Меня всё ещё крыло от вида детской комнаты, и обнажённое женское тело не возбуждало. Но я позволил Клаудии обвить мою шею руками и начать целовать.

Её губы были сладкими, а тело податливым, жарким. Ночь стремительно таяла, близился рассвет. Пора взять ждущую меня женщину, забыться с ней и уснуть. Завтра много дел: поместье, обучение мальчиков…

Я направил Клаудию к постели, но неожиданно сердце сжала когтистая лапа. Накрыла лихорадочная тревога. В глазах потемнело от накатывающего ужаса. Зверь заметался в панике.

Нужно срочно ехать. Куда? Зачем? Не мог понять. Но иначе конец. Всему конец.

— Жди, — бросил Клаудии, скидывая её руки.

— Дан, что с тобой⁈ Снова дракон беспокоит? Я говорила, он молодой, непокорный. Я дам тебе успокаивающий эликсир, тебе всегда от него легче. Подожди минутку!

Клаудия метнулась к двери, очевидно за сумкой, в которой хранила эликсиры и снадобья.

— Не сегодня, — я отодвинул с пути женщину.

Оглохший от ужаса, я обернулся зверем и стремительно бросился в город. Гром и молнии рассекали небо мне вслед.

Не знаю, зачем, куда несусь.

Шестое чувство привело меня к дверям гостиницы. Я постучал в массивную кованую дверь, мало ожидая, что в такую рань откроют. Ждать не мог, выбил. Рванул к лестнице, ведущей наверх, откуда-то донёсся шум удаляющихся мужских шагов. Но мне они были не важны.

Я остановился перед дверью, за которой сосредоточился на этот миг весь мой мир. Я рванул ручку на себя.

— Лилиана!

Ручка дёрнулась дважды, но запертый замок не дал открыть дверь.

Я услышала тихий металлический лязг, как будто осторожно вставили отмычку.

— Мамочки, — прошептала я беззвучно и инстинктивно сползла на пол, прячась за кроватью.

Куда деться? Под кровать?

Меня найдут в любом случае! Это за мной пришли. Чтобы до ребёнка добраться.

Кот вздыбил шерсть, пригнул уши и яростно зашипел, уставившись на дверь. Я схватила с прикроватной тумбы стеклянную вазу, вынула цветы, — буду бросать, как кто-то войдёт.

Но вдруг скрежет в замке прекратился, раздались быстрые удаляющиеся прочь шаги, как будто кто-то спугнул ночных гостей!

Дверь мощно тряхнуло, и раздался грозный голос Асгарда:

— Лилиана!

Грудь только сильнее стиснуло от страха. Я крепче сжала вазу во влажных пальцах.

Неужели он пришёл меня убить⁈

В следующую секунду воздух сотрясло от внезапного грохота — дверь сорвало с петель, а кресло, подпиравшее её, отлетело в сторону, словно игрушечное.

— Лилиана! — заревел пугающим голосом генерал, словно раненое животное.

От испуга я швырнула в него вазу, но Асгард ловко отмахнулся от летящего предмета и шагнул в центр комнаты, шаря глазами. Искал меня.

Кот угрожающе зарычал, протяжно замяучил и бросился с когтями на дракона, цепляясь ему в бедро зубами.

— Ах ты, тварь, — прорычал Асгард, схватив кота за горло, уложил на пол и придавил ногой, обездвижив клыки и когтистые лапы.

Кот рычал и кряхтел.

— Не трогай его! — закричала я.

— Не бойся, не убью, слишком много за него заплатил! — гневно бросил Асгард, направив на меня жестокий взгляд. — Значит, всё-таки это ты забрала киркоула, а говорила сбежал! Обманула меня, Лилиана!

Голос дракона гремел, словно гром, и пугал до дрожи.

Я хотела бы оправдаться, сказать, что кот пришёл ко мне позже сам, но в этом не было смысла. Асгард в гневе, и любое моё слово — гвоздь в крышку гроба.

Тело потряхивало от страха, я продолжала прятаться за кроватью.

— Вылезай оттуда, — медленно проговорил Данкан, перехватив кота за шкирку и отбросив в угол.

Киркоул понял, что сопротивляться грозному генералу бесполезно, покорно отполз подальше и сжался в комок, продолжая рычать и шипеть.

Генерал двинулся ко мне.

— Как ты тут оказался, Данкан? Это ты хотел убить меня⁈ — спросила я прямо, вздёрнув подбородок.

— Если бы хотел убить — ты бы была не здесь, а в могиле, — прознёс Асгард. Взгляд его был шальным, бездонно-чёрным в полумраке комнаты. — Не говори ерунды, Лилиана! Вылезай, я сказал.

Он шагнул ближе, и я отползла от него к стене, выставляя руки вперёд.

— Тогда как ты тут оказался?

— Оказался, и всё. Хватит вопросов! — прорычал он.

— Тут кто-то был и хотел попасть в мою комнату, — произнесла я, чуть дыша от страха.

— Кто-то был? — генерал задумчиво обернулся к двери. Крылья носа дрогнули, словно он принюхивался, как зверь. — Я слышал шаги. Мне это не нравится. Одевайся, я отвезу тебя в монастырь. Сам. Сейчас!

Он подал руку, предлагая помощь, чтобы я могла встать.

Я склонила голову набок и приоткрыла рот. После унижений он хочет помочь⁈ В монастырь отвести хочет сам?

Да иди ты, Данкан!

Я напоролась на твёрдый, как сталь взгляд дракона, и закусила губу.

Если начну перечить, опять потащит на руках и отвезёт в свой проклятый монастырь. Если он решил, то обязательно исполнит. От дракона веяло беспощадной решимостью.

Пожалуй, сделаю, как он хочет. А возможность сбежать у меня ещё появится. Монастырь — не тюрьма.

— Мне нужно одеться, — произнесла я.

Я не приняла его руки, осторожно поднялась сама, придерживаясь за кровать, и прошла к дивану, на котором лежало аккуратно сложенное платье. Подняла тряпочку, чувствуя между лопаток прожигающий взгляд. Я осторожно повернулась, и увидела, что Данкан смотрит. И не просто смотрит, а пожирает меня штормовым взглядом. Рассматривает тело под полупрозрачной тканью ночной сорочки и выпирающий живот.

Снова голод в глазах.

Я испуганно прикрылась платьем. Пусть только попробует снова взять меня.

— Выйди, Данкан, — произнесла хрипло, задыхаясь.

По коже пробегали мурашки, сердце колотилось от страха. Но малыш в животе вёл себя тихо, спал. Я обхватила живот ладонями — самое главное для меня и дорогое. Я не дам дракону навредить ребёнку. Придётся быть послушной, чтобы он не потребовал от меня.

Но Асгард вдруг встряхнул головой, будто сбрасывая морок, и резко шагнул за порог.

— У тебя три минуты, Цветочек, — сказал перед тем, как закрыть дверь.

Прижимая платье к груди, я мягко опустилась на диван, словно оплавленная свеча. По венам потекла волна облегчения: я жива и цела. Дракон не тронул меня, и те, кто приходил за мной, — тоже. Они сбежали, потому что Асгард их спугнул. Но что привело дракона сюда посреди ночи?

Хотя, судя по пробивающейся из щели между ставен бледной полосе света, было уже утро.

Я устало провела ладонями по лицу. Совсем не отдохнула за ночь. Тело дрожит от напряжения.

Асгарду мало того, что выгнал меня — продолжает истязать и пытать. Зачем? Что он от меня хочет? Но ответа я не узнаю.

Однако Данкан не собирался меня убивать, и от этого становилось легче. Он меня убедил — если бы и правда хотел моей смерти, я бы была уже в могиле.

Кот подбежал ко мне, пугливо пригибаясь к полу. Опершись передними лапками о мои колени, привстал и начал ласкаться и мурлыкать, щекоча длинными усами. Радуется малыш, что я цела. Я погладила пушистую шерсть и обняла зверя за толстую шею.

— Шайн.

— Мур-мур.

— Ты будешь Шайном. Мне кажется, тебе идёт это имя. Как же нам быть с тобой? — я погладила киркоула по голове. — Данкан заберёт тебя, чтобы вернуть Клаудии. Ты должен бежать, Шайн.

Я подошла к окну и раскрыла ставни. Сырая влага раннего утра просочилась в комнату. Нет, отсюда не сбежишь — слишком высоко и совсем не за что зацепиться, чтобы можно было спуститься вниз.

— Забирайся под кровать, Шайн, — прошептала я, подняв угол свисающего с постели одеяла. — Сиди тут. Я попрошу леди Элеонору спрятать тебя. Думаю, на неё можно положиться. Потом я тебя найду, обещаю.

Киркоул потёрся спинкой о мои ноги и послушно заполз в тёмную щель под кроватью. Я опустила одеяло, оставив небрежно свисать до пола, и принялась одеваться.