— Покажешь где живет староста? — вновь задал я вопрос женщине, когда она умолкла.

— Не тронь её, хуман, — раздался голос из хижины. В нашу беседу решил вмешаться старик. — Зачем тебе нужен наш старший?

Я перевёл взгляд на темноту жилища. Фигура собеседника там едва угадывалась.

— Я хочу с ним поговорить, и кое-что предложить, — полным уверенности голосом ответил я ему. Вот только после встречи с оборотнями в деревне и рассказа, услышанного от женщины, во мне зародились крупные сомнения в правильности своего прихода сюда. Кажется, хоббитам совсем не нужна защита от тварей. Или те защищают их от ещё большего зла, или из поколения в поколение деревенские впитывали верность и инстинктивный страх перед вампирами. Вроде как уж лучше отдать им свою кровь, а то вдруг будет хуже. При этом вряд ли кто-то точно объяснит, что конкретно случится, и чем смерть от жертвенного ножа лучше неведомой опасности.

— Да поди этот гад уже удрал в замок, — послышался чей-то ещё голос от соседней хижины. — Холуй и лизоблюд упырёвский, тьфу!

К нам вышел ещё один хоббит. Это оказался молодой и крепкий мужчина чуть ниже среднего роста по человеческим стандартам или по самой нижней планке среднего. Выделяло его отсутствие правой руки по локоть и искалеченная кисть левой, на которой не хватало большого и указательного пальцев.

— Опять ты лезешь, куда тебя не просят, Но́рбод, — с сильным раздражением произнёс старик. После этой фразы он вышел наружу. — Совсем хочешь рук лишиться?

Проигнорировав старого сородича, названный Норбодом приподнял искалеченные верхние конечности:

— Это сделали твари из замка за то, что я стал бороться с ними. Могли бы легко убить, но так им неинтересно.

— Мы прикончили старого вампира и молодого из свежеобращённых. На месте ритуала нашли пятерых из вашего народа. Их зарезал старый вампир, — сказал я калеке.

Услышав мои слова, тот широко улыбнулся. Невольно я подумал, что это как-то странно, что незнакомец ненормальный. Ну кто будет лыбиться, услышав новость, что твои соплеменники погибли страшной смертью?

А вот старик ухватился рукой за стенку хижины и затрясся. Сначала я подумал, что так его подкосила новость о смерти сородичей. Возможно, среди них был кто-то близкий ему. Однако, ошибся.

— О-о, боги неба! Вы прикончили старейшину из Семьи и молодого птенца и после этого пришли в наш дом? — хрипло прошептал он. — Вы убийцы, хуманы! Вы убили нас всех! Убий… цы, кха, кха, кха…

Женщина бросилась к нему на помощь.

— Поделом тварям, — громко сказал Норбод. — Идёмте со мной. Я покажу дом старосты. Но повторюсь, что вряд ли вы его застанете на месте. И это, вам ещё парочка кровососов не нужна в трофеи?

«А-а, так это его обрадовала гибель упырей», — сообразил я. Выходит, что новость о смерти вампиров вышла на первое место.

Лукьян при упоминании вампиров встрепенулся, вопросительно посмотрел на меня и получив кивок в ответ, сказал:

— Ещё спрашиваешь, уважаемый. Где они?

— Нам будет по пути, — усмехнулся калека и пошагал вперед. Через десять домов он указал на одну из построек. — Они там. Должны быть одни, но точно не уверен.

— Их могли разбудить наши выстрелы?

Хобит неуверенно пожал плечами:

— Не могу сказать. Ваше оружие необычно. Никогда с ним не сталкивался и не слышал. Скорее всего, твари тоже знают о нём не больше моего, поэтому могли принять звуки за раскаты грома. Если вообще проснулись. Днём молодые кровососы спят очень крепко.

— Ясно, — коротко ответил ему Лукьян и посмотрел на сестру. — Потанцуем, сестрёнка?

— Ещё спрашиваешь, — улыбнулась та с предвкушением.

Ведьмоловы сложили карабины и лишние вещи на землю. В левую руку каждый из них взял револьвер, а в правой они зажали рукоятки сабель, чьи клинки были усеяны рунами. Магические знаки на секунду засветились то ли из-за того, что одарённые пустили ману по металлу, то ли свечение было результатом проверки: оружие признало хозяев. Лукерья сделала скользящий шаг к двери. Кончик её сабли с виду играючи и без задержек проскользил в щели между дверным полотном и косяком. Когда сталь коснулась засова, руны вновь мигнули. Простое железо, а то и вообще обычная деревяшка оказалось не противником для холодного оружия ведьмоловов. Сабля разрезала запор как канцелярский нож бумажный лист. Тем же кончиком клинка девушка поддела дверь за край и распахнула её. После чего бросилась во мрак. Лукьян рванул за ней следом.

Я был готов услышать шум схватки: грохот ломаемой мебели, выстрелы, рёв вампиров, грохот боевых чар. Но ничего этого не было. Так, громкий шорох, хруст чего-то похожего на сухие тонкие прутики или камышинки, несколько глухих ударов. Чуть больше чем через минуту ведьмоловы вышли наружу.

— Ваша милость, ваши презенты, — Лукьян протянул мне левую ладонь, на которой сверкали два энергетических кристалла. За две минуты мои подчинённые не только прикончили вампиров, но и вскрыли им грудь, чтобы достать кристаллы. Что ж, они моё самое удачное приобретение. Ничуть не жалею потраченных ресурсов.

— Это было легко. Твари оказались совсем молодыми и крепко спали, — добавила после брата эльфийка.

Камни отправились к остальным аналогичным трофеям. Несмотря на то, что они принадлежали разумным созданиям, иных чувств кроме удовлетворения от хорошо сделанной работы и удачной охоты у меня не было. Здесь вампиры — это чистое зло. Местные взгляды отлично накладываются на моё внутреннее восприятие, воспитанное на книгах и голливудских фильмах из разряда «От заката до рассвета». Там вампиры подавались только в качестве отъявленных врагов человечества, потому я без всякого отвращения или внутренней дрожи принял, хех, презент.

Старосты дома не оказалось. Мы нашли только его перепуганную жену и трёх детей возрастом от семи до десяти лет.

— Удрал, собака, — сплюнул на порог чужого дома Норбод. — Как я вам и говорил.

— Ну и плевать на него. Народ собрать сможешь? — я посмотрел в глаза хоббиту. — Хочу предложить вам пойти под мою руку и отправиться в мои владения. Там не рай, но точно лучше, чем видеть, как твоих соседей, друзей и родных забирают на прокорм кровососам или приносят в жертву во время ритуала.

— А далеко ваши земли? — уточнил он.

— За Чёрной Пеленой.

Тот на несколько секунд остолбенел. Глаза расширились, лицо побледнело, рот чуть приоткрылся. Наконец, мужчина сумел справиться с шоком.

— Это невозможно! — воскликнул он. — Оттуда никто не возвращается. А если кто и приходит, то только ещё хуже, чем кровососы со своими оборотнями.

— Однако, мы прошли. И можем вернуться не только сами к себе домой, но и взять с собой вас.

— Хочу добавить к словам его милости, что мы не первый раз ходим через Пелену, — влез в разговор Лукьян, когда я взял паузу, чтобы перевести дух после длинной фразы.

— Я пойду соберу жителей деревни. Нужно действовать быстро, пока староста не добрался до замка и не рассказал вампирам, что произошло с их сородичами, — после пяти секунд вдумчивого молчания произнёс однорукий калека.

— Вождь, я догоню этого плохого человека, — вдруг обратился ко мне Планше. — Он никому не расскажет.

— Хм? — я с удивлением посмотрел на своего телохранителя. Именно — телохранителя. Орк сразу обговорил условия своей службы на меня. И вот такие моменты служение не предусматривало.

Тот мой взгляд понял правильно.

— Скучно, вождь. Я с тобой как будто моложе становлюсь. Раньше думал, что иначе моя служба сложится.

— Раз так, то ступай. Если получится, то возьми старосту живым. Мне нужно задать ему несколько вопросов, — ответил я орку.

— Сделаю, вождь, — кивнул тот.

Планше поправил оружие, шагнул к дому старосты, что-то там пару минут высматривал. После чего быстрым шагом двинулся к воротам в частоколе.

На то, чтобы собрать всех жителей Норбоду понадобилось тридцать пять минут. Просторной площади в деревне не было на такую толпу, пришлось всем собираться снаружи. Мои охотники выкатили одноосную телегу, похожую на среднеазиатскую арбу. Они сноровисто подпёрли её с двух сторон большими и высокими корзинами, набитыми какими-то бесформенными комками… земли, что ли. Телега стала моей трибуной.