Олаф расплылся в удовлетворённой улыбке, высыпая содержимое последнего кошелька в поясную сумку и отбрасывая его в сторону. Два дня жизни за вонючее отребье — неплохая сделка. Этого времени ему хватит с головой, чтобы добраться до Южной столицы и не рассыпаться в прах по дороге.

Разумеется, он больше не служил конунгу. И прекрасно понимал, что за дезертирство на Севере отрубали голову. А на Юге, куда Олаф держал путь, его могли просто сжечь на костре вместе с остальными млечниками, если обнаружат в нём скрытые способности, разумеется. Поэтому следует действовать осторожно.

/ВНИМАНИЕ!

Зафиксировано перемещение участника мирового турнира, порядковый номер 347 (Максим Емельянов / Ворон).

Текущая локация цели: акватория Южных Земель, в 10,2 километрах от Лунного Маяка.

Направление движения: юг/.

Пальцы Олафа самопроизвольно сжались в кулаки, до хруста. Воспоминание о позорном поражении будто выжигало его изнутри. Ворон должен был умереть там, на пристани Кельма, но эта скотина оказалась уж больно живучей. И пять лет жизни, обещанные Системой, ускользнули от него. Но ненадолго.

Олаф жаждал реванша. И Система, словно почувствовав его желание, вновь отреагировала.

/ВНИМАНИЕ! Ваш уровень повышен!

Текущий уровень: 7.

Увеличение бонуса за повышенный уровень: +70% от полученных часов жизни.

Доступна новая классовая способность…/

Олаф быстро пробежал глазами описание нового пассивного навыка. Способность активировалась автоматически при получении смертельного урона. Понимая суть награды, блондин широко, хищно улыбнулся.

— Теперь ты точно покойник, Ворон, — довольным голосом пробормотал он себе под нос. — Ты очень удивишься моему сюрпризу… перед тем как сдохнуть.

Олаф вышел из полутёмного переулка на широкую деревянную пристань. Дождь закончился, но капюшон он убирать не спешил.

У дальнего пирса на волнах покачивалось изящное судно. Лёгкий клипер с косыми парусами, способный идти против ветра, был намного быстрее тяжёлых и неповоротливых северных драккаров. То, что нужно.

— Где тебя носит? Мы отплываем, — грубо прохрипел капитан в палубы, махнув своим матросам, чтобы убирали мостик. — Быстрей на борт.

— Задержался на рынке, — Олаф прошёл на корабль и высыпал в мозолистую ладонь плотного мужичка ровно двадцать монет. — Как и договаривались.

Тот пересчитал их, затем нахмурился.

— Ты мне должен ещё десять серебра, — пробурчал он.

— Заплачу, когда прибудем на место, — встретился с ним взглядом Олаф, и капитан покачал головой.

— Нет, я всегда беру оплату полностью, — процедил он. — Иначе выкину тебя за борт.

Блондин кое-как сдержался, чтобы не разрубить этого дерзкого урода на куски. Нет. Нельзя ему привлекать внимание. Ни в коем случае.

— Держи, — Олаф отсыпал в ладонь капитана ещё десять монет. — Всё?

— Вот теперь всё, — довольно кивнул владелец судна. — Вино за мой счёт.

Клипер вздрогнул, паруса зашуршали под ветром, и судно, разрезая волны острым носом, со скрипом повернуло в сторону выхода из небольшого залива.

Несмотря на то, что откат был небольшим, всё же я был не железный. Организм требовал отдыха.

Оставив Жерара под бдительным присмотром Дерека и Ульфи, я спустился в трюм и нашёл свободную лавку. Едва моя спина коснулась жёсткой деревянной поверхности, я мгновенно провалился в сон.

Я оказался не в октагоне на Земле. И не на залитом кровью берегу Севера.

Вновь та же бетонная полутёмная комната из прошлого мира. Холодный гладкий пол, стены без окон. Одна из стен усыпана рядами мониторов. На центральном, самом большом, я вновь увидел самого себя — спящего на деревянной лавке в трюме «Мурены». Камера показывала ракурс сверху, и было видно, как мерно вздымается моя грудь.

Вокруг консолей с экранами находились четыре человека. Они были облачены в глухие черные комбинезоны и мантии с глубокими капюшонами.

Странные люди спорили.

— Объект 347 слишком нестабилен, — услышал я первый голос, холодный и скрежещущий. — Он агрессивно вмешивается в цепь запланированных мутаций на Архипелаге. Вступил в несанкционированный союз со Свободными. Вышел из зоны контроля.

— Я поддерживаю, — сухо произнёс второй. — Нарушение баланса критическое. К тому же не забывайте про ту суку, которая пытается ему помочь. Его нужно немедленно умертвить. Таймер следует обнулить.

— Нет. Этого делать нельзя. Ни в коем случае, — возразил третий голос. В отличие от первых двух, он звучал спокойно, властно и… пугающе знакомо. — Потенциал адаптации не раскрыт до конца. Вы забываете о главном условии эксперимента. Впереди очередной поединок Иных в Южной столице. Если он будет сорван, вы сами знаете, что будет. Спонсоры нам этого не простят.

Четвёртая фигура подошла ближе к экрану.

— Соглашусь с Евгением Иванычем. Оставьте его таймер в покое, — просипел четвёртый. — Пусть для начала доберётся до Талассира.

Я резко открыл глаза, сел на лавке, судорожно хватая ртом холодный, влажный воздух. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Что это? Они говорили обо мне. Неужели весь этот мир — большой полигон, в котором играют влиятельные люди из моего мира? Или не из моего? Может из другого измерения?

Если это не плод моего воспалённого воображения, то дело дрянь. Надо срочно вытащить Ингу. У меня к ней очень много вопросов.

Я услышал шорох платья, и увидел рядом Астрид. Она сидела на лавке рядом с моей и пристально смотрела на меня.

— Ты в безопасности, Ворон, — мягко произнесла волшебница.

Я с трудом сглотнул, пытаясь успокоить дыхание.

— Я говорил во сне?

— Да, — кивнула Астрид, присаживаясь на край моей лавки. — Ты метался, звал кого-то. Но я не разобрала.

— Дурной сон, — я потёр лицо ладонями, прогоняя остатки кошмара. — Очень странный и слишком реальный.

Я перевёл взгляд на тусклый куб Нимиуса, выглядывающий из сумки Астрид.

— Что с артефактом? — спросил я. — Когда он напитается силой? Мы не можем дрейфовать здесь неделями.

Астрид вытащила стальной куб, взяв его в руки.

— Нимиус черпает энергию извне, — задумчиво начала она. — Всё вокруг нас есть энергия. Шторм, разряды молний, тепло солнца, остаточный магический фон океана, даже эмоции людей на палубе… Артефакт впитывает всё это, словно губка. Но в естественных условиях это происходит слишком медленно. Такими темпами он восстановится через месяц.

— Должен быть другой способ, — заметил я. — Ты бы не была так спокойна, если бы его не было.

Глаза волшебницы внезапно блеснули. В её взгляде появилось нечто загадочное и откровенно хищное.

— Способ есть, — понизив голос, ответила Астрид. — Можно ускорить процесс. Через ритуал.

— Ритуал?

— Да, ритуал, который позволит напрямую получить часть энергии, — улыбнулась Астрид. — В тебе её много. Это энергия Системы. Я изучила её и была удивлена. Ты можешь поделиться ею, без ущерба для своего организма и внутреннего роста.

Астрид положила потухший Нимиус на деревянную лавку прямо у моего изголовья. Затем выпрямилась и сделала плавный, круговой жест рукой. Воздух вокруг нас мгновенно уплотнился. Возник непрозрачный серый барьер, похожий на густой туман. Внутри купола воцарилась звенящая тишина, отрезающая нас от скрипа корабля и голосов остальных.

— Что собираешься делать? — напрягся я, инстинктивно подтягивая к себе пояс с кинжалом.

— Ты, главное, успокойся. Увидишь, — коротко бросила Астрид.

Девушка посмотрела мне прямо в глаза. Не разрывая зрительного контакта, она сделала шаг вплотную к моей лавке. Её изящные пальцы потянули за шнуровку своего платья. Грубая ткань соскользнула с её плеч и упала на грязные доски трюма. Я удивлённо взглянул на её обнажённое тело. И оно было просто безупречным. В полумраке магического барьера бледная кожа волшебницы мягко светилась.