Увидев, что их приносят штабелями, я судорожно принялся искать среди них светловолосого, широкоплечего мужчину. Благо в памяти осталось размытое изображение отца, хотя, его можно было узнать и так. На всю деревню он был единственным практиком из Лазурного царства, и пропустить такого человека среди десятков черноволосых людей было совершенно невозможно.

— Отца ищешь? — спросила Кори, заметив, что я, будто тушканчик, выглядывающий из норы, пытаюсь его отыскать.

— Откуда тебе известно? — спросил я, усаживаясь обратно на скамейку, так и не заметив светлой головы.

— Твой дедушка рассказал. Мы вместе провели достаточно времени, а говорить о чём-то всё же надо было.

— И ты принялась расспрашивать обо мне? Не знаю, то ли испугаться, то ли насторожиться.

— Нет, нет, что ты! — спешно запротестовала Кори, едва не уронив рисовую булочку. — Просто, ну… Нам надо было о чём-то поговорить, а твой дедушка сказал, что я смотрела на тебя… Чёрт. Лучше я помолчу…

Я улыбнулся, толкнул засмущавшуюся Кори плечом и успокоил:

— Это шутка, не воспринимай всё так серьёзно.

Она подняла голову и посмотрела на меня, прищурив единственный не скрываемый серебристой чёлкой глаз.

— Шутка? Ах, ну тогда ладно. Твой дедушка рассказал, почему у тебя голубые глаза. Я и не знала, что твой отец из Лазурного царства, должно быть, странно ощущать себя таким… Эм…

— Каким? Не похожим на остальных?

Кори задумалась и продолжила:

— Скорее, уникальным.

— Не думаю, что уникальным. Деревня у нас большая, да и отец не был первым путешественником родом из Лазурного царства. Уверен, где-то здесь ходят голубоглазые дети и даже старики, так что вряд ли меня можно назвать уникальным.

Кори опустила голову и едва слышно прошептала:

— Я не это имела в виду.

Солнце постепенно поднималось всё выше, а это означало, что и мне пора выдвигаться. В рюкзак влезло всё, что мне могло понадобиться, в том числе, и коробочка юного алхимика, дополнительные большие мешки и кое-какие припасы. Нож Кори я закрепил на поясе, там же, где и был привязан новенький шенбяо.

Когда я встал, девушка кончиками двух пальцев коснулась лезвия дротика и с интересом спросила:

— А ты им пользоваться вообще умеешь?

Я пожал плечами.

— Да из меня манок тоже так себе, но как-то ведь справился? Вот и здесь сдюжу.

Она встала, проверила, удобно ли у меня сидит за плечами рюкзак, и серьёзным голосом сказала:

— Оружие — это не просто наточенный кусок железа, Рен, ты должен проводить с ним тренировки ровно столько же, сколько проводишь, закаливая своё тело. Если ты действительно собрался подняться на следующую ступень, то рано или поздно тебе придётся сделать выбор и прикрепить к себе духовное оружие.

— Духовное оружие? Я не слышал о таком.

Кори кивнула.

— Что неудивительно. Ты настолько сосредоточился на своём теле, что даже не озаботился о том, чтобы наметить и подготовиться выучить какую-нибудь простенькую технику, что уж говорить про выбор духовного оружия, — она огорчённо выдохнула. — Ладно, не думай пока об этом, как ты и сам сказал, у нас будет достаточно времени поговорить в лагере, так что ступай. Увидимся на следующий день.

К долине я добрался как раз к наступлению сумерек. Пришлось сделать небольшой крюк и пойти к подножью через рисовые поля, но в целом задержался ненадолго. В этот раз решил взять с собой больше дополнительных мешков, чтобы вернуться домой слово вьючный мул, обвешанный товарами с гор на продажу.

Скалистый мох, который встретился мне первым и был ценен только в больших количествах, заберу на обратном пути. Нет смысла таскать с собой десять килограмм земли и травы, если можно зацепить, когда буду спускаться. Заказ лекаря требовал подняться выше, на следующий перевал, куда пойду уже в составе экспедиции.

Вообще, странно. Всё осталось ровно так же, как и было оставлено в прошлый раз. Котелки, потухшее кострище, засохшая на камне кровь зверей, словно я был единственным человеком, который появлялся в этих краях. Нетронутая прикосновением чужаков долина оставалась привычной, спокойной и безмятежной, а учитывая, что все земляные козлы попрятались в пещерах, мне никто не мешал заняться медитацией на месте силы. Но сначала надо разбить лагерь.

Я находился на так называемом первом перевале. Крутая дорога шла выше, параллельно каменному плато, и чтобы здесь оказаться, необходимо было с неё свернуть. Небольшой карман в виде долины в теории мог кормить меня и мою семью в течении нескольких месяцев, а если научиться охотиться, то и, пожалуй, лет.

Пока занимался подготовкой лагеря, разводил костер, промывал котелки и набирал в них воду, никак не мог забыть те слова, которые на прощание произнесла Кори. Техники? Духовное оружие? Благодаря множеству фильмов и прочитанных книг мне удалось сложить два и два и примерно вывести общую формулу этого мира.

Все умения, сила, выносливость и прочие плюшки, которыми могли пользоваться практики, приходили не от магии, а от так называемых техник. Та же медитация и физические упражнения были частью единого целого, но Кори говорила о другом. Она упомянула простенькие техники, и думаю, речь шла об атакующих.

Неужели, в теории, я смогу выпускать огненные струи из кончиков пальцев или манипулировать тем же воздухом, создавая острые вихри торнадо? Помечтать, конечно, не вредно, но в моей голове это всё больше напоминало какую-то магию. Я ещё недостаточно силён, чтобы ощущать духовную энергию на таком уровне, но Кори прекрасно это знала и не стала бы упоминать оба феномена, если бы мне было до них далеко.

Когда с лагерем было покончено, я сорвал с пояса шенбяо и принялся раскручивать верёвку. С техниками я разберусь проще, но в одном Кори была права. В неопытных руках клинок равносилен выражению «обезьяна с гранатой» и может навредить не только владельцу, но и случайному прохожему.

Пока вода закипала, я наметил свободной рукой пространство и принялся очень медленно, с нарастающей скоростью вращать клинок, привыкая к новому оружию. Преимущества шенбяо было в том, что этот короткий клинок можно было использовать не только как бросковый дротик, но и как короткий кинжал. Лёгкий и достаточно удобный для хвата, его моментально можно превратить из оружия дальнего боя в инструмент ближнего.

Вот только мне ещё никогда в жизни не приходилось пользоваться подобным холодняком, более того, пытаться кого-нибудь убить. Я не питал иллюзий насчёт выбранного пути. На моих глазах практики убивали, не моргнув глазом, и речь сейчас не тулонах, а о самых настоящих людях. Наступит и мой день, когда, возможно, этот самый клинок оросит землю тёплой человеческой кровью. И в этот день для меня всё изменится.

Однако, чтобы победителем вышел именно я, мне придётся проводить времени за тренировками не меньше, чем за медитацией или отжиманиями. А значит, пора привыкать. Возле дерева, на котором росла Кровавая ягода, лежал старый выкорчеванный пень, который, судя по отметинам рогов, в своё время чем-то не угодил земляным козлам.

Я размотал веревку, пытаясь поймать ритм, а затем взмахнул рукой, и клинок улетел куда-то в сторону. Если бы рядом был человек, то момент первого убийства настал бы намного раньше. Мне вовремя удалось схватить верёвку и резко потянуть на себя. Это было моей второй ошибкой. Рефлексы позволили вовремя отскочить, когда клинок по инерции полетел в обратную сторону и едва не оставил на моём бедре порез.

Так… Спокойно, будем разбираться по очереди. В фильмах всё происходило как-то до ужаса естественно, словно персонажи каким-то образом сами ломали законы физики. Кори говорила… Чёрт, да Кори много чего говорила, только вот я невнимательно слушал и думал совершенно о другом. Спокойно, дыши, дыши.

На третий выдох понял, что чувствую себя скованным. Плечи напряжены и вжаты, голова опущена, а тело будто готовиться принять очередной удар по рёбрам. С такой стойкой мне в пору не шенбяо размахивать, а лупить кого-нибудь дубиной, поэтому я сделал шаг назад, обмотал верёвку вокруг запястья и в этот раз больше сфокусировался на движениях тела, а не на самой технике броска.