Не переставая ухмыляться, Барака пинал его по лицу, рукам и груди, пинал снова и снова, пока тот не покатился кувырком в заброшенные глубины тюрьмы.

– Вы все трудитесь во славу Его Величества Шао Кана, Покорителя Миров, Повелителя Войны, – объявил Барака окружавшим его заключённым, наслаждаясь их пристальным вниманием и следя за тем, чтобы его голос был слышен в дальнем конце шахты, где несколькими минутами ранее появился сам Кан верхом на своём крылатом чёрном скакуне. Представители королевской крови, как и все остальные, любят, когда им льстят, возможно, даже больше, чем все остальные, из-за того, что они чувствуют себя обязанными соответствовать ожиданиям. Барака не достиг бы своего высокого положения, если бы не умел угождать им.

Однако на этот раз Кан не обратил внимания на лесть своего генерала. Хотя массивные двери шахты за его спиной всё ещё были распахнуты настежь, и звуки из шахты эхом разносились по душному сумраку, его внимание было приковано к одной из множества грубых деревянных клеток, подвешенных высоко на опорах.

Внутри клетки Китана молча смотрела на него, в её глазах не было ни следа страха, ни угрозы.

– Я могу простить тебе все твои прошлые предательства, – сказал он, протягивая ей ковш с водой. – Ведь ты моя дочь, Китана.

Она протянула руку между прутьев, взяла из его рук предложенный ковш и отпила. Когда она вернула его ему, он был пуст.

На губах Кана появилась улыбка... и застыла, когда она выплюнула воду, выпустив струю, которая ударила ему прямо в лицо.

– Ты испытываешь моё терпение, – сказал он и вытер щёку рукавом. Его ухмылка превратилась в гримасу сдерживаемого гнева.

– Ты разрушил мою семью, – сказала Китана. Её голос звучал ровно, лишённый эмоций. – Ты довёл мою мать до самоубийства. Я твой вечный враг. Так что убей меня сейчас, если посмеешь.

Кан усмехнулся.

– Глупое дитя. Червяк, который бьётся на крючке, приносит больше улова, чем мёртвый червь.

Он резко натянул поводья, и вороной конь под ним встал на дыбы, а затем описал полукруг, его ребристые крылья без перьев затрепетали и захлопали.

– Китане не нужна вода, так что давайте исполним её желание! – сказал он, снова окуная ковш в ведро с водой и показывая его другим заключённым в камере.

Те жадно причмокивали от жажды и облизывались. Из загонов высовывались руки с грязными, шершавыми пальцами.

Кан ещё какое-то время подержал ковш в руках, доводя заключённых до исступления и наслаждаясь своей властью над ними. Затем он перевернул его, и вода выплеснулась на землю.

– Сегодня, – сказал он, – никто не пьёт.

Хриплые стоны агонии раздались вокруг него. Кан бросил на Китану взгляд через плечо, полный жестокого удовлетворения, и, не сказав больше ни слова, погнал коня прочь.

Соня и Джакс стояли у подножия высокого гранитного хребта, а в темноте позади них раздавались яростные крики отряда истребления, преследовавшего их по пятам.

– Ты помнишь свой план о том, как наша превосходная физическая форма и подготовка измотают этих ребят? – спросил Джакс, оглядываясь через плечо.

– Да.

– Он не работает.

– Тогда, друг мой, тебе лучше поднапрячься, – сказала она, сжимая его плечо.

Они карабкались вверх по склону, цепляясь за выступы, грязь и галька сыпались из-под их рук и ног, мышцы болели от напряжения. Через некоторое время они остановились передохнуть на скалистом выступе и бросили быстрый взгляд вниз, во впадину, раскинувшуюся далеко внизу.

От увиденного у них перехватило дыхание.

Завораживающе прекрасные руины исчезнувшей цивилизации простирались в залитой лунным светом дали. Каменные здания, широкие мощёные дворы и храмы, украшенные массивными колоннадами, статуями и барельефами, тянулись по обеим сторонам долины. Внизу, прямо в склоне горы, была вырублена лестница, по которой можно было спуститься к руинам.

– Это и есть та самая гора Гайя, о которой ты говорила? – спросил Джакс.

– У меня такое чувство, что да, – ответила Соня.

– Что ж, если не считать пейзажей, надеюсь, мы не зря сюда пришли. – Он осмотрел кончики своих пальцев и неодобрительно нахмурился. Они сильно ободрались во время подъёма. – Это…

Его слова прервал резкий звук боевых рогов. Они одновременно обернулись, посмотрели в ту сторону, откуда пришли, и увидели Шао Кана во главе клубящейся чёрной тучи. Его крылатый скакун был закован в доспехи, а рядом с ним на своём собственном боевом коне скакала Синдел. За ними по пятам следовали легионы кентавров и отрядов истребления.

– Они отстают от нас минут на двадцать, – сказала Соня. – Будем надеяться, что у Рейдена есть план.

Джакс не стал с ней спорить.

Не теряя ни минуты, они начали спускаться по осыпающейся каменной лестнице.

– Что это за место? – спросил Джакс, отчасти риторически. – Я не вижу ни названий улиц, ни почтовых ящиков. Как мы найдём храм, принадлежащий Старшим богам.

Соня огляделась по сторонам. Вокруг них возвышались величественные архитектурные сооружения. Впереди виднелось строение из идеально ровных каменных блоков, вход в которое охраняли статуи, похожие на гладиаторов в шлемах.

Джакс подошёл к одной из статуй в натуральную величину и стал изучать иероглифы, высеченные на её постаменте.

– Готов поспорить, что это какой-то мемориал, – сказал он.

Соня подошла поближе, чтобы посмотреть, но не успела она ответить, как на них обоих набросились бойцы, бесшумно спрыгнувшие с выступа скалы над их головами.

Не успев опомниться от неожиданности, они принялись обмениваться ударами и пинками с нападавшими. В тусклом лунном свете было трудно разобрать, кто кого бьёт.

Затем Соня притянула к себе одного из противников, и её глаза вдруг расширились от удивления.

– Лю? – спросила она.

– Соня? – спросил он в ответ.

Джакс в замешательстве остановился.

– Ты знаешь этого чувака?

Пока он смотрел на них, сильный удар в подбородок сбил Джакса с ног.

Лю посмотрел на него так, словно ничего не произошло.

– Это Джакс?

– Да, – сказала Соня и кивнула в сторону женщины, которая избивала Джакса. – А кто она?

– Соня, это Джейд. Джейд, это Соня, – сказал Лю. – Простите, что устроили засаду. Мы думали, что вы – передовой отряд Кана.

– Майор Джексон Бриггс, – сказал Джакс со слегка ошеломлённой улыбкой восхищения на лице. – У тебя потрясающие ноги. Я имею в виду, для ударов ногами.

Соня была не в том настроении, чтобы наблюдать за зарождающейся влюблённостью напарника.

– Где Китана? – спросила она Лю.

Он замялся.

– Ну?

– Её похитил Скорпион.

– Ты потерял Китану? А потом подобрал какую-то незнакомку?

– Джейд помогла мне добраться сюда, – сказал Лю. – Мы можем ей доверять.

– По-моему, ты сам не в себе.

Лю уязвлённо посмотрел на неё. По его мнению, это Соня была не в себе, и звук боевых рогов на склонах позади них были тому доказательством.

– Благодаря вам у нас на хвосте отряды истребления Кана, – сказал он.

Джакс подошёл к ним ближе.

– У меня есть идея получше. Давайте оставим в стороне эту мелочную возню и сосредоточимся на более важных вещах. Например, на том, чтобы остаться в живых.

Соня по-прежнему смотрела прямо на Лю.

– Где Рейден? У него же есть план…

– Мы его искали, – сказал Лю. – Его тут нет.

– То есть мы просто будем сидеть здесь и ждать, пока он появится?

Лю покачал головой.

– Соня права. Без Рейдена всё безнадёжно.

– Никогда не теряйте надежду… – раздался голос откуда-то сверху.

Все вздрогнули и одновременно подняли головы, чтобы увидеть, как Рейден спрыгивает с уступа и приземляется прямо в центре их внутреннего круга.

– …по крайней мере в начале боя, – закончил Рейден фразу, начатую на уступе.

Они смотрели на него в изумлении. Он сильно изменился с тех пор, как они видели его в последний раз. Его длинные волосы были сбриты, а вместо мантии на нём было грубое кожаное боевое снаряжение.