Через несколько минут на него навалилась какая-то вязкая, тягучая усталость, и всё вокруг погрузилось во тьму.

На этот раз, когда Лю пришёл в себя, то почувствовал, как что-то влажное и обжигающе холодное коснулось его век. Он открыл глаза и обнаружил, что уже рассвело и что он больше не засыпан песком, а лежит лицом вверх в большой канаве. Шёл лёгкий снежок. Выжженная земля вокруг него была уже наполовину скрыта под снежным покровом.

– Ночной Волк? – позвал он, приподнимаясь на локтях. – Ночной Волк?

Но его нигде не было видно, а крики Лю быстро унесло порывом резкого, пронизывающе холодного ветра. Он поднялся на ноги и, дрожа от холода, огляделся по сторонам.

Покрытые тонким слоем снега песчаные дюны вокруг него теперь напоминали огромные полярные сугробы. Снег кружился и вихрился в воздухе, размывая очертания предметов.

Где он? В какую сторону ему следовало идти? Сводящая с ума правда заключалась в том, что он не имел ни малейшего понятия. Все направления казались одинаково верными.

Несчастный и подавленный, обхватив себя руками, чтобы согреться, Лю побрёл сквозь метель.

Лю проделал огромный путь с тех пор, как очнулся во время бури, но так и не приблизился ни к одному жилому месту. Силы покидали его. С каждым шагом он погружался по пояс в растущие сугробы. Его волосы покрылись коркой льда, лицо посинело от холода. Он упал на колени и пополз, цепляясь пальцами за замёрзшую землю.

Лю был почти без сознания, когда заметил впереди оранжевые отблески костра, играющие на снегу. С тихим хрустом в шее он поднял голову... и моргнул. Потом моргнул ещё раз. И ещё, уверенный, что перед ним очередная галлюцинация.

– Я Джейд, – сказала женщина, стоявшая перед ним. В её руке был длинный деревянный посох, конец которого был обмазан горящей смолой, чтобы он превратился в факел. – Я искала тебя на плоскогорье, Лю Кенг. Ночной Волк опасался за твою жизнь.

Лю смотрел на неё, не в силах вымолвить ни слова. Неважно, была ли она из плоти и крови или плодом его воображения, она была невероятно и потрясающе красива. У неё было угловатое лицо с тонкими чертами, высокими скулами и тёмно-карими глазами с чуть приподнятыми уголками. Каким-то образом объёмистые звериные шкуры, в которые она была закутана, казалось, только подчёркивали её соблазнительные длинные ноги.

Она опустилась на колени рядом с ним, её набедренная повязка задралась, обнажив колено. Затем она воткнула посох в снег и прикоснулась руками к его вздымающей груди, просунула их ему под майку, делясь своим теплом.

– Этот снег, – сказала она, – падает с небес пустыни. И знаешь почему?

– Да, – ответил он. – Времени осталось немного – конец света близок.

Она кивнула. Её пальцы нежно скользили по его телу.

– Из всех ужасов, которые таит в себе тьма, больше всего я боюсь умереть в одиночестве, – сказала она.

Одна её рука оторвалась от него, потянулась к застёжке на шкурах и расстегнула её. Она притянула его к себе и прижалась к нему всем телом.

– С тобой, Лю Кенг, – сказала она, – я ничего не боюсь.

Он почувствовал, как учащённо забилось его сердце. К горлу внезапно подступила тошнота.

Её руки скользили по его телу.

– Я даже не знаю, кто ты, – хрипло произнёс он.

– Всё, что тебе нужно знать, это то, что я здесь, чтобы помочь тебе, – сказала она и погладила его по волосам, её влажное и лёгкое дыхание коснулось его шеи. – Прими моё тепло. Пусть оно придаст тебе сил для твоей битвы.

– Ты слишком хороша, чтобы быть настоящей, – сказал он, прижимаясь к ней.

Она прижалась к нему, приоткрыв губы.

– То же самое можно сказать и о тебе, – сказала она, наклонила голову вперёд и коснулась своими губами его губ. – Мы можем бросить вызов тьме, создав свет новой жизни.

Лю почувствовал, как у него закружилась голова, и он хотел ответить на её поцелуй, но вдруг замешкался.

– Нет, – прохрипел он. – Я... я не могу.

– Не говори так. – Она обвила руками его талию и прижалась к нему. – Вместе мы могли бы растопить снег, Лю Кенг.

Лю оттолкнул её.

– Прекрати...

– Вместе мы могли бы провести наши последние дни...

– Нет, – сказал Лю, сопротивляясь ей. Сопротивляясь самому себе. – Моё сердце принадлежит другой.

Она опустила глаза, когда он отстранился от неё.

Он нежно взял её за подбородок и приподнял её лицо так, чтобы их взгляды встретились.

– Если ты действительно здесь ради меня, Джейд, помоги нам победить Шао Кана.

Она посмотрела на него, потом улыбнулась и снова поцеловала, но на этот раз это был быстрый, целомудренный поцелуй в щеку.

– Ты ещё чище и преданнее, чем я думала, – сказала она. – Ты прошёл испытание, Лю Кенг.

Он посмотрел на неё в недоумении.

– Испытание? Всё это было очередным испытанием Ночного Волка?

Она взяла его за руку.

– Для меня это было приятное испытание, – сказала она. – И при других обстоятельствах я бы не хотела, чтобы оно заканчивалось. Но нам нужно добраться до горы Гайя. Остальные будут ждать нас там.

Он покачал головой.

– Нет. Если это и было испытанием, то лишь вторым. Я ещё не готов.

– Не готов спасти Китану? Потому что я могу отвести тебя в тюрьму, где её держат.

Он посмотрел на неё.

– Ты её видела? Она жива?

– Пока да. – Джейд на мгновение замолчала. Вдалеке послышался звук боевых рогов. – Кан близко. Нам нужно идти.

Лю бросил взгляд в то направление, откуда доносился шум, глубоко вздохнул, медленно поднялся на ноги и последовал за ней через ледяную тундру.

Со своего наблюдательного пункта на вершине высокого заснеженного обрыва Ночной Волк наблюдал за тем, как Лю и Джейд начинают свой путь по продуваемому всеми ветрами плоскогорью, и устремил взгляд в небеса.

– Я пытался, Рейден, но он не готов. Он всё ещё сомневается в себе.

Его лицо было встревоженным, он ждал какого-то ответа. Но в ответ услышал лишь бессмысленный вой ветра.

Во Внешнем мире кобальт, хрупкий металлический элемент, необходимый для производства плазменного оружия, был товаром, который ценился превыше всего. Суверенный правитель объявлял обнаруженные природные месторождения своей личной собственностью, и любой, кто не входил в состав его правительства и был уличён в хранении или сбыте полезных ископаемых, отправлялся на один из адских кобальтовых рудников, разбросанных по всей территории.

Там наказание и рабский труд сливались воедино, пока заключённые трудились под пристальным надзором элитных стражников Шоканов, мутантов с эндоскелетами из органического металла и сотен рядовых воинов Внешних планет под командованием генерала Бараки. Похожие на насекомых восьминогие гроты, чьи мохнатые грудные клетки были длиной с пятерых взрослых мужчин, стоявших в очереди, доставляли вагонетки с сырой рудой к бункерам в постоянно движущемся поезде. День и ночь в подземной шахте не смолкал стук кирок, стоны больных, голодных и измученных заключенных, а иногда и крики женщин, которых отрывали от работы, чтобы развлечь их хозяев.

Сейчас Барака перегнулся через перила смотровой площадки над двором и с интересом наблюдал своими плоскими, как у жабы, глазами за тем, как заключённый, пытавшийся разгрузить тяжёлую тележку с кобальтом, рухнул от усталости, не в силах стоять на ногах.

Оскалив свои акульи зубы в извращённом подобии улыбки, генерал спустился с площадки и подошёл к заключённому.

– Работай усерднее, или ты поплатишься за свою лень! – сказал он.

– Я заплатил сполна, – ответил заключённый. – Сколько человек может заплатить.

Барака внимательно изучал его. Глаза заключённого были тусклыми и глубоко запавшими. Ноги у него были кривые. Кожа свисала с лица бледными обвисшими складками. Он был похож на мешок с костями.

– Пока ты дышишь, я буду причинять тебе боль, – рявкнул он и ударил пленника тыльной стороной ладони по лицу. Тот упал, издав нечто среднее между хрипом и стоном.