Одеваясь впопыхах, пристально смотрела на спину хранителя источника магии, чтобы он выполнил своё обещание и не обернулся.

Кто мог подумать, что сей момент заставит мои руки дрожать ещё сильнее, а процесс стягивания шнуровки — нереальным для своего осуществления.

Не знаю, сколько я возилась, но, стоило мне только опустить взгляд, как Алделл оказался рядом, перехватывая концы бронзовой верёвки.

— Что вы… — вскинув голову, замерла, оторопев.

— Я не смотрю, — тихо пророкотал мужчина, пока я испуганно пялилась на его закрытые веки.

Нервно сглотнув, посмотрела на слаженную работу мужских пальцев, продевающих тугую верёвку в пустые петли. И получалось это у владыки так лихо, что я моргнуть глазом не успела, как оказалась полностью прикрытой! Случайные прикосновения к груди как будто остались в моём бурном воображении.

— С… спасибо.

— Возвращайся к себе и забудь. Ничего не было.

— Х… хорошо.

Я развернулась и бросилась на выход, но на грани слышимости до меня долетел шумный вздох дракона:

— И я постараюсь забыть…

Щеки снова вспыхнули, заливая лицо краской.

Уже на пороге меня догнал задумчивый вопрос дракона:

— Агата… Где метка?

— Я… Я её скрыла, — проведя пальцами по лбу, сняла иллюзию, и руна привычно засветилась голубым сиянием. — Не хотела привлекать внимание.

— Больше не скрывай, — мрачно приказал правитель, даже в одном полотенце на бёдрах выглядя властно и грозно.

— В этом… в этом скоро не будет необходимости. Вы же снимете её на приёме.

Алделл сейш Адари никак не прореагировал. Лишь нахмурился, а потом повторил:

— Иди.

Оказавшись в коридоре, я шумно выдохнула, привалившись спиной к двери. С волос до сих пор капала вода, а ноги дрожали.

«Вот это расслабилась!» — мелькнула мысль, от которой я прыснула, не сдержав истеричного смеха.

Нервно оглянувшись, рванула вперёд, мечтая побыстрее вернуться к Снежку. Идти к бабушке и другим леди… будучи без купальника или даже намёка на нижнее бельё — глупая затея!

Искать лестницу или хотя бы знакомый коридор пришлось долго, но я всё-таки вышла из закрытого крыла императора, удивляясь полному отсутствию стражи.

Когда я, наконец, добралась к себе, первым делом схватила новое платье и нижнее бельё и уединилась в ванной комнате, чтобы привести себя в порядок.

Из зеркала на меня смотрела более чем всклокоченная брюнетка, которую (сомнений быть не может!) точно кто-то тискал!

«Хорошо хоть никто не попался по дороге! И Снежок спит так, что фейерверками не разбудить!»

Меня до сих пор потряхивало от произошедшего.

Даже контрастный душ не помог угомонить физическое состояние. О душевном даже не берусь говорить! Образ обнажённого перевозбуждённого императора, властно прижимающего меня к бортику купели… Фух! Он упорно стоял перед глазами и уходить никуда не желал!

Я переоделась в нежно-розовое платье и вышла к Снежку.

«Спит… Спит и не знает, что я пережила за эти полчаса. Счастливый… — вздыхая, села на диван и взяла красивое фиолетовое пирожное на блюде. Налила сок. — Легко сказать — «забудем»! — вспомнились слова императора. — Так-то у меня это впервые! Меня никто так не… Я не…» — аппетит пропал в один миг.

С унылым видом поставила пирожное обратно и залпом осушила стакан.

— Ладно! Порисуем! — потянувшись к карману, я замерла, вспоминая, что платье на мне уже другое. А потом и вовсе нахмурилась. Никак не получалось вспомнить момент, когда я убирала блокнот в карман.

Вскочив, бросилась в ванную.

После десяти минут бесполезных поисков, я прижала руки к груди, тяжело дыша. Итог вырисовывался весьма прозаичный:

— Ну, вот! Только этого не хватало! Блокнот остался там, в ванной комнате императора.

Я до самого вечера ходила и, заламывая руки, лихорадочно думала, как поступить. Эти три часа… Ох! Они показались мне бесконечностью! Я разрывалась между выбором: вернуться обратно в закрытое крыло императора и снова столкнуться с ним, или же подождать ужина и, когда представиться возможность, попросить Его Величество поискать в своей купели мой блокнот. Так как оба варианта подразумевали под собой непосредственное общение с императором всех драконов, настроение оставалось на нуле.

До сих пор сомнительно себе представляла нашу будущую встречу, где я должна буду мило улыбаться и делать вид, что мой покровитель… что он не перепутал меня с одной из своих девиц, готовых по одному взгляду ублажить его во всех позах!

Возмущение было настолько едким, что я даже на «обидки» женщин, вернувшихся распаренными и умиротворёнными с процедур красоты, никак не прореагировала.

— Агата, так нельзя, — ворчала бабуля, устроившись на диване рядом со Снежком. — Люди демонстрируют нам своё гостеприимство, а ты ходишь, как сомнамбула со своим блокнотом и ничего вокруг не замечаешь.

— Ти просто волнуется, — заступилась за меня Ида, с тревогой поглядывая на моё непрерывное хождение из угла в угол. — Давайте оставим это… И лучше займёмся подготовкой. До приветственного ужина осталось меньше часа.

Я так была благодарна Идарине за её своевременное упоминание, что сумела остановиться и взять себя в руки.

«Всё хорошо. Чего так переполошилась? Ну, потискал тебя немного император… ну… Тьфу! Да нет же! Это… Это ни в какие ворота! Неужели я похожа на девицу, в мыслях у которой нажива с помощью своего тела?!» — как итог, я осознала, что меня раздражает в случившемся больше всего! Не факт того, что именно император в своей ванной меня чуть не… не «залюбил» — назовём это так. А то, что у него таких «залюбил» там было бесконечное множество! Вон, как Адари своего распорядителя нахваливал!

И что я скажу? Это осознание было весьма неприятно принимать, потому что оно слишком явно граничило с ревностью.

Пока я хлопала ресницами, в шоке от своих мыслей, бабуля с мамой развернули в моей комнате подготовку к приветственному ужину. Все новые наряды, косметика и масла для сияющей кожи были разложены повсюду. Бабушка вовсю отдавала команды набежавшим горничным, чья задача была в составлении причёсок. Мама вздыхала, а Идарина тихо посмеивалась. Немного истерично, на мой взгляд, но кто её обвинит в этом? Подруга впервые будет ужинать в компании императора и его придворных.

Снежок не выдержал первым. Сполз с дивана и пошлёпал в сторону распахнутой балконной двери, бросив мне на прощание картинку, где он улетает от карикатурно-крикливых женщин, тянущих к нему свои руки с острым маникюром. Ну просто не дух-хранитель, а профессиональный сценарист!

Посмеиваясь, я отдала себя в руки профессионалам и через час первой стояла на выход, с восторгом поглаживая атласный подол алого платья, расшитый серебряной нитью. Бриллиантовый гарнитур, подаренный бабушкой на восемнадцатилетие (именно этот возраст в нашем мире считался ступенью во взрослую жизнь), весело подмигивал, ловя отблески магических светильников, и, казалось, я восстановила своё душевное спокойствие. Волосы, собранные в высокую причёску, были уложены идеально. Я улыбалась и старалась не думать больше об императоре в том ключе, в котором он внезапно и нахраписто открылся для меня.

«Это не моё дело, сколько у него женщин! Пусть хоть со всей империей кувыркается. Он в разводе! Воспитал четырёх принцев, пусть только один из них его сын, как родных. Мужчина имеет право проводить своё время с кем хочет и как пожелает! А то, что он принял меня за одну из своих почитательниц, так в этом тоже ничего криминального нет! Я — красивая взрослая женщина! Мне вот-вот исполнится двадцать шесть лет! Учитывая то, что магия в каждой из дракониц поддерживает красоту вплоть до самой их смерти, немудрено напутать!»

Контролируя своё дыхание, как часто это делала в моменты волнения, я улыбалась, глядя на нервно хихикающую Иду, красавицу-маму и бабушку, которая при всех своих годах выглядела моложе всех нас!