настроение, сможет выйти?

Кузьмич, сидевший рядом и прислушивающийся к разговору — с такой силой закивал, что того и гляди, голова отвалится.

— Очень хорошо, — обрадовался старшина, выслушавший ответ Жеки, — втроем значит из основного состава будем, четвертым или придадут кого в усиление, или сами справимся. Ты завтра как больничный закроешь, скатайся с щеглом к нему, объясни мамке, что был в командировке. Корочки покажешь, а то волнуется небось, этот охламон не звонил ей небось.

— Звонил-звонил! — Не выдержал Кузьмич: — Она думает, что я в Челябинске, ругается. Не надо со мной ездить, не маленький!

К двум часам все вместе пошли к Мемориалу Славы с Вечным огнём, простились с погибшими в Челябинске полицейскими. Когда раздался троекратный прощальный залп — у Мишани с Кузьмичом загорелись глаза, Настя с беспокойством вцепилась в руку Жеки, а Света закрыла глаза…

К вечеру закончили с табаком, Жека распределил пакеты у батареи и стал собираться на службу — завтра в поликлинику с Настей, то да сё, время быстро пролетит. Кузьмича больше озадачить было нечем и Жека махнул рукой — пусть играет. Всё не торчит, да и впрямь у него талант или опыт в играх — пусть развивает. Получилось же у него агентом под прикрытием отработать, значит есть масло в голове.

Под вечер зазвонил телефон у Насти, та подхватилась, засмущалась и убежала разговаривать на кухню, оставив Жеку в недоумении. Впрочем, недолго, вернулась и объяснила:

— Жень, мама звонила. Она хочет в город приехать, надо купить кой-чего на зиму. И бычка зарезали, у нас скупщики мало предлагают, так она через меня реализовать попросила. Разберут влёт! Она ненадолго, максимум одну ночь переночует, можно?

— Нужно! — Коротко ответил Жека: — Сколько там она себе привезёт? Позвони, пусть едет, только не надо сюда картошки и овощей везти, объясни, что всё есть. И с мясом пусть не кожилится, кило десять и хватит. Сами всё заберём, денег дадим сколько надо, за остальным приедем на машине.

Настя, обрадовавшись — опять убежала на кухню, а Кузьмич, слышавший весь разговор — обеспокоился:

— Не, Жека, я всё, выздоровел. Спасибо за всё, завтра домой лучше, раз у тебя тёща приезжает. А во вторник пистолет получу, форму…

— Кобура твоя ещё у Ильяса, — обрадовал его Жека, — позвоню Галяму, чтоб забрал. Точно не сорвешься? Не тянет к штыньке или чо вы там жрали, как не в себя?

Кузьмич вместо слов замотал головой, а затем ещё и перекрестился…

7.

'Города — это пиздец, страшнее только деревни

Чем ты ближе к земле, тем ближе к тебе черви

Города — это пиздец, страшнее только деревни

Чем ты ближе к земле, тем ближе к тебе черви'

Кровосток

Кузьмич сорвался ни свет, ни заря. Когда проснулся Жека — он уже одетый сидел в коридоре, сонная Настя его уговаривала:

— Куда ты так рано? Хоть бы позавтракал…

— Не-не, Жека сейчас проснётся и домой, мамка пирожков напекла, из командировки ждет.

Жека, разбуженный этим разговором, натянул штаны и позёвывая вышел в коридор:

— Намылился, значит. Ну бывай тогда, до завтра.

Кузьмич приложил руку к груди и не найдя слов — просто вышел, аккуратно, чтоб не хлопать, затворив за собой дверь. Настя повернулась к Жеке:

— Чего стоишь, одевайся, сейчас в поликлинике битва с пенсионерами предстоит, а у мамы рейс в десять двадцать приходит. Надо ускориться, там уже перед открытием очередь в регистратуру занимают.

— Ага, сейчас, не проснулся ещё. Смотри, скотина опять гостей намывает, встретим твою маму. — Жека двинулся в сторону туалета, по пути философски заметив: — Свято место пусто не бывает.

За быстрым завтраком Жека покосился на календарь, весь испещренный отметками — понедельник двадцать девятого октября стоило бы отметить как день выхода с больничного. Только маркер куда-то подевался, а искать — Настя и так нервничает, боится что в очереди застрянут и мамка на вокзале куковать будет. «Вот тебе и цифровизация, весь день вчера через госуслуги пытались на прием записаться…» — мрачно размышлял Жека: «Или опять лагает что-то, или желающих столько, что самые умные ещё с пятницы записались».

Без двадцати восемь выскочили на улицу — Синицыны только вставали, хорошо им на удалёнке. Город встретил свежим морозцем, под минус пять. «Вот бы к ночи до десяти упало,» — загадал Жека, — «мясо тогда водой на балконе облить и глазировать можно. Хотя сколько там этого мяса тёща привезет, на своих двоих, в морозильнике место есть и ларь освобождается понемногу — распихаем…»

До поликлиники в гору дошагали быстро, меньше чем за десять минут. Очередь у закрытых дверей впечатляла, поэтому Жека придержал Настю, свернувшую к главному входу, за локоть:

— Стой, куда ты, мы тут до обеда минимум простоим, пошли за угол, покурим пока. Хорошо я догадался в форме пойти…

Закурил, поглядывая на часы, Настя переминалась с ноги на ногу рядом. Недоумевая, что он задумал. Наконец, когда на циферблате выскочило 8:01, Жека сказал:

— Ну, теперь пора.

Вытащил из кармана связку монтажных стяжек, недоумевающей Насте завернул руки за спину и зафиксировал. Критически осмотрел любимую, снял шапку: