Другие, как старейшина Горыня, так же моментально повторяли слова, сказанные студентами и деревенскими. Такое сверхбыстрое восприятие могло объясниться светлыми, незашареными умами местных обитателей, как говаривал один родоначальник мировой педагогики «tabula rasa».

— Пусть век твой и твоих людей будет долгим, — обратился Горыня ко мне. — Мя поведали и про имя твое иное, истинное — «Сол-дат». Доброе имя, дарующий сурью? Твои люди рекли сурью солнцем. Коли так, то доброе имя по ведам, токмо богов вы не чтите.

— Не обижайся, но среди нас есть те, кто верит в бога — Клавдия, и другие, есть много тех, кто верит только в себя. Это не должно стать пичиной ссор для нас, — сказал я, наблюдая за реакцией Горыни.

По моим представлениям, вопрос веры в Средние века являлся очень острым. Чуть позже за религию, малейшее отклонение от канона, сжигали не задумываясь. Уничтожали целые области, чуть ли не народы. Тут же людям, по крайней мере, Горыне, было не принципиальным в кого кто верит. Однако, я намекнул весьма сообразительному старейшине пришлых, что вступать в дискуссию и навязывать свою точку зрения по поводу поклонения богам, станет причиной для ссоры.

— Ты, Солдат, поведай мне, а можливо ли петуха до девицы послать? — спросил Горыня.

— Не понял, — ответил я.

И как это было уже не раз, пошли взаимные разъяснения.

Оказалось, что молодому воину аборигенов, которому уже шестнадцать лет, приглянулась рыжая Вика. Тот парень сам мог подойти к девушке и поговорить с ней, а потом с ее родичами, но, не зная обычаев, решил действовать через своего наставника Бойко, ну, а тот обратился к Горыни.

— Спрашивать нужно у нее, но я поговорю с девицей, — ответил я, растерявшись от ситуации.

Не хотелось сразу же отказывать. Но я был уверен, что Вика не согласится. Это же… Ну как-то…

— А где твоя супружняя, али нет ее? — с хитрецой спросил Горыня.

«Там все, как-то сложно» — подумал я, но ответил иное:

— Есть девица одна, может, и станет женой.

— Ты укажи мне доброго молодого воя, кои аще не имают жены, может и сгодится для наших дев, — поспросил Горыня и я, даже не задумываясь, назвал имя Степана.

Со Светой же нужно было что-то решать, а то намеки от предводителя беглецов были не праздные. Горыня увидел у попаданцев то, что подвигло его искать более плотного союза, или даже слияния двух поселений. Лучшим же способом, чем женить свою дочь Весту, он не видел.

Дня хватило Горыни для принятия решения. Сложно было найти достойного жениха для любимой дочери, особенно если она воительница. А тут были девы с луками, и было видно, что стрелять они умеют хорошо. Да и когда живешь в поселении извергов, кровь нужно обязательно обновлять.

Родимичи не примут девку от извергов. Отдавать Весту за воина-торговца, что идет к ромеям-эллинам, это обречь дочь на страдания и лишиться ее. Было еще одно поселение меньше чем в дневном переходе через реку, которое располагалось у крупного озера, там и думал раньше искать жениха для Власты Горыня.

Но община Рыси или другая еще дальше, были намного беднее, чем странные люди, поселившиеся рядом с поселением Горыни, возможно, уже бывшем поселении. А тут сытно. И детей смотрят.

— Света, нужно поговорить, — я выцепил девушку возле армейской палатки, в которую встроили печку-буржуйку и установили там место для согрева дозорным.

Погода изменилась в сторону похолодания по ночам, да и дождь серьезно зарядил.

— Удивительно, ты со всеми находишь время поговорить, но не со мной. С Лидой больше общаешься, — сходу Света пошла в атаку.

— Ты тоже со Степаном время проводишь замечательно. Не видно тебе, что у нас пока мало что получается в поселении нашем? Даже вон дозоры не выставили нормальные, а в лагере чужаки. На одних и тех же вся безопасность держится, а парни уже устали, — начал я заводится, повышая голос.

— Опять проблемы, но только не личные отношения. А Степа интересный, почему бы и нет. Иди, проверяй дозоры, товарищ командир, нечего мне уделять больше положенного времени, — еще громче закричала Света.

Алик, было дело открыл палатку, в которой и шел наш разговор, но сразу же ретировался.

— А может и так. Ты со Степаном, он, вроде бы парень нормальный, рад за вас, а меня к Власте сватают, — я не оставлял без ответа слова девушки.

— Отлично, сегодня же пойду к Степану, у него с отцом целая комната в распоряжении, отца выгоним и… — я не дал договорить Свете, впившись своими губами в губы девушки.

Я помнил ситуацию с Лидой и не хотел повторения подобного уже со Светой. Что думают девушки, когда в сердцах, на эмоциях, отказывают парню? Как сама же Света и подсказала, — они ждут поступка.

Света сопротивлялась, даже поцарапала лицо, но я не отступал, и, наконец, девушка поддалась и уже сама страстно целовал. Дальше, больше… Не было ещё такой страсти, которая привела нас в горизонтальное положение уже раздетыми. Страсть, которой я никогда не ощущал, как о таком, наверняка, и не догадывалась Света. Заходил ли кто в это время в палатку, или нет, мы не видели. Плевать. Как и не знали, сколько времени прошло.

— И зачем все эти капризы? — отдышавшись от самого приятного вида аэробной нагрузки, спросил я.

— Тебе не понять, — ответила Света, так же восстанавливая дыхание. — После нападения и переноса, твой статус изменился, ты фактически глава, как ни пыжится Шац. Деревенские мужики, даже они решили слушать тебя, может потому, что не хотят меряться, этим… силой в общем, а может еще чего. Я же не изменилась, как была Светой, так и осталась, ни командир, ни какой-нибудь заместитель заместителя.

— Так для меня это не существенно, — пытался я встрять в монолог, но, натуженный от занятий стрельбой из лука, указательный палец лег мне на губы.

— Я скажу, как чувствовала. Вот смотри, ты послал меня с Таней в лес, чтобы мы прикончили тех насильников. И все бы ничего, сама рвалась. Но уже после, когда они были мертвы, мне стало так больно, стыдно, противно. Я столько пережила, украдкой слез пролила. Убить человека, пусть и гада, сложно, ты же убивал, неужели так все просто для тебя? И когда нужна была поддержка, где ты был? Решал свои вопросы, но не утешил, не успокоил. Алик и тот Таню обнял и помог отойти, а я все одна.

Света приподнялась на локтях и уставилась своими глубокими глазами на меня.

— Да и не только это. Ты же не видишь, не слышишь, но почти все девки, которые с парнями раньше гуляли, не против с тобой закрутить. Видят, что ты на меня мало обращаешь внимание, спрашивают даже напрямую. Ты же защитник, красавчик, главный, пусть эти курицы и выступают за преподов, но на тебя облизываются. Тут появляется Степан — единственная кандидатура из незанятых парней, нормальных парней. Он и вправду крутой, но я с тобой и буду с тобой. Я не стану тебе обузой.

— Значит так. Степана женим на Власте, если только тот сильно сопротивляться не будет, она девчонка красивая, не отнять, ни прибавить. А ты готова выйти за меня замуж? — утопая в глазах девушки, спросил я.

— Да, но как-то слишком все быстро… — растеряно ответила Света, потом спохватилась и добавила. — Это у Степана и Весты быстро. А у нас норм, я согласна стать твоей женой.

Глава 16

Поселение

Апрель 882 года.

— Без происшествий? — спросил я Козака, когда проснулся под конец последней ночной смены.

Толком я и не ложился спасть, попросил только Свету пободрствовать полтора часа, когда покемарю. Уж слишком бурным оказалось примирение, энергозатратным. Пусть и молодость с присущей ей силами для творения глупостей и безрассудства, тренированные тела, сила воли, но возможности человеческие небезграничные. Так что я засыпал на ходу. Накопленная усталость прорывалась. Я решил, что днем обязательно посплю, даже, если на лагерь нападут полчища варягов.

Вот правы те, кто отговаривается от работой фразой: «Вдруг война, а я устал!»