Анна как могла отбивалась, приводила доводы и аргументы, но разве с такими людьми работают слова? Я слезла со шкафа и достала из него костюм, в котором тётушка ходила за мёдом. Учитывая фасон ткани и тётушкин размерный ряд, в нём я была похожа на мужчину – сотрудника службы дезинфекции. Быстро запрыгнула в него и, откашлявшись, пародируя мужской голос, обратилась к мисс Вёрс:

– Уважаемая, нам поступил сигнал о немедленной дезинфекции этого места. Если вы не хотите задохнуться, прошу вас немедленно покинуть сию лавку.

Мисс Вёрс вскинула свои тонкие брови и начала снова выступать уже в адрес службы дезинфекции, в коем лице сейчас выступала я. Тогда умная Анна применила новый приём: наколдовала большого усатого таракана, который запрыгнул на юбку мисс. Она завизжала и всё‑таки выскочила из лавки, убегая и проклиная весь свет, а особенно нашу недобросовестную лавочку.

Эдгар внимательно рассматривал меня изучающе, вызывая какой‑то странный трепет внутри. Я откашлялась, собираясь с мыслями, и спросила:

– Почему вы здесь? Вам же нужно соблюдать постельный режим.

– Уборная, – спокойно сказал он. – Или мне нужно было пользоваться ночным горшком?

Я раскраснелась, отрицательно покачала головой, перевела взгляд на его глаза.

– Ваша рана. Нужно омыть и перевязать как следует бинтами.

Он облокотился о стену, показывая тем самым, что не такой сильный и здоровый сейчас, как хотел бы казаться. Когда я заметила, что сквозь мои чулки проступает кровь, я схватила его за руку и потащила за собой, только потом осознавая, что делаю.

– Марита, куда ты ведёшь меня? – недоумевал мужчина, когда я завела его в ванную.

– Сильно голодный? – спросила я, затыкая слив в ванной.

– Ты хочешь меня искупать? – в его голосе чувствовалась насмешка, а я закатила глаза от возмущения.

– Ещё чего, – фыркнула, настраивая нужную температуру воды. – Рана снова кровоточит, нужно промыть и полежать немного в травяном отваре. Это очень хороший сбор. Однажды старинный тётушкин друг, моряк… – начала я, поворачиваясь к двери и упираясь лицом в массивную грудь мужчины. Сердце заколотилось быстрее, я наклонилась немного назад.

– Не могли бы вы отойти? – слегка дрожащим голосом спросила я.

Он спокойно сделал шаг назад, а я снова заметила клубящиеся у его ног тени. Они собирались облаками у его ступней и медленными змеями поднимались вверх. Вдруг одна из теней лентой поползла ко мне, хватая за запястье. Я вскрикнула, от неожиданности наклонилась назад и стала падать в ванную. Вдруг тень резко потянула меня вверх за мгновение до встречи с водой и притянула к мужчине. Я упиралась носом в его грудь, ощущая ароматы трав и крови.

– Эдгар, – начала я.

– Что, Марита?

– Отпустите меня, иначе я не смогу вас долечить, – пояснила я.

Он глубоко вздохнул, и я ощутила, как тени, крепко удерживающие меня, отпускают. Я подошла к двери, обернулась, предупреждая:

– Я принесу травы для ванной и рабочий костюм. Оденете его, пока ваша одежда будет сохнуть.

– Рабочий костюм? – вскинул бровь мужчина.

– Да. Мне нужна будет помощь, и это самая мужская одежда из имеющихся.

– Ладно, – усмехнулся мужчина.

Я выскочила из ванной и рванула на кухню, замирая у кухонного стола, чтобы привести дыхание в норму.

– Что произошло? – испугалась Анна. – Он тебя обидел?

Девушка решительно закатала рукава и собралась вставать, но я её остановила.

– Стой. Нет. Я пришла за травами. Отправила его в ванную. Кровотечение снова открылось.

– Марита, – подруга взялась за голову, – может, всё‑таки вызвать лекаря? Можно попробовать договориться с мамой Анабель, она должна молчать.

– Не стоит, – задумалась я. – Он ходит, значит, идёт на поправку. Не стоит забывать, что я применила силу без лицензии.

– Точно! – воскликнула Анна и тяжело вздохнула. – Тогда остаётся лишь надеяться, что дракон не скинет чешую от слабого магического вмешательства и не выдаст случайно своё местонахождение. Вряд ли он на тебе женится, а вот в монастырь для тебя…

– Успокоила, подруга, – с упрёком протянула я и полезла в ящик с косметическими травами. Переставила кипящий суп на соседнюю конфорку, а на эту поставила согреваться воду. Взяв необходимое количество трав, я растёрла их в ступке, добавив жмень красной глины из целебных озёр.

Пока вода закипала, я налила две тарелки супа и рванула вниз, к коридору, случайно потревожив мирный сон зеркала‑дворецкого.

– Послеобеденный сон, – пояснило зеркало, зевая.

– Отдыхайте, – улыбнулась я. – Хочу взять рабочий костюм, чтобы поработать в саду.

Говорила я в пустоту, потому что зеркало‑дворецкий не стало менять свой режим, продолжая посапывать на весь коридор. Сложив в большой мешок несколько комплектов вещей, я вернулась на кухню. Анна уже хлебала суп, закусывая хорошим ломтём хлеба с маслом, сыром и специями.

Я поставила мешок у стола, заварила травы крутым кипятком и бодрящий чай. Взяв в одну руку мешок с рабочей одеждой, во вторую – целебные травы для дракона, я последовала в ванную.

Оперев мешок о ногу, открыла дверь и замерла на пороге. На полу небрежно лежали мужские вещи, а сам дракон мирно отмачивал себя в ванной, наблюдая за тенями, по‑хозяйски ковыряющимися на полке с мыльными принадлежностями.

Я закрыла глаза, продолжая крепко удерживать принесённое, и сделала шаг. Опустила мешок на пол, освободившейся рукой закрыла дверь.

– Всё в порядке? – спросил у меня дракон.

От возмущения я чуть не уронила драгоценные травы. Я тут, значит, на ощупь дверь закрываю, а он спокойно интересуется, в порядке ли я. Тяжело вздохнула, прижимая лекарство поближе к груди, включая в себе целителя – пока вполсилы:

– Почему вы разделись и залезли в ванную? В вашем состоянии… – начала я, но пришлось резко замолчать: что‑то поглаживало меня по спине. Мурашки покрыли тело, участилось сердцебиение. Плеска воды не было, значит, это тени. Какая разница, ведь управляет ими хозяин! Почему‑то он не спешит спасать меня от них?

Эдгар

Боги, скажите мне честно, как я докатился до такого? Я, племянник императора, один из сильнейших драконов Ондэра, застрял в дыре рядом с девчонкой, которая, спасая меня, похоже, погубила.

Её целительская помощь дурно на меня повлияла. Тени – моё тёмное отражение – бесились, и каждый раз, стоило этому цветочку топнуть ножкой в мою сторону, норовили её задушить. Не очень дружелюбный и благодарственный жест с их стороны. Они взбесились и жили своей жизнью, с трудом подчиняясь мне.

Моя светлая магия была на нуле. Марита потребовала использовать бытовое заклинание, но я не уверен, что способен провести его. Да уж, Эдгар, влип ты по самые уши!

Ужасно бесила эта ситуация. Кажется, я был более собран и уверен в успехе, когда тени только начали проявляться. Сейчас всё было против меня. Я не мог подставлять девушку, понимая, как сильно она рискнула, помогая мне. Всего неделя, чтобы разобраться во всём. Лучше бы она бросила меня умирать. Не знаю почему, но, кажется, тени раскусили её особую магию, не похожую на другую, и желали завладеть хозяйкой. Безумная тёмная часть меня, способная перечёркнуть всё человеческое!

Почему она сама не может применить бытовое заклинание? Носится с травами и мазями… Исчерпала свой резерв? Но как? Я же ощущаю в ней невероятную силу. Стесняется? Поначалу я так и подумал. Любая незамужняя леди потеряла бы рассудок, оказавшись в её ситуации. Но она другая, какая‑то совершенно особенная: как роза – с гладкими и прекрасными лепестками, которые могут стать колючками, заставляющими осторожно, с уважением относиться к ней.

О, боги, почему портал привёл меня именно к ней? К любительнице шёлковых простыней, женских романов сомнительного содержания и магии, выворачивающей меня наизнанку. Дай сил и терпения не наброситься на неё, когда она так нежно водит пальчиками по коже головы, тщательно намыливает мои волосы, промывает их тёплой водой. Потом намыливает снова.