Ну, вот и все. Интересно, правильно ли я сделал, пощадив противника? Или горцы воспримут это мое решение, как проявление слабости? Скоро узнаем.

И все же мое решение, оставить в живых моего противника по магической дуэли вышло правильным. Об этом я узнал буквально в начале следующей недели. Снова, как в прошлый раз ко мне подошел рыжий, не похожий на настоящего горца Зураб Джугадзе и протянул руку:

— Спасибо, что не убил, — сказал он, вызывая удивление на лицах тех из одноклассников, кто услышал эти его слова. — Считай, что все претензии к тебе со стороны нашего рода полностью сняты. Со своей стороны обещаю, что в случае надобности один раз окажу тебе, Александр Огнев, свою полную и безоговорочную поддержку.

Рад, что все у нас закончилось именно так, — совершенно искренне признался я.

На том и разошлись.

Откуда потом ребята все же узнали об этой прошедшей дуэли? Ума не приложу. Но вдруг я начал замечать уважительные, а подчас и почти благоговейные взгляды в свой адрес. А Макар Перепелица так и прямо сказал, что всегда подозревал во мне особые задатки настоящего героя. Хех, еще бы наша алхимичка прониклась бы ко мне подобным чувством! Но чего нет, того нет. Напрасно я готовился к зимним экзаменам дни и ночи напролет, напрасно практически безошибочно готовил на этом экзамене снадобье по подсунутому ей рецепту особо повышенной сложности. За пропуск ее занятий в начале полугодия она просто взяла и снизила мне оценку на один балл. А, напоминаю, призовые заклинания второго уровня были обещаны нашей администрацией лишь ученикам, сдавшим всю зимнюю сессию на одни пятерки. Ну, что сказать… даже не столько мне эти самые заклинания нужны были, тем более что ничего там особо ценного и не было предоставлено, но обидно просто.

Зато, с окончанием зимней сессии, мне стало намного легче. Изматывающая ежедневная зубрежка, перемежаемая отработкой практических навыков не то, чтобы исчезла полностью, но стала заметно менее напряженной. Я даже смог более пристальное внимание на артефакторику обратить. Не просто тупо перерисовывал из прописей схемы, оставляя их осознание на потом, а начал примеряться, как можно их использовать в создании для имеющейся у нас драгоценной печати дополнительной неснимаемой защитной оболочки наподобие той, что я видел на артефакте пространственного хранилища, полученного на время от моего одноклассника.

За хлопотами с изобретением артефакта и отработкой все новых открывающихся в моей голове знаний пролетела зима. И вдруг, как гром среди ясного неба, прямо с очередного урока заклинаний, меня вызвали в кабинет директора. Пошел, куда ж деваться. Интересно, в чем именно я на этот раз провинился?

Хм, даже как-то боязно стало: впервые увидел приветливую улыбку нашего всегда сумрачного и нахмуренного директора в свой адрес. Явно какую-то особенную каверзу в мой адрес задумал.

— Ага, Огнев, — констатировал он и тут же указал рукой в сторону стоящего напротив него стула, — проходи, садись.

Если бы еще его долгий испытующий взгляд, постепенно проступающий сквозь улыбку, точно бы решил, что он избрал меня на роль своего персонального любимчика.

— Что ж, Александр, — наконец, после долгой, театральной паузы, продолжил этот достойный господин, — надеюсь, ты в курсе, что в этом году наша гимназия избрана в качестве площадки для проведения всеимперской магической олимпиады среди учащихся младших школ. Так вот, по результатам опроса ваших преподавателей, тебе предлагается занять место одного из членов команды, которая будет защищать честь нашей гимназии.

Даже опешил от подобного предложения.

— Почему я, Сигизмунд Казимирович? Многие клановые ведь по части магии намного более продвинуты, чем я? — Задал просто-таки напрашивающийся вопрос.

— По части заклинаний прямого действия — несомненно, — кивнул директор, — но все дело в том, что по условиям соревнований, вам, помимо просто обычной сшибки команда на команду, еще нужно будет продемонстрировать свои навыки по части проведения ритуалов, использования собственноручно приготовленных зелий и артефактов. И вот именно по части ритуалов и артефактов в четвертых «А» и «Б», откуда мы, собственно и набирали наших основных участников, равных тебе не нашлось. Плюс ты, как внезапно выяснилось, и в боевке кое-что из себя представляешь. — И без перехода: — Так что? Согласен?

В общем, на участие в олимпиаде я, конечно, согласился. И сразу же под это дело получил первые бонусы. Нет, не обучение каким-то новым, особо редким и эффективным заклинаниям. Этого как раз не было. Сигизмунд Казимирович сказал, что подобные награды нам достанутся только если мы окажемся хотя бы в первой половине рейтинга. Зато доступ к качественно оборудованной артефактной мастерской, а так же личного персонального наставника по изготовлению артефактов я получил прямо сейчас. Ну, надо же было хоть сколько-то потренироваться в этом очень непростом деле за остающийся до начала олимпиады месяц. Кстати, наставником мне, как я и предполагал, оказалась назначена все та же Анна Сергеевна, наша классная руководитель. Вот только сомневаюсь я, что она будет так уж добросовестно со мной возиться. Вряд ли забыла тот мой отказ, пойти под руку ее рода, в начале третьего класса.

Собственно, как я предполагал, так и произошло. И нет, так уж наотрез заниматься со мной госпожа Тихомирова не отказывалась. Просто практически при каждом моем обращении к ней у нее находилось какое-то очень важное занятие. Ну, а мне она выдавала какую-нибудь методичку напополам с рекомендацией изучить ее от корки до корки. Похоже, престиж учебного заведения, в котором она преподавала, волновал эту женщину едва ли не в последнюю очередь.

Впрочем, на подобное пренебрежение я не жаловался. Напротив, меня все устраивало. Интересы рода ведь, они превыше всего! А в интересах конкретно моего рода было тайное изготовление на основе печати древних ассирийцев маскирующего ее неразборного артефакта, благо в предоставленных мне Тихомировой методичках все эти стандартные, но оттого не менее эффективные методики довольно хорошо разъяснялись. И оказавшись во вполне себе оборудованной мастерской практически без пригляда со стороны, я за этот месяц требуемых мне два подобных артефакта вполне себе изготовил. Хех! Осталось только, чтобы и Мартынов свою часть намерений, связанных с приобретением земель вместе с фонтанирующими на этих территориях темными источниками, тоже осуществил. Отец даже не поверил, когда я при очередном своем визите под родительский кров продемонстрировал две довольно большие и тяжелые металлические блямбы размером с ресторанные суповые тарелки.

— Какие-то они маленькие слишком, — высказал он мне свои сомнения.

И таки вполне его понимаю. В замке то мы копировали с каменных плит печать размером едва ли не в квадратную сажень. Еле-еле смог его убедить, что современные инструменты для артефакторики, способные на нанесение очень тонких и мелких линий, воистину творят в этом разделе магического искусства настоящие чудеса.

Первые совместные тренировки с остальными членами нашей команды у меня начались буквально за неделю до приезда в наш город команд соперников. Вместе со мной в команде, защищающей честь нашей гимназии, оказалось собрано всего пять человек, поровну, по два ученика из «А» и «Б» класса, ну и один — я — из «В». И таки в боевке, на фоне представителей ведущих родов и кланов нашей губернии я выглядел довольно бледно. К примеру, тот же Барятинский, который, помнится, со слов других абитуриентов, еще до гимназии мог сотворить Молнию, теперь, пусть и после небольшой паузы, выпускал не просто Молнию, а ее цепной вариант, а после нее еще и Световой Луч. И это все без всяких накопителей, чисто на собственном мановом резерве. Между прочим, на минутку, оба заклинания вершины третьего уровня. Другие наши сокомандники, представители родов Изместьевых, Муравьевых и Хабаровых, могли продемонстрировать чуточку менее значимые успехи, но свои полностью освоенные атакующие и защитные заклинания второго-третьего уровней в их арсеналах тоже присутствовали. Очень неприятно чувствовать себя аутсайдером.