Я расширил личное пространство, охватывая весь зараженный участок. Боль мешала сосредоточиться, но теперь я уже знал, что именно искать. Все белые нити обладали одинаковым ритмом. Они могли подражать моему телу, однако были частями единой сущности и колебались в полном согласии друг с другом.

Похоже, даже отделенные друг от друга, они могли общаться. А это, в свою очередь, отвечало на вопрос, как тот белый «демон» мог определять, где я нахожусь, даже не видя. Возможно, ему сообщали другие твари, которые преследовали нас. Возможно, они вообще связаны в единый организм, и прямо сейчас рогатый до сих пор чувствует меня и знает, где я нахожусь.

Я выровнял дыхание и полностью отгородился от происходящего вокруг. Для дальнейшей работы нужен был максимальный контроль.

Поймав ритм белых нитей, я начал усиливать его. Они задрожали, все разом, и попытались подстроиться, но я не позволил. Удерживал прежнее звучание и вливал в него силу, пока чужая мелодия не стала отчетливее ударов собственного сердца. Тогда я и ударил уже своей мелодией, поражая каждый из отростков разом.

Сказать, что было больно — ничего не сказать. Мне словно бок изнутри разорвало, даже рана открылась, и я внезапно согнулся, зайдясь кровавым кашлем.

— Натаниэль!

— Я в порядке… — тихо прошептал я. — Теперь в порядке…

Слова о том, что теперь я в порядке, оказались небольшим преувеличением. Проклятье Бездны удалось уничтожить полностью, но перед смертью белые нити разорвали немало мышц и повредили несколько меридианов, что потенциально может мне выйти боком, если придется их задействовать. А мне придется, если вдруг на нас кто-то нападет.

Даже Копье Пустыни не могло мгновенно исправить такие повреждения, так что следующие сутки мы провели на острове.

Большую часть этого времени я медитировал, восстанавливая духовную систему и направляя силу целебных пилюль к ране. Воспаление быстро прошло, разорванные мышцы срастались, а на месте раны остался широкий багровый рубец. Думаю, ещё через несколько дней исчезнет и он.

Четырнадцатая тем временем исследовала остров. Занятие, надо сказать, не самое увлекательное, учитывая его скромные размеры. От одного края до другого можно добраться минут за десять, и большая часть земли здесь покрыта травой и редкими деревьями. Никаких руин, следов людей или животных, да даже птиц я ни разу не заметил, а ведь на островах, которые мы видели, когда только попали сюда, их было очень много.

Не очень нравилась и «погода», если, конечно, так можно выразится. Никакого просветления на фоне покинутого мертвого и кишащего тварями города неизвестного народа так и не случилось. Тучи были тяжелые и темные, и казалось, что вот-вот разразится буря, но нет, ничего так и не происходило, и небо не проронило ни капли.

Девушка в очередной раз решила прогуляться, устав смотреть на мои медитации, а когда вернулась, сказала совершенно странную новость.

— Остров изменился.

— В смысле? — я приоткрыл один глаз и нахмурился.

— На другом конце появился мост, и я могу поклясться, что ещё вчера его не было.

Звучало это странно. Мне вообще не нравилось это место, ведь его законы уж слишком непонятны, и тем не менее просто проигнорировать находку я не мог, так что поднялся и последовал за девушкой. Бок отозвался слабой болью, однако двигаться больше не мешал, так что не стал обращать на это особого внимания. Скоро заживет.

И действительно, ровно на противоположном конце острова обнаружился мост. Два толстых каната были обвязаны вокруг каменных столбов, а между ними тянулись узкие доски. Ещё два каната потоньше выступали в качестве ограждений, за которые можно держаться. Главная проблема заключалась в длине моста: он уходил далеко вперед и очень быстро скрывался в плотном тумане. Противоположного края не было видно даже с помощью расширения личного пространства.

— Ты туда ходила?

— Одна? После тех тварей? Вот ещё… — замотала девушка головой.

— А вот это мудрое решение, — закивал Рю, хотя едва ли Четырнадцатая могла его слышать.

Я же тем временем прикрыл глаза и сосредоточился на путеводной нити. Та отозвалась почти сразу, протянувшись через остров и указывая точно вперед, в туман, вдоль веревочного моста.

Ага…

— И что будем делать?

— Пойдем туда, разумеется, — улыбнулся ей, а девушка на это неодобрительно поежилась.

— У меня мурашки от того тумана впереди.

— Мне он тоже не нравится, но я чувствую, что нам в том направлении, так что стоит рискнуть.

— Тогда, можно, мы полетим, а не пойдем пешком?

— Мне казалось, что ты не любишь полеты.

— Не люблю, но твоему мечу я доверяю намного больше, чем этому странному мосту. Вот если он оборвется, тебе придется ловить меня, да ещё в тумане.

— Справедливо, — кивнул я и бросил перед собой широкий клинок Копья Пустыни.

Мы поднялись над мостом и направились вперед.

Я держался в нескольких метрах над досками, не позволяя им исчезнуть из поля зрения. Туман быстро окружил нас со всех сторон, скрыв остров и оставив только небольшой участок моста под парящим мечом.

Мост оказался гораздо длиннее, чем выглядел. Мы летели параллельно ему уже около получаса, но он продолжал уходить вперед и даже не сильно прогибался, хотя должен был. Пару раз мне казалось, что впереди мелькают какие-то фигуры. Я сразу замедлялся и раскидывал личное пространство, но никого не находил, хотя и личное пространство тут работало очень плохо, но к этому я стал привыкать. Сама Бездна будто бы говорила таким образом: «Это мои владения», — и у меня не оставалось ничего кроме того, чтобы просто это принять.

Путеводная нить продолжала указывать вдоль моста, так что мы не сворачивали. Лишь примерно через час доски начали постепенно уходить вниз, а затем внезапно в тумане проступили два новых каменных столба, знаменуя его конец. Четырнадцатая, когда их увидела, облегченно выдохнула.

— Я уж думала, он никогда не кончится… — тихо буркнула она. — Как он вообще может быть таким длинным? Это в голове просто не укладывается…

— Бездна — странное место. Не думаю, что нам нужно искать логику в некоторых вещах. Реальность тут слишком гибкая, как во сне.

— Отличное сравнение, — кивнула она. — Это место и правда как сон: странные города, странные люди, монстры… Поскорее бы отсюда выбраться.

— Мы в процессе.

Копье Пустыни опустилось на твердую поверхность, и мы сошли с меча. Я сразу осмотрелся, но далеко увидеть не получилось. Туман здесь был даже плотнее, чем над пропастью. Видимость ограничивалась двадцатью шагами, а дальше все превращалось в сплошную серую стену. Личное пространство заканчивалось примерно там же и не могло пробиться дальше через туман.

Почва под ногами оказалась каменистой, местами покрытой редкой желтой травой. Никаких деревьев или кустов поблизости я не заметил, но это ещё ни о чем не говорило. Слишком маленький радиус обзора у нас сейчас.

Мы с Четырнадцатой немного прошли вперед, и сразу можно было сказать, что этот остров или участок земли гораздо больше того, с которого мы пришли. Но дальше я решил, что мы полетим. Не хотелось внезапно наткнуться на одну из тварей Бездны и тратить время на то, чтобы хватать девчонку и прыгать на меч. Лучше вообще с него не сходить, чтобы в случае чего лететь прочь.

Но пока сильно от земли отходить не хотел. Может, у меня и есть путеводная нить, но в тумане как-то очень не хочется остаться без других ориентиров.

Первое время нам ничего нового не попадалось, лишь редкие крупные камни, торчащие из земли. Один раз заметил уже высохшее, мертвое деревце.

А спустя некоторое время нам стали попадаться и кости. Их было не так уж много, но сила Костяного палача чувствовала, их когда мы оказывались рядом. И попадались они с завидной регулярностью: то череп, то берцовая кость, то несколько ребер, то ещё что-то… Сколько тут умерло человек, сказать не возьмусь, слишком уж далеко порой находились кости друг от друга, а пытаться разобраться, частью одного ли тела они являлись прежде, я не собирался. Но черепов за полчаса неторопливого полета я заметил около трех.