— Смею рассчитывать, ты меня не обделишь.

— Мы давно сотрудничаем, Наталья Андреевна. И хорошо осознаём тот факт, что Земля круглая.

Герцогиня звонко рассмеялась.

— Точная формулировка, барон. Обожаю твою прямолинейность.

— Вот и хорошо. Разрешите откланяться, ваша светлость.

Я покинул ресторан, не до конца удовлетворившись разговором. Потому что — время. Наверняка Воронова обратится к одному из клановых. Тому, кто отвечал за сотрудничество с Мастерами. Возможно, курировал научные исследования или ходил под Гамовым. Или подчиняется Барскому… Так мне казалось.

Но герцогиня удивила.

Не успел я вернуться домой, как мне прислали письмо курьерской доставкой. С адресом, временем встречи и коротким описанием внешности нужного человека. Ни имён, ни чинов. Бросив взгляд на часы, я обнаружил, что сейчас восемь вечера, а встреча назначена на половину девятого. И ехать нужно не в центр города, а в грёбаный Атлер!

Сделать это физически я не успевал, но герцогиня понимала, что у меня есть домоморф. Так что я, не переодеваясь, предупредил своих о перемещении, перебросил Бродягу в нужную локацию и выехал на «Ирбисе» из гаража. На улице давно стемнело, и тихие улочки пригорода освещали фонари. Здесь был типичный район особняков, утопающих в зелени фруктовых деревьев, виноградных лозах и близком шуме прибоя. Попетляв немного по извилистым асфальтовым лентам, я выехал на небольшую площадь. Здесь обнаружилась семейная гостиница с кафешкой на первом этаже. Перед кафешкой была оборудована терраса с несколькими столиками. За одним из этих столиков сидел человек. Блондинка, как и было указано в письме.

— Добрый вечер, барон.

Приблизившись, я понял, что меня ждёт Милана Барская.

Перед нами громоздился двухэтажный турецкий чайник.

Я вспомнил, как он называется — чайданлык.

Большая нижняя ёмкость предназначена для кипячения воды, маленькая верхняя — для заваривания самого напитка. Всё это готовится на пару, и можно периодически себе подливать. Что я и сделал, воспользовавшись изящным армуду.

Милана Барская с улыбкой наблюдала за моими действиями.

Дочь начальника СБ Эфы пришла на встречу в джинсах-клёш, простеньких кедах и серой футболке. Без оружия или чего-то подобного. Ничто вообще не указывало на её благородное происхождение. Да и я выглядел аналогичным образом, только брюки были хлопковые, а вместо футболки — серая рубашка навыпуск. Родовые кольца мы оба предпочли оставить дома. Как и жетоны самостоятельности.

— Далеко забралась, — сказал я, не прикоснувшись к чаю. Стакан я использовал для антуража. Чтобы не выделяться на фоне других посетителей. — Не проще было в Старом Городе встретиться?

— Сергей, не смеши. Ты ведь понимаешь, что я здесь инкогнито.

— А твой отец понимает?

— Само собой. Именно он меня и отправил на встречу.

— Хм… А к чему вся эта секретность? Я так понимаю, руководство клана точит зуб на Мастеров. И вы не прочь пустить меня по их следу. Сделать грязную работу чужими руками. Зачем тогда вся эта клоунада с Атлером?

Девушка задумчиво побарабанила пальцами по столу.

— Скажем так, на уровне ядра пришли к консенсусу. В будущем мы могли бы прибегнуть к услугам Мастеров, но не станем делать этого. По двум причинам. Во-первых, им больше нельзя доверять. Во-вторых, мы потеряем лицо.

— И что вам мешает покарать их собственными силами? Уверен, у твоего отца есть подходящие исполнители.

— Есть, — признала Барская. — Но мы не уверены, что они справятся.

Моя бровь изогнулась.

— Противник настолько силён?

— Да.

Откровенность подкупает.

Тем более, если признание звучит из уст симпатичной девушки.

Но меня так просто не взять.

— Милана, я думаю, существует и другая причина вашей готовности сотрудничать. В случае, если я потерплю неудачу, гнев Сонных Мастеров обрушится на мой Род. А вы сэкономите ресурсы, людей и оставите себе путь к отступлению. Так ведь?

Юная графиня посмотрела на меня с интересом:

— Папа говорил, что у тебя голова соображает.

— Да, он плохого не посоветует, — хмыкнул я. — А что по сделке с Натальей Андреевной?

— Это ваши вопросы, — пожала плечами Милана. — Просто в моменте у нас сложились общие интересы. У каждого свои.

— Хорошо, — я откинулся на спинку стула. — Готов слушать.

— Контакты с Мастерами лежали на мне, — просто ответила Барская. — Отвечаю на невысказанный вопрос: нет. Мы не общались в сонных конструктах.

— Но почему? — искренне удивился я.

— Сам подумай. Пускать в конструкт тех, кто с лёгкостью может заложить в твой мозг что угодно? Любую цель, мотивацию? Никто не хочет общаться с ними во сне. А кто нарушает это правило, рано или поздно превращается в инструмент.

— Продолжай.

— Телепатические контакты не устраивают их.

— С хрена ли?

— Опасаются ментальной атаки и утечки образов, выдающих месторасположение их базы.

— У них есть база?

— Мы думаем, что есть.

— Тогда что? Не говори, что телефон.

— Почтовые боксы.

Следовало догадаться.

В мире, где отследить можно практически что угодно, анонимная доставка писем в обезличенные камеры хранения остаётся самым продвинутым кейсом.

— Не говори, что вы не пытались их отследить. Артефакты, подкуп почтовых работников, ясновидцы…

— Всё перепробовали, — горько усмехнулась Милана. — Конверты от них всегда чистые, без истории. Артефакты, даже самые неприметные, глохнут на полпути. Почтальоны никакой информацией не владеют. Одни выгребают все конверты и бандероли из ячеек, другие перевозят между странами и губерниями, третьи сортируют, четвёртые раскладывают. Дважды мы ухитрялись вычислить конечный бокс. Но ведь ещё нужно понять, кто и когда откроет ячейку. А когда мы понимали и брали этого типа, оказывалось, что он посредник.

— Дай угадаю, — я наклонился вперёд. — Ничего толком не помнит и думает, что его наняли во сне? Типа, что ему всё это приснилось?

— Вроде того. Мы пообщались с коллегами из других кланов. Та же история. Некоторые посредники уверены, что прямо сейчас спят.

— То есть?

— Ну, он забирает конверт и думает, что спит.

— Изящно.

— Не то слово.

Пару минут мы просидели молча.

— И как можно вести совместный проект в таких условиях? — не выдержал я. — У вас была секретная лаборатория. Там работали вполне реальные люди. Занимались исследованиями. Ты же понимаешь, что обмен данными выглядит бредово?

— Ну, почему. Все отчёты они принимали через боксы непосредственно от руководителя проекта. С нами связывались в исключительных случаях. Не поверишь, но всё это работало.

— Ладно. Но если не допрашивать посредника? А проследить за ним?

— Я же говорю, мы не дошли до этой стадии. В большинстве случаев мы просто не могли вычислить конечный бокс.

Мне оставалось лишь задумчиво кивнуть.

— Милана, почему ты думаешь, что я их найду?

— А никто и не думает, что ты это сделаешь. Но хуже не будет. Мы ничего не теряем в случае твоей неудачи.

— Логично. Давай схему.

Девушка достала из сумочки маленький конверт. Передвинула его через стол к моей руке.

— Здесь индекс почтового отделения в Фазисе, его адрес и номер бокса. Отправления вынимают по четвергам. Вместо имён мы указываем кодовое слово — оно тоже есть в конверте. Всё. Ты можешь вступить в переписку с Мастерами либо попытаться отследить всю цепочку. Процесс сложный, но совсем не обязательно, что невыполнимый. Действуй по собственному усмотрению.

— Последний вопрос. Твой отец понимает, что произойдёт с морфистами, если я до них доберусь?

— Нам известны твои методы.

— Прекрасно.

Я встал, сгрёб со стола конверт и, не прощаясь, покинул кафе.

Мне был нужен очень хороший каббалист.

А ещё лучше — двое.

Поэтому я вернулся в усадьбу, сделал два звонка и стал ждать гостей. Через полчаса в моём кабинете сидели Лука Каримов с Михалычем. Не просто сидели, а пили чай, оживлённо беседовали, вспоминали старые-добрые времена. Когда я вошёл, они как раз обсуждали один старый заказ и клиента-идиота, который никак не хотел понимать…