— В стороны! — Ревет голос сзади, и я благоразумно отшатываюсь к краю прохода, что сделать не так уж и просто, когда под ногами свалены десятки хитинчатых тел, истекающих гемолимфой. А по едва освещённому туннелю, прекрасно видимому мне ночным зрением, проносится техника Такера, искажающая воздух сотнями протуберанцев. Простота и сила концепта пространства поражали. Оно ломало сам воздух, оставляя лишь слабые следы. И также весело перемалывало тварей, заставляя их тела взорваться тысячами похрустываний.

— Сомкнуть строй! — Впрочем, эта падла конченная предпочитал не расходовать силы, отдавая все на откуп нам, наемникам. И в чем-то я его понимал. Это было логично. Для этого нас и нанимали. Но черт возьми, когда вчера умер Халт, когда по всей пещере раздался его душераздирающий вопль, вместе с хрустом жвал, то мое мнение к тактике наших командиров поменялось. Сильно поменялось.

Небесный бриз! — Дождавшись своей очереди, чтобы техники не взаимоуничтожились в полете, взмахнул руками и я, порождая мощную волну энергии. Не такую смертоносную, как у пространственника, но в тесных тоннелях, перенасыщенных ци, именно небесный бриз, несколько раз улучшенный, стал одной из лучших ударных техник. Особенно когда требовалось не убить одного противника, а противостоять тысячам тварей, что перли без остановки.

Покров! - Пространство и так узкое, и вовсе стало напоминать кисель, ведь стреляли не только мы. Но и по нам. Сбоку от меня взорвалась техникой орчиха Анна, выпуская протуберанец ци. И он потонул в мареве яда, которым плевались в нас муравьи. Кажется, неделю назад я не совсем понимал, ради чего нужны респираторы. Теперь я это осознал в полной мере. Ведь покровы все равно пропускали сквозь себя воздух. А значит, или с воздухом ты вдохнешь и чужой ци. Или, если твоя техника крута, то ты просто не сможешь вздохнуть. Ибо весь воздух был заражен ядом. И вот если я вполне себе терпел этот мерзотный привкус, то остальные блевали и стонали.

Вспышка удара. И по покрову проходится множественными стрелами ци. Видимо, там, в коридоре, объявился мощный гвардеец муравьев. Но мой взгляд, устремленный в кипящий воздух коридора, тут же метнулся в сторону Линессы, что поспешила убраться назад, щеголяя огромной иглой в плече. Внутри снова вспыхнуло нехорошее чувство. Смесь вины и признания своей глупости. Линессе, естественно, было здесь невероятно тяжко, несмотря на все мои попытки ее подкормить. Что говорить, если часть своей доли эссенций я отдавал ей. И ее прогресс действительно был стремителен. Вот только догнать остальных она не могла. А ресурсов было жалко уже мне, несмотря на их обилие.

— Куда, дрянь? — Путь зверолюдке преградил ублюдок Зорфен, щеголяющий своим дорогим костюмом и чувствующий себя здесь, пожалуй, весьма фривольно. Его не крутило блевотными спазмами от отравлений. Он не выдыхался в ноль… Пожалуй, еще спокойнее себя здесь ощущал только я. Но пытался всеми силами это скрывать, уже наученный горьким опытом. Так что я и валялся на земле, когда мог сидеть. И специально блевал, научившись ци воздействовать на желудок. И умолял об отдыхе, наравне с остальными.

— Отстань! — Проревел я, надавливая своей аурой. И пацан, сморщившись, переключился уже на меня, обжигая злым взглядом. Этот типичный представитель обнаглевшей золотой молодежи, упивающийся своей исключительностью и жаждой власти, бесил меня до неимоверности. И кажется, немного бесил даже троицу адептов школы, но поменять ничего кардинально было нельзя. Только не позволять ему наглеть сверх меры, ведь раненым действительно предписывалось отходить и лечиться, пускай техника Анмара и работала раз в сто медленнее моего исцеления.

И снова меня накрыло волной неприятных мыслей. Примени я тогда исцеление на мечнике, которого сильная тварь перекусила почти пополам… Смог бы я его спасти? Шансов на это было мало. Почти никаких. Да и если бы я удержал его на грани, все равно бы вряд ли бы его стали эвакуировать. Потеря денег, времени и ресурсов. Но все же…

Сбоку появилась Сариша. Орчанка адептка школы пространства. Правда, насколько я успел выяснить, хоть школа и именовала себя школой Упорядоченного пространства, идя сразу двумя концептами. Но лишь наш Командир Такер и ублюдок Зорфен открыли еще и порядок. Странную на первую взгляд, но мощную концептуальную силу, что словно промораживала все вокруг, продавливала своей волей, делая их атаки смертельно опасными.

Остальные же довольствовались только пространством, открыв более простые концепты вторыми. Удар мечом от Саришы вспыхнул пространством и пожиранием, уносясь в коридор и сдувая часть нанесенного муравьями яда. А у Анмара вторым концептом была жизнь, что и позволяла ему лечить.

Стрела ци! Стрела ци! Стрела ци! — Выдал я порцию снарядов, останавливаясь. Даже если я мог больше, не перенапрягаться было главным правилом совместного боя, который в нас Такер вбивал кулаками и болью, остро реагируя, когда кто-то выбивался из четких инструкций. Так что постоянные сражения уже превратились в рутину.

Принять на покров чужие стрелы, которыми атаковал муравей-гвардеец. Мы его не видели. Просто били вперед, превращая колебания ци в хаос. И в этом хаосе я себя ощущал прекрасно! Превосходно! Учитывая мой концепт внешней ци, позволяющей просто пировать на этом море силы. Да и добычи было немало! В день наш отряд, в среднем, собирал по две тысячи эссенций. Огромнейшая сумма. Вот только десятая часть, да деленная на десять наемников, в которых был и ублюдок Зорфен, это было всего по двадцать капель на рыло. Помимо эссенций падали и другие дары, которые, вообще-то, стоили очень много. И они тоже шли в расчёт. Но великая школа не была бы великой, если бы не поднаебала тут охотников. Школа имела приоритетное право на все эти дары, забирая их себе и выплачивая за них «рыночные», а на самом деле смешные цены. Так что даже со всеми этими закалками, каплями стихий и даже трансформами, выходило по сорок эссенций в день.

Тоже огромнейшие деньги. Но совершенно меня не устраивающие. Я и так огромную часть эссенций выдал Линессе, да и выкупил некоторую часть закалок, тоже отдавая ей. И девушка, в таких напряженных условиях, хорошо так скакнула в силе, дорастая до восьмидесятой звезды. Было ли больно моему хомяку? Кончено. Тот орал и визжал. Но и иначе я поступить не мог, расплачиваясь за свою самонадеянность. А позволить ей умереть? Этого я не мог. Как минимум потому, что жалко было лишаться рабыни, а с ней и рабской печати. Вот и приходилось вкладывать в нее дополнительные средства. Да и школа, сука, все имущество умерших в бою охотников забирало себе. Так что с того же умершего мечника, скопившего себе неплохую экипировку, они неплохо наварились. Подобное правило даже могло бы пугать, не являйся оно повсеместным…

Постепенно накал боя начал спадать, а затем командир погнал нас вперед, на зачистку, где мы добивали армию муравьев. Чихая и кашляя, блевая, морща краснющие глаза. Респираторы помогали, но не очень.

— Сбор трофеев! — Проорал Такер, сам резкими движениями, смещаясь за каждое из них на десяток метров, оказываясь на краю поля боя и контролируя то место, откуда и валили твари. А вот два других командира и Зорфен начали пристально за нами следить. И это напрягало. Собирать трофеи мог лишь тот, кто и добил существо. Остальным они были не видны. И естественно, у всех охотников был огромный соблазн что-то утаить себе. А школа, естественно, всеми силами этому противилась. Но и отбирать у всех кольца было опасно. Тогда случись неожиданный бой, отряд будет парализован. Описывать все имущество перед миссией и после? Линесса говорила, что некоторые так и делают, шманая кольца. Но не здесь. Это мы специально аккуратно выясняли.