— Туда, — кивнул я. — Проводишь?

— Провожу, вашбродь. Вас удача любит, авось и мне рядом с вами улыбнётся.

Попрощавшись с проводником, я пошёл в башню и там приложил найденную руну к Светочу. Добыча оказалась неинтересной. С помощью этой руны я мог построить малую каменную шерстобитку. Это деревенское производственное здание, где чистили и чесали овечью шерсть, превращая её в материал, из которого уже можно было изготавливать пряжу. Для меня она не представляла ни малейшего интереса. Уверен, что проверь я внимательно список в Светоче, то найду такую же или похожую. А если даже её там и нет, то тоже не велика потеря.

Трофейную руну я мог сохранить в Светоче, а мог разобрать на ресурсы и создать новую, что будет полезной здесь и сейчас. Именно так я и поступил. В дело пошли камни из тел ящеров, так как часть ресурсов руны потерялась безвозвратно при разборе.

Без дополнительных ресурсов только из трофейной руны и кристаллов из тел ящеров я мог получить что-то одно из дюжины простых рун. Но лишь две из них я посчитал полезными для себя. Это были Офицерская изба и Хижина охотника. Каждая из них имела ранг — малая и большая. Малая предоставляла мне лейтенанта или охотника-одиночку. Большая капитана с денщиком или семью охотника. Минус был в том, что регулярно призывать подчинённых с помощью этих зданий я не мог. Сколько построю зданий, столько и людей получу. Не больше.

Офицер мне бы точно пригодился. Он может навести порядок и поработать над дисциплиной, которой в моём гарнизоне не хватает. Особенно этим грешат казачки. Но с другой стороны, примут ли они над собой абсолютно постороннего человека?.. Вот то-то и оно. Я серьёзно опасался неприятных эксцессов на данной почве. Да и нужен ли тот же лейтенант, когда у меня всего полтора десятка прикомандированных бойцов? Про капитана и вовсе промолчу.

«Пожалуй, офицер мне пригодится тогда, когда мой гарнизон будет побольше и станет состоять хотя бы из двух-трёх десятков призванных солдат», — подумал я.

Что ж, выбор сделан. С новой руной я вышел за частокол. Места внутри и так оставалось очень мало, чтобы уменьшать пространство дальше. К тому же, всё равно мне нужно расширяться.

Хижина в моём представлении должна быть чем-то лёгким и невзрачным. Чуть лучше щалаша. Но постройка, созданная руной, была чем угодно, но только не этим. На склоне холма появился дом на толстенных сваях из обожжённых бревен. Постройка — классический каркасник, но с поправкой на эпоху. Многие балки были уложены на коротко обрубленные сучья на вертикальных опорах. Позже узнал, что простенки в доме были засыпаны смесью из опилок, золы и извести. Окна совсем маленькие. Внутри них стояла рамка с бычьим пузырём. На ночь они закрывались толстыми ставнями с узкими крестообразными прорезями-бойницами.

Из здания вышли пять человек. Семья. Именно она «поставлялась» в комплекте с большой Хижиной охотника. Трое мужчин и две женщины. Один из мужчин и женщина выглядели лет на сорок пять, возможно чуть старше. Вторая женщина была скорее девушкой. Навскидку я ей дал двадцать два-двадцать три года. Оставшиеся были молодыми парнями, один из которых выглядел моим ровесником, а второй года на два постарше.

Лица у всех были чисто русскими, как и одежда. Она выглядела примерно, как у зажиточных деревенских в Барсуково и Ежово. Что было очень хорошо, так как сама постройка была из игры-стратегии о покорении Северной Америки, если меня не подводит память. Вот было бы забавно получить каких-нибудь английских трапперов. Или вообще индейцев.

— Барин, рад вас видеть, — наклонил голову самый старший из охотников.

— Доброго дня, — кивнул я в ответ. — Как зовут?

— Трофим я, барин. Кудымовы мы. Моя супружница Аглая, доченька любимая Василиса и наследник мой Антип. А это охламон наш младший Петька.

— Что это я сразу охламон, батя? — недовольно проворчал самый младший член семейства.

— Цыц у меня! — прикрикнул на него Трофим

— Бери сыновей, Трофим, и идём знакомиться с округой и местным людом. По пути расскажу, что вокруг нас творится…

ГЛАВА 10

Рейд в Чёрную пелену я решил повторить через четыре дня после первого. К старому составу добавил Трофима. Охотнику нужен был местный специфический опыт и знания. Получить он его мог только так. Оба его сына тоже были отличными лесовиками, но их время рисковать ещё не пришло. Да и местную разведку нужно же кому-то проводить. Казаки всё больше начинали лениться, манкируя своими прямыми обязанностями. Но пока откровенного неповиновения мне не оказывал и справлялись с караулами, я не лез к ним.

Сегодня мы попали в раннее утро в какую-то большую долину, заросшую огромными деревьями со стволами в три-четыре обхвата. По дну долины тек большой ручей. На одном берегу были разбиты небольшие поля или даже крупные огороды. Выглядели они сильно запущенными. На противоположном стояли круглые глинобитные хижины с высокими остроконечными крышами из, кажется, камыша. Им, камышом собственно, заросли́берега ручья на десяток метров от воды.

— В камыше кто-то есть, барин, — заметил Трофим. — Вижу, как метёлки качаются вразнобой.

— Так и есть, — подтвердил Фрол. — Ходит там кто-то. Размером с собаку или кабанчика мелкого. Предлагаю вот эдак обойти и выйти к крайнему дому, — пальцем проводник провёл в воздухе кривую черту, указывая направление.

— Веди, Фрол. Здесь ты главный, — согласился я с его предложением, и следом спросил. — А кто там может ходить?

— Бог его знает, — пожал он плечами. — От мелких диких гоблинов, которые нечета нашим разумным, до каких-нибудь гигантских жуков-плавунов. Главное, чтоб не нечисть какая.

Трофим внимательно слушал нашу беседу и мотал на ус.

Возле домов нашим глазам предстали следы очень давнего сражения. От тел, некогда сражающихся друг с другом, остались только кости и пластины сухого хрупкого хитина.

— Раки? — удивился Трофим, опознав по клешням и хвосту останки. — Какие огромные.

— Они самые. Полагаю, что в камышах они же и ходят, — кивнул Фрол. — Считаю, что нам повезло, вашбродь. Твари хоть и крупные, но убить их можно даже простой оглоблей.

Первые три дома не принесли нам никакой добычи. Внутри было всё гнилое, покрытое плесенью и паутиной. Девяносто процентов кухонной утвари — это обожжённая глина. Железные вещи или рассыпались в прах, или превратились в комки рыжей ржавчины. От кос и серпов остались лишь трухлявые рукоятки. Попались два ржавых топора, но на них никто даже не посмотрел.

Зато в четвёртой на круглом столе прямо в центре хижины лежала руна в виде небольшого отполированного камешка с вырезанным с двух сторон светящимся красным цветом узором. Мне она не подошла. Руна оказалась с запечатанной стихийной техникой с уклоном в огненную стихию. Сгодится только на продажу. По уговору, который мы заключили с Фролом ещё перед первым походом в эти края, я забирал себе все связанное с магией, драгоценности и золото. Серебряные (медные и бронзовые тоже) монеты с украшениями, посуда, простое оружие, одежда и тому подобное принадлежали проводнику. Ну и обещанный изначально серебряный рубль за каждые сутки службы на меня. Эта руна была моей добычей.

В пятом доме повезло уже Фролу. Жилище некогда принадлежало богатому селянину. Вместо дешевой керамики он предпочитал металлическую посуду. Серебра там не было, денег тоже. Только лужёная медь, из которой изготовили тарелки и сковороду. Но проводник брезговать не стал и всё спрятал в свой заплечный мешок.

Следующие четыре дома были пусты. Кроме мусора и горшков с тарелками из глины внутри ничего не было. Когда мы заканчивали обыскивать последний их них с улицы вдруг донёсся голос орка.

— Вождь, опасность!

Когда я выскочил наружу, то увидел в десяти метрах от дома трёх крупных раков. В каждом было больше метра в длину без учёта клешней. Они неподвижно стояли, опустив их к земле. Только усами резко водили из стороны в сторону. Но когда на улицу вышли Фрол с Трофимом, эта троица резко и почти одновременно подняла их, угрожающе защёлкала ими и рванула в нашу сторону. Все трое. Одновременно.