Я не планировал сдаваться. Просто сейчас выбор был между пулей в лоб здесь и сейчас — и призрачным шансом через несколько минут. Однако, краем глаза я следил за тем «кипением», которое стремительно превращалось в бурлящий водоворот тварей. До Фишки мы не доплывём - тут к гадалке не ходи. Значит, придётся нырять в самую гущу.
Мотор на лодке Тича затарахтел, нас взяли на буксир и потащили в сторону Фишки. Медленно и неспеша. Сержант не сводил с нас глаз и не опускал дуло пистоля ни на секунду. Мы в свою очередь лишь молча наблюдали. По крайней мере я наблюдал за тем, как резко и сильно меняется обстановка. Вода уже была не коричневой, а чёрной. Чешуи стало разительно больше, но кроме того… Несколько раз мимо нашей лодки проплывали отрубленные конечности, куски плоти, фрагменты тел.
— ТИ-И-И-И-ИЧ! — донёсся из-за деревьев крик разъярённой фурии. — Если ты провалишь это задание, то я клянусь, что подвешу тебя за яйца прямо на главной площади нашей светлой и прекрасной столицы! Буду каждое утро приходить с чашкой кофе и смотреть, как их клюют вороны, бесполезный ты кусок дерьма!
— О-о-о… — усмехнулся я.
— Теперь понятно откуда столько рвения. — хохотнула Джейн, пытаясь перевернуться на другой бок. Похоже, что паралич постепенно отпускал мышь.
— А, ну, заткнулись! — вскрикнул сержант, вскочив с места. Для пущей грозности ещё пальнул пару раз в воздух. — Закройте свои грязные рты! У вас ещё будет время на разговоры.
— Сержант Тич, — заговорил страж, что сидел на носу, спокойным и ровным голосом, будто говорил о погоде.
— Что ещё?!
— Волна. Приготовьтесь к столкновению. — отрапортовал он.
Как и думал, мы не успели добраться до Фишки - волна настигла нас раньше.
Я обернулся к остальным и шёпотом предупредил, чтобы держались крепче. Сложно сказать, что нас ждало, но вряд ли что-нибудь хорошее.
— Только не копья, только не копья, только не копья. Пожалуйста, только не копья. — тихо зататорила Зёрнышко, сжимая кулаки и зажмурив глаза.
Стражи сняли винтовки с предохранителя и нацелились на воду. Тич тоже опасливо начал озираться по сторонам.
Ако аккуратно опустила руку и обхватила ножны, подперев гарду меча большим пальцем. Её кроличьи уши сейчас стояли торчком и крутились чуть ли не на триста шестьдесят в поисках потенциальной опасности.
Однако, стоило волне коснуться впереди идущей лодки, как плеск воды стих, а вместе с тем, случилось ещё одна вещь, которую стоило ожидать - мотор на лодке Тича заглох. Вернее, он продолжал выдавать обороты, но будто в холостую. То есть сперва мы остановились, а затем нас плавно потянуло назад течением.
— Какого хрена? Ты! — Тич указал на ближайшего стража. Видимо, помимо него в лодке живых людей нет. — Разберись!
Страж молча поднялся, подошёл к мотору и начал в нём ковыряться. И в этот момент Ако тихонько дёрнула меня за рукав.
— Г-гриз…
Судя по голосу она была чем-то крайне встревожена.
— Что?
— Т-там. — Ако указала в сторону от нашей лодки.
Я проследил за её рукой и тоже замер, потому что из воды выглядывало около пятидесяти голов. Может и не пятьдесят, но их было о-очень много. И все они смотрели на нас.
— Ребят, — прозвучал такой же взвинченный голос Катуси. — П-посмотрите туда.
Мы с кроликом обернулись и увидели, что по другую сторону от нас ситуация была ничуть не лучше.
— Ти-и-ич… — тихо протянул я, занося руку за спину. — Тич, позорище ты человеческое… Посмотри на меня.
— Я вроде сказал тебе… Заткнуться…
Сержант собирался обернуться ко мне, но тоже замер, поскольку заметил, что по один борт от нас находится самая настоящая армия. И это он ещё назад не смотрел.
«Не страж, а посмешище в фуражке…» — промелькнула мысль в голове. Судя по тому, как Ако закатила глаза, не у меня одного.
Тем временем события приняли новый, абсолютно сюрреалистический оборот.
Со стороны Бесконечного Леса из чёрной воды, словно морская богиня, вынырнула русалка, поднявшись над поверхностью на целых два метра. Если абстрагироваться от мерцающей сине-зелёной чешуи, покрывавшей её бледную, почти фарфоровую кожу на бёдрах и боках, она была… поразительна. Черты лица — властные, с острым подбородком и высокими скулами, а взгляд — ледяной и надменный. Голову венчало нечто вроде короны из кораллов и заточенных раковин. И ладно… Я не могу это промолчать: на груди у неё красовались две идеальной формы раковины, связанных верёвочкой. Серьёзно. В руках она сжимала длинное костяное копьё, но, будем честны, кто в такой момент будет разглядывать копьё?
— У неё КОПЬЁ! — пропищала Зёрнышко, тыкая дрожащим пальцем в царицу русалок. — Такое же! Я его видела! Во сне плохом!
С противоположного борта, с такой же театральной медлительностью, из воды поднялась вторая фигура. На этот раз — ламия. Такая же стервозная, с холодными змеиными глазами, но человеческого в ней было куда меньше. Верхняя часть тела была женской, но кожа на животе переходила в переливающуюся зелёно-чёрную чешую змеиного туловища, которое уходило вглубь. Грудь присутствовала, но без… архитектурных изысков, так скажем. Её взгляд был таким же хищным, но более терпеливым, словно она наблюдала за глупой суетой добычи.
Тич, похоже, решил, что настал его звёздный час. Он прошёлся взглядом по всему зоопарку, размял шею, выпрямился во весь свой невысокий рост, раскинул плечи пошире и заговорил с неподражаемым пафосом:
— Я — глашатай Огненного Войска Империи!
Главная русалка приподняла идеальную бровь, явно не ожидая, что это сухопутное говно на ножках вдруг заговорит с ними, да ещё в такой манере.
— Именем императора, чьё пламя… — продолжил Тич, но его мгновенно оборвали.
— Кашэланус фатера ан кики! — прошипела русалка, сделав отточенный жест пальцами, который я бы перевёл как «закрой свой рот, насекомое». Её слова поддержал хор надменного смешка и шипения десятков других русалок, чьи головы то тут, то там показывались из воды, сверкая голодными глазами.
— Ха-ха-ха, каска тэмеро, Атарри? Куссо мэрдэ токера, — усмехнулась в ответ ламия, её раздвоенный язык мелькнул между тонких губ. Затем она что-то добавила, небрежно ткнув длинным пальцем с когтем в нашу сторону.
— Тут кто-нибудь их понимает? — прошептала Покс, прижимаясь к борту.
Естественно, все, включая меня, отрицательно мотнули головой.
Однако язык может и был неизвестным, а интонации всё-таки универсальны. Слушая их перебранку — эти шипящие выпады, саркастические повышения тона, яростные, но холодные тирады — становилось ясно: они воспринимали нас не как угрозу, а как спорный трофей. Они делили добычу, попутно унижая амбиции и, судя по жестам, вероятно, родословную друг друга. После каждого удачного «подкола» их свита — русалки визжали и стучали копьями по воде, ламии — шипели и звенели когтями по чешуе, яростно поддерживая свою предводительницу.
И все бабы… Злобные, яростные, да ещё и явно не в самый подходящий для знакомств период жизни. Может, когда я загадывал желание найти себе жену, то где-то напортачил? Может, вселенная просто что-то не так поняла? Вселенная, если ты меня слышишь, мне нужна кроткая, умная, самая обычная девушка, а не табун разъярённых самок! НЕ ТАБУН! Слышишь?!
— Вы, кажется, меня не поняли! — зашипел Тич, снова доставая пистолет, будто этот кусок металла мог что-то значить в данной дискуссии.
И в этот момент разговор водоплавающих, похоже, подошёл к логическому завершению. Сперва главная русалка прокричала что-то на повышенных тонах, её так же громко и яростно перебила ламия, а после обе армии выкрикнули что-то вроде воинского клича.
— Натарима он Инугава!
— НАТАРИМА ОН ИНУГАВА! — проревел хор русалок.
На лице главной ламии возникла презрительная, хищная ухмылка, и она прошипела, выплюнув каждое слово:
— С-ступедс пис-с оф шетс-с… Са морнин Рос-са!
— СА МОРНИН РОС-СА! — в унисон зашипели ламии, и в следующее мгновение обе армии бесшумно исчезли под чёрной водой, оставив после себя лишь расходящиеся круги.
